Спортивная сумка не просто упала — она тяжело грохнулась на светлый керамогранит прихожей, едва не зацепив стеклянную консоль. Следом на пол шлепнулась небрежно брошенная стопка свитеров.
— Убирайся, я теперь директор, а ты — ноль! — сорвался на хриплый крик Олег, нервно дергая себя за воротник идеально выглаженной сорочки. Галстук он уже отшвырнул на кресло. — Собирай свои пожитки, и чтобы через час духу твоего здесь не было!
Ксения стояла в дверях кухни, прижимая к груди старую вязаную кофту. За панорамными окнами пентхауса барабанил крупный осенний дождь, размывая яркое сияние ночного города. В квартире отчетливо пахло терпким мужским парфюмом с нотками кедра и едва уловимым ароматом остывшего зеленого чая, который Ксения заварила полчаса назад.
— Олег, ты слышишь сам себя? — ее голос звучал на удивление ровно, без истеричных надрывов. — Мы пять лет вместе. Мы начинали в съемной студии, где зимой замерзали окна. А теперь ты выгоняешь меня из-за того, что Инесса пообещала тебе долю в новых контрактах?
Олег презрительно усмехнулся. Он подошел к массивной барной стойке, плеснул в низкий стакан порцию выдержанного крепкого напитка. Лед сухо звякнул о стекло.
— Не смей сравнивать себя с Инессой, — процедил он, делая глоток. — Она — масштаб. Она мыслит стратегиями, перспективами. А ты? Ты сидишь в своем сметном отделе на тринадцатом этаже и перекладываешь бумажки. Ты застряла в прошлом, Ксюша. Я стал управляющим директором. Мне нужен партнер, а не гиря на ногах. Я давно завел эту интрижку, и, честно говоря, жалею только о том, что не сделал этого раньше.
Ксения медленно подошла к брошенной сумке. Опустилась на корточки, аккуратно складывая футболки.
— Масштаб, значит, — тихо повторила она, не поднимая головы. — Твоя Инесса подписывает фиктивные акты приемки по проекту «Горизонт». Вы закупаете материалы у фирм-пустышек. Бюджет раздут почти вдвое. Думаешь, если я просто аналитик, то не умею читать документы?
Олег замер. Стакан застыл на полпути к губам. На секунду на его лице отразилось крайнее удивление, которое тут же сменилось бешеной злостью. Откуда эта посредственность могла знать о его схеме? Они с Инессой планировали вывести крупную сумму на зарубежные счета, и все выглядело идеально.
— Ты просто завистливая неудачница, — прошипел он, делая к ней резкий шаг. — Пытаешься лезть в большие дела, в которых ничего не понимаешь. Это бизнес!
Он вытащил из внутреннего кармана пиджака кожаный бумажник, достал толстую пачку купюр и швырнул их на журнальный столик. Деньги веером разлетелись по стеклянной поверхности.
— На дешевую гостиницу и такси хватит. Завтра мои юристы пришлют бумаги на развод. Давай обойдемся без истерик.
Ксения выпрямилась. В ее темных глазах не было мольбы или слез. Она смотрела на него спокойно, будто прикидывала цифры в очередном годовом отчете.
— Истерик не будет, Олег, — она застегнула молнию на сумке. Накинула свое старое драповое пальто. — Будет полная проверка всех ваших дел.
— Иди уже, контролер, — хохотнул он ей вслед, отворачиваясь к панорамному окну.
Щелкнул тяжелый замок. Дверь закрылась. Олег выдохнул, достал смартфон и быстро набрал сообщение: «Балласт сброшен. Жду тебя завтра в новом кабинете». Он был абсолютно уверен, что только что открыл дверь в блестящее будущее.
Ледяной ветер сразу забрался под пальто, стоило Ксении выйти из сверкающего мрамором лобби элитного жилого комплекса. Она шла по мокрому асфальту, глядя под ноги.
Бесшумно, шурша шинами по влажной листве, к тротуару выкатился длинный представительский седан темного цвета. Водитель в строгом костюме мгновенно оказался на улице, раскрывая над Ксенией широкий зонт.
— Добрый вечер, Ксения Александровна, — почтительно произнес он, забирая ее потертую сумку.
— Здравствуй, Денис. Поехали в центральный офис.
Она опустилась на заднее сиденье. В салоне пахло качественной кожей и легким озоном от работающего климат-контроля. Ксения достала из сумочки защищенный спутниковый телефон.
Пять лет назад, после ухода из жизни отца, она унаследовала огромный строительный холдинг «Капитал Групп». Совет директоров тогда настороженно принял молодую наследницу. Ксения решила действовать нестандартно: наняла опытного генерального директора Вадима, а сама взяла девичью фамилию матери и устроилась аналитиком в одно из приобретенных ими подразделений. Ей нужно было изучить систему с самых низов, найти слабые места.
Именно там она встретила Олега. Тогда он казался искренним, амбициозным парнем. Ксения полюбила его. Она тайно купила этот пентхаус через цепочку доверенных лиц, сдавая его Олегу за смешные деньги, чтобы не задеть его мужское самолюбие. Она негласно давала зеленый свет его проектам, надеясь вырастить из него надежного партнера. Но испытание властью Олег провалил. Вместо благодарности проснулась жадность, а связь с начальницей стала последней каплей.
Гудки в трубке прервались глубоким баритоном.
— Слушаю, Ксения Александровна, — ответил Вадим.
— Вадим, начинаем генеральную уборку, — тон Ксении стал рубленым, деловым. — Активируй протокол полной блокировки по проекту «Горизонт». Заморозь все переводы.
— Сделано. Что делать с руководством филиала?
— Заблокируй пропуска Олега и Инессы на все этажи, кроме переговорной на первом. Счета, на которые они выводили средства, обнули. У меня есть все доступы к их транзакциям. Переведи деньги в наш благотворительный фонд. И еще. В той квартире на набережной смените замки до утра. Вещи Олега соберите в коробки и отправьте на самый дешевый склад в промзоне. Завтра в девять мы проводим экстренное заседание правления.
Ксения откинула голову на подголовник и прикрыла глаза. Она давала ему шанс. Он свой выбор сделал.
Утро встретило Олега ярким, режущим глаза солнцем. Он проснулся на широкой кровати, сладко потянулся. Никакой Ксении с ее упреками и дешевыми свитерами. Только он, успешный человек на пике формы.
Он тщательно выбрил лицо, надел новый костюм глубокого синего цвета, поправил манжеты. Дорога до офиса казалась триумфальным шествием.
Подойдя к турникетам вип-зоны бизнес-центра, Олег небрежно приложил блестящий пластик к панели.
Раздался короткий, противный писк. Светодиод моргнул красным светом. На маленьком экране высветилось: «В доступе отказано».
Олег нахмурился, приложил пропуск снова. Тот же результат.
— Эй, охрана! — нетерпеливо позвал он. — У вас система висит. Пропустите, я новый управляющий директор.
Дежурный охранник медленно подошел к стойке. В его взгляде не было привычной подобострастности. Скорее, холодная отстраненность.
— Ошибки нет, Олег Дмитриевич. Ваш пропуск аннулирован распоряжением службы безопасности холдинга. Мне велено пропустить вас только на первый этаж, в главный зал заседаний.
— Какой еще холдинг? Вы в своем уме? Я сейчас Инессе звоню! — Олег раздраженно выхватил телефон, чувствуя, как внутри все начинает неприятно сжиматься.
Гудки тянулись издевательски долго. Наконец Инесса сняла трубку.
— Олег... — ее голос срывался, звучал жалко и тонко. — Олег, иди в переговорную. Срочно.
— Да что происходит? Меня охрана стопорит!
— Денег нет, — всхлипнула она. — Перевод, который мы вчера отправили на фирму-подрядчика... он не прошел. Внутренняя безопасность заблокировала все счета. А наши резервные фонды за рубежом обнулены. До копейки.
Олег остановился посреди шумного холла. Мимо шли сотрудники со стаканчиками утреннего кофе, хлопали двери лифтов, а он вдруг перестал слышать окружающие звуки.
— Как обнулены? Никто не знал кодов, кроме нас! Это ошибка банка!
— Прилетел Вадим Андреевич из главного офиса. С ним какие-то люди в штатском. Нас раскрыли, Олег.
Когда он толкнул тяжелую дубовую дверь зала заседаний, внутри было не продохнуть от напряжения. За длинным овальным столом сидели руководители направлений. Инесса сидела с краю, нервно теребя край дорогой шелковой блузки. На ее шее проступили красные пятна.
Во главе стола возвышался Вадим — генеральный директор всего гигантского холдинга «Капитал Групп».
— Присаживайтесь, Олег Дмитриевич, — ровным, лишенным эмоций голосом произнес Вадим. — Ждали только вас.
Олег на негнущихся ногах дошел до свободного кресла. Воротник рубашки внезапно стал слишком тугим.
— Уважаемые коллеги, — начал Вадим, обводя присутствующих тяжелым взглядом. — Ночью мы провели экстренную проверку. Выявлены факты масштабного вывода средств через цепочку фиктивных компаний. Ситуация критическая. Поэтому президент нашего холдинга, которая последние несколько лет работала в тени, изучая структуру изнутри, решила лично закрыть этот вопрос.
Боковая дверь переговорной плавно открылась.
Олег повернул голову, ожидая увидеть столичную акулу бизнеса. Но то, что он увидел, заставило его замереть, перестав дышать.
В зал уверенным, четким шагом вошла Ксения.
На ней был безупречно скроенный деловой костюм угольного цвета. Волосы, которые она обычно собирала в небрежный пучок, теперь лежали ровной волной. Позади нее шли двое крепких сотрудников безопасности и человек с папкой, похожий на юриста из следственного отдела.
Ксения прошла к свободному креслу во главе стола. Вадим почтительно кивнул ей.
В зале стало так тихо, что отчетливо слышалось гудение проектора под потолком.
Олег смотрел на нее, и его мозг отказывался соединять пазлы. Это была его жена. Женщина, которой он вчера бросал жалкие купюры на такси.
— Доброе утро, — голос Ксении звучал твердо и властно. Она не смотрела на Олега. Она коснулась сенсорной панели на столе. — Меня зовут Ксения Александровна. Я являюсь единственным владельцем этой компании. И я категорически недовольна тем, как вы распоряжаетесь моими деньгами.
Инесса издала звук, похожий на сдавленный стон, и закрыла лицо руками.
На огромном экране появилась детализированная схема. Красные линии тянулись от бюджета филиала к трем подставным фирмам.
— Бывший управляющий директор и его заместитель, — Ксения перевела взгляд на Олега. У Олега внутри все мгновенно похолодело. — Выстроили примитивную схему откатов. Вы одобряли переводы на гигантские суммы за услуги, существующие только на бумаге.
На экране замелькали банковские выписки, даты и фотографии Олега с Инессой у дверей зарубежного банка.
— Ксюша... — одними губами прошептал Олег. Он попытался привстать, упираясь потными ладонями в полированную столешницу. — Ксения, подожди. Это какая-то чудовищная ошибка. Инесса меня подставила, я ничего не подписывал...
— Для вас я — Ксения Александровна, — слова Ксении прозвучали жестко и окончательно. — Вы оба уволены без выплаты выходных пособий. Материалы внутреннего расследования уже переданы в органы. Возмещение ущерба будет производиться за счет изъятия ваших личных активов.
Она едва заметно кивнула людям в штатском.
— Пройдемте, — мужчина с суровым лицом подошел вплотную к Олегу. — У нас много вопросов о происхождении ваших капиталов.
Олег медленно поднялся. Колени дрожали. Он смотрел на женщину во главе стола и только сейчас начинал осознавать масштаб своего падения.
— Квартира... — хрипло выдавил он. — Мой пентхаус...
— Пентхаус всегда принадлежал холдингу. Как и машина, на которой вы ездили, — спокойно ответила Ксения, перебирая документы. — Вы называли меня нулем, Олег. Говорили, что я тяну вас на дно. Посмотрим, как высоко вы взлетите теперь, когда балласт сброшен.
Прошло два долгих месяца.
За окном обшарпанной комнаты в старом районе города завывал холодный ноябрьский ветер. По стеклу стучали мелкие капли дождя.
Олег сидел на продавленном диване. В комнате пахло сыростью и пылью. Батареи едва грели.
Следствие набирало обороты. Инесса быстро пошла на сделку, свалив всю вину на него. Счета Олега находились под арестом. Дорогие часы, дизайнерская одежда — все было изъято в счет погашения гигантского долга. Государственный защитник лишь разводил руками, советуя готовиться к худшему.
От него отвернулись абсолютно все. Вчерашние приятели не брали трубки, а коллеги делали вид, что не помнят такого сотрудника.
В углу комнаты, возле поцарапанного шкафа, стояла та самая старая спортивная сумка. Вчера курьер доставил ее со склада, куда вывезли жалкие остатки его личных вещей. Вместе с сумкой лежал конверт с решением суда о расторжении брака.
Олег тяжело поднялся, подошел к сумке и потянул за заедающую молнию.
На дне не было ни свитеров, ни футболок. Там лежал только небольшой плотный конверт. Олег вскрыл его дрожащими пальцами.
Внутри лежала пачка купюр. Те самые деньги, которые он тогда высокомерно швырнул Ксении на журнальный столик. Ни одной банкнотой больше.
А поверх денег лежал белый квадратный лист бумаги. Знакомым, ровным почерком, которым Ксения когда-то писала ему списки покупок в их первой съемной квартире, была выведена одна строчка.
«Удачного полета, директор».
Олег сел прямо на пол, судорожно комкая бумажку. Теперь он остался один на один с тем, что сам натворил.
Она дала ему все. Она верила в него, когда у него не было ничего, кроме амбиций. А он променял это на фальшивый статус и чужие деньги.
Он уткнулся лбом в край пустой сумки. В тишине сырой комнаты послышался горький вздох человека, который собственными руками уничтожил свою жизнь.
Спасибо за ваши СТЭЛЛЫ, лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!