Их история началась на новогодней вечеринке. Шестнадцатилетняя Саша стояла у ёлки, когда к ней подошёл высокий темноволосый парень с обаятельной улыбкой.
— Ты самая красивая здесь, — сказал он с лёгким акцентом. — Можно пригласить тебя на танец?
Она засмеялась, смутилась. Его звали Диего, ему было двадцать пять, он приехал из Бразилии учиться. Он красиво ухаживал: дарил цветы, писал стихи, говорил, что она — его муза. Спустя две недели они сблизились, а ещё через месяц Саша увидела две полоски на тесте.
Мама плакала, кричала: «Ты сошла с ума! Он тебя использует!». Но Саша не слушала. Диего был рядом, гладил её живот и обещал, что всё будет хорошо.
Когда родился маленький Санни, маска слетела окончательно.
— Ты выглядишь как мешок, — бросил Диего, глядя на её растянутую кожу. — Приводи себя в порядок.
— Я только родила! — прошептала Саша, прижимая сына. — Мне нужно время.
— Времени нет. Деньги кончились. — Он навис над ней, и в голосе зазвучал металл. — Либо ты идёшь танцевать в клуб, либо я забираю Санни. У меня есть документы, и я знаю, как сделать так, что ты его больше никогда не увидишь.
— Диего, пожалуйста…
— Выбор за тобой.
Саша стала стриптизёршей. Мама узнала, приехала, схватила её за плечи: «Дочь, прекрати! Я помогу, мы что-нибудь придумаем!». Но Диего запретил видеться с матерью. А через три дня позвонила соседка: маму увезла скорая, инфаркт. Не выдержала.
Саша стояла над гробом, сухая, без слёз. Диего держал её под руку и шептал: «Не позорь меня, не ной. Люди смотрят».
Первая ночь в клубе
— Выходи, — голос Диего за кулисами был спокоен, как у хозяина, отпускающего собаку с поводка. — Помни, Санни спит в машине. Если я позвоню, что мы уезжаем — ты больше никогда его не увидишь. Ты поняла, Саша?
— Поняла, — выдавила она.
Она танцевала под грязный бит, чувствуя взгляды, которые раздевали её быстрее, чем она сама сбрасывала одежду.
Потом Диего подошёл к ней с толстым мужчиной в кожаном пиджаке.
— Это Игнат. Ты ему понравилась. У него частный клуб, платит в три раза больше.
— Я не хочу…
Диего схватил её за локоть, пальцы впились до синяков.
— Ты не хочешь? — прошипел он. — А я не хочу жить с нищей. Ты забыла, кто тебя кормит? Ты забыла, что без меня у тебя нет ничего? Даже мать… — он усмехнулся, — …не выдержала тебя.
— Не смей говорить о маме, — голос Саши дрогнул.
— А то что? — он сжал её подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Ты будешь танцевать для Игната. Сегодня. Или я уезжаю с Санни прямо сейчас.
Она кивнула. Слёзы текли по щекам, но Диего вытер их грубо, как стирают грязь: «Не реви, размажешь косметику».
Первый приватник был страшным. Игнат привёз её в загородный дом, бросил на столик пачку купюр и кивнул на диван: «Начинай».
Саша закрыла глаза. Она двигалась, как робот, сбрасывая с себя одежду, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. Пальцы дрожали, когда она потянула резинку трусов.
— Не тормози, — спокойно сказал Игнат. — Я заплатил.
Когда музыка стихла, Саша оделась, не глядя на него. Деньги сунула в карман. В машине по дороге домой смотрела в окно и не плакала.
Дома Диего спал на диване. Она заперлась в ванной, включила воду и наконец разрыдалась. Потом села на пол, обхватив колени, и долго сидела под шум воды.
А потом посмотрела на пачку денег на раковине. Тридцать тысяч. За час. За час унижения, который стоил месячной аренды.
— Если я смогу сама… — прошептала она. — Если я спрячу деньги…
Она тихо вышла из ванной, нашла свой паспорт на дне комода, сунула в пакет с детскими вещами. И начала считать.
Следующие две недели она танцевала для Игната, потом для его партнёров, потом для незнакомых мужчин. Диего думал, что все деньги уходят на него. Но Саша каждую ночь прятала купюры в пачку подгузников.
— Ты какая-то странная, — сказал он однажды, глядя, как она кормит Санни. — Задумчивая.
— Устала, — ответила она, не поднимая глаз.
— Устала? — он рассмеялся. — Ты всего-то ноги раздвигаешь под музыку. Не прикидывайся.
Она промолчала. Внутри копилась ненависть, но она прятала её за улыбкой.
Через 3 месяца у неё было полмиллиона. Она нашла квартиру в Мурманске, купила билеты на поезд. В последнюю ночь Диего уснул пьяным. Саша одела Санни, взяла рюкзак и пачку подгузников с деньгами.
На пороге она замерла. Посмотрела на его лицо — такое красивое когда-то, такое чужое сейчас.
— Прощай, — прошептала она.
На улице было холодно. Таксист помог донести вещи.
— Молодая, одна с ребёнком? — спросил он. — Далеко?
— На вокзал. — Саша посмотрела на Санни, который спал у груди. — В новый город.
Она больше не оглядывалась. Впереди была жизнь, которую она выгрызла зубами. И никто не мог её у неё отнять...
Если вам нравятся наши истории, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, пишите комментарии -
давайте будем ближе!