50 лет назад, 26 марта 1976 года, начался не только тур в поддержку альбома A Trick of the Tail, но и состоялся первый концерт Genesis с Филом Коллинзом на месте фронтмена.
Фил Коллинз:
"Наш тур начинался 26 марта в городе Лондон, провинция Онтарио, Канада. Я не волновался по поводу того, что мне предстояло петь, да и еще и перед огромной аудиторией. Я привык к этому еще со времен «Оливера!», много лет назад. Но я чувствовал, что мне будет явно сложно выступать с одним только микрофоном, без длинного ряда тарелок, отделяющим меня от публики. Если тебя не слишком радует идея надеть шлем с крыльями летучей мыши и взлететь в воздух, тогда что же тебе делать, когда ты не поешь?
Были также и другие проблемы практического характера. Я сразу пояснил всем, что не смогу делать то, что делал Питер. Я не собирался щеголять в кофточке Энди [супруге Фила, намек на выход на сцену в 1972 году Питера в платье своей жены Джилл и с лисьей маской, ошеломивший всех - и музыкантов, и прессу - прим.] или барсучьем мехе. Но что тогда мне следовало надеть? Рабочий комбинезон, который хорошо мне служил, когда я был барабанщиком? Или это тоже не подходило? Я мог одеться в стиле эдвардианской эпохи – шляпа с низкой тульей и пальто – для песни Robbery, Assault and Battery, но это было бы совсем уж нелепо и театрально.
На самом деле для меня приготовили какую-то одежду. Она была готова к первому концерту, но я не собирался впервые выходить на сцену в качестве вокалиста в одежде, которая не соответствовала мне. Я должен чувствовать себя в максимальной степени легко и раскрепощенно. Решено: рабочий комбинезон.
Следующая проблема. Питер отлично научился увлекать зрителей своими короткими историями, в то время как Майк, Тони и Стив настраивали свои инструменты. Его называли «мистическим странником». А меня можно было только назвать «дядей Филом». Поэтому, когда мы ехали на машине из Торонто в Лондон, я судорожно пытался наскрести идеи о том, что можно сказать между песнями. «Эта песня о… эм, хм… Черт, об этой песне вообще нечего сказать…»
На «Лондон арене» потухли огни. Я тихо матюгался себе под нос. Как же все пройдет? Все были в диком напряжении. Я взял на себя серьезную ответственность, поэтому не могло быть и речи об алкоголе или косячке перед выступлением. На меня неожиданно рухнуло осознание всей масштабности мероприятия. Genesis выходили на сцену с новым вокалистом.
Большинство групп даже не рискнули бы сделать это и уж тем более – выступать и сочинять музыку. Многие считали, что мы тоже не сможем, и уже написали нам эпитафию: «Genesis: вначале было слово… а в конце была катастрофа, когда вместо потрясающего вокалиста вышел всего лишь барабанщик. Пусть покоятся с миром».
Почти весь концерт я прятался за стойкой микрофона. Худой, как щепка, 24-летний парень. И я даже не дотронулся до микрофона. Снять его со стойки и взять в руки было бы слишком похоже на… вокалиста. Но это выступление лишь оставило небольшие синяки и порезы на моем хрупком осознании себя как фронтмена".
Майк Резерфорд:
"Тур The Trick of the Tail начался в Лондоне (Онтарио) 25 марта 1976 года (Майк ошибся с датой - 26-го числа - прим.) — это было первое выступление Фила в качестве ведущего вокалиста. Мы всегда давали первый концерт где‑нибудь на периферии — не то чтобы Лондон в Онтарио был настоящей глушью, — и мы сознательно выбрали Канаду, потому что там у Пита было меньше истории, чем в Европе. Тем не менее, когда мы стояли за кулисами, мы не просто волновались — мы были в ужасе. Как и Фил.
Пит был очень яркой фигурой, и после стольких лет мы просто не могли представить, как справится Фил. Как только Фил сменил Пита, все вспомнили его прошлое: «Ах да, Ловкий Плут! Я помню!» Оглядываясь назад, очевидно, что он должен был добиться успеха. Он был частью группы, так что публика уже любила его: люди были на его стороне с самого первого дня.
На сцене Фил всегда был очень зрелищным барабанщиком — не
крикливым, но за ним было интересно наблюдать. Даже когда он задевал
свои маленькие китайские тарелки, он вёл себя как настоящий шоумен. Было
заметно, что Пит постоянно стремился встать рядом с Филом на сцене,
заглядывал через плечо, чтобы посмотреть, как тот играет.
Мы с самого начала знали, что костюмы не будут частью выступления: достаточно было посмотреть на Фила, чтобы понять - он не будет смотреться в маске с цветами. Мы по умолчанию нашли для группы новое направление, и никто из нас не хотел возвращаться к прежнему. Фил наряжался только один раз - на концерте в Испании, когда мы играли на арене для корриды: очарованный темой Аламо, он вышел в ковбойском наряде, и в ту же секунду, как он ступил на сцену, стало ясно - это не сработает. Он и сам это понял.
Но мы не знали, продолжит ли Фил рассказывать сюрреалистичные, призрачные истории Пита. Фил всегда больше волновался из‑за разговоров между песнями, чем из‑за пения. Настолько, что в тот первый вечер в Онтарио он написал несколько страниц заметок формата А4 - напоминаний о том, что собирался сказать. Я слышал, как они шуршали у него в руке, когда он подходил к микрофону, чтобы поздороваться со зрителями.
Я навсегда сохраню в памяти этот образ: Фил в футболке, с длинной бородой и дрожащей рукой. Это был сюрреалистичный момент: я смотрел на него перед собой и не видел Пита. Странный момент для всех. Но потом мы это преодолели, и я до сих пор помню ощущение после первых двух песен: всё будет хорошо. Так и вышло. После того первого вечера он просто импровизировал в общении с залом, и всем это нравилось.
Общение Фила помогло нам. Оно разряжало атмосферу между нашими более мрачными и задумчивыми песнями. Пит на сцене был загадочным и недосягаемым, что было здорово, но Фил всегда был «парнем по соседству», с которым можно было себя ассоциировать. Из‑за театральности Пита мы никогда точно не знали, куда идём. Теперь же акцент, похоже, сместился на музыку и нас как музыкантов. По сравнению с туром The Lamb я определённо чувствовал себя увереннее на сцене - хотя, кроме того, что я теперь стоял, зрители вряд ли это заметили. С этого момента я начал чувствовать себя комфортнее, увереннее в том, кто я есть. И единственное, о чём я сожалел, - что больше никогда не сыграю целый концерт с Филом за ударной установкой. Никто не умел играть на барабанах, как Фил - он играл ради песни, а не ради себя, - и я скучал по этому до конца. С точки зрения игры на барабанах живые выступления уже никогда не были такими же".
Сет-лист:
Dance on a Volcano (исполнялась впервые)
The Lamb Lies Down on Broadway
Fly on a Windshield
Broadway Melody of 1974
Carpet Crawlers
The Cinema Show
Robbery, Assault and Battery (исполнялась впервые)
White Mountain (исполнялась впервые)
Firth of Fifth
Entangled (исполнялась впервые)
Squonk (исполнялась впервые)
I Know What I Like (In Your Wardrobe)
Los Endos (исполнялась впервые)
It
Watcher of the Skies