Всё, до чего я дотянулась в маминой комнате, я сперла. В какой-то момент мама сдалась и делала вид, что не замечает новые царапины на ее шикарных ботильонах и зацепки на шарфиках. У нас один размер одежды и обуви. Зато теперь колесо вещевой сансары развернулось: если мама видит у меня какую-то вещь и она ей сильно нравится, я иду и покупаю точно такую же маме в подарок. Из психоанализа мы знаем, что девочка превращается в женщину когда родители дают свое благословение и признают ее красоту. Мне повезло, я получала от мамы комплименты и поощрение хорошо выглядеть. Те женщины, которые этого не получили, вырастая, должны сами себе такое благословение дать.
Мне 17.
Всё, до чего я дотянулась в маминой комнате, я сперла. В какой-то момент мама сдалась и делала вид, что не замечает новые царапины на ее шикарных ботильонах и зацепки на шарфиках. У нас один размер одежды и обуви.
Зато теперь колесо вещевой сансары развернулось: если мама видит у меня какую-то вещь и она ей сильно нравится, я иду и покупаю точно такую же маме в подарок.
Из психоанализа мы знаем, что девочка превращается в женщину когда родители дают свое благословение и признают ее красоту. Мне повезло, я получала от мамы комплименты и поощрение хорошо выглядеть. Те женщины, которые этого не получили, вырастая, должны сами себе такое благословение дать.
