— Ульяна, ты не видела мой серый джемпер? — Голос Гоши доносился из недр шкафа-купе, сопровождаемый шорохом вешалок и тихим ворчанием.
Ульяна, стоявшая у плиты и сосредоточенно помешивавшая овсянку, даже не обернулась. Она знала этот джемпер наизусть: поношенный, с едва заметным пятнышком от кофе на рукаве, но любимый Гошей до безумия.
— Посмотри на третьей полке снизу, — отозвалась она, добавляя в кашу щепотку соли. — Вчера только погладила.
— Нашел! — Гоша материализовался в дверях кухни, сияя, как начищенный самовар. В руках он держал тот самый джемпер, аккуратно сложенный. — Слушай, Ульян, я тут подумал... Маме бы телевизор новый купить. Старый-то совсем барахлит. Экран полосит, звук пропадает... Она ж мучается.
Ульяна медленно опустила ложку в кастрюлю. Овсянка, словно почувствовав смену настроения хозяйки, угрожающе булькнула.
— Телевизор? — переспросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Гош, мы же Маше куртку собирались покупать. Весна на дворе, а она в старой ходит. Помнишь, ты обещал?
Гоша замялся, переминаясь с ноги на ногу. Его энтузиазм заметно поутих.
— Ну, куртка... — протянул он. — У нее же есть старая, пятилетняя. Еще крепкая, поносит. А мама... Мама — это святое. Ей телевизор нужнее. Она ж целый день дома сидит, новости смотрит. Ей развлечение какое-то нужно.
— А Маше развлечение не нужно? — Ульяна почувствовала, как внутри закипает глухое раздражение. — Ей пятнадцать лет, Гош. Ей хочется выглядеть нормально перед сверстниками. А не донашивать вещи пятилетней давности.
— Ульяна, не начинай, — Гоша поморщился, словно от зубной боли. — Вечно ты драму устраиваешь. Мама одна живет, ей тяжело. Алина вон совсем про нее забыла, даже не звонит. Кто, если не я, ей поможет?
Алина, сестра Гоши, действительно отгородилась от матери кирпичной стеной. Она давно поняла, что Маргарита Павловна — это бездонная бочка, в которую можно вливать деньги бесконечно. Подарки, техника, мебель... Свекровь любила халяву и умело манипулировала сыном, играя на его чувстве долга.
— Алина умнее нас оказалась, — буркнула Ульяна под нос, выключая плиту. — Поняла, что Маргарите Павловне сколько ни дай, все мало будет.
— Что ты сказала? — Гоша недоверчиво посмотрел на жену.
— Ничего, — Ульяна вздохнула. — Кашу ешь. Остынет.
Завтрак прошел в молчании. Гоша, быстро проглотив овсянку, засобирался на работу. Ульяна, механически доедая свою порцию, размышляла о сложившейся ситуации. Это продолжалось годами. Гоша жалел деньги на семью, на жену, на детей, но для матери у него всегда находились средства. Он покупал ей дорогие подарки, новую технику, мебель, проводил у нее все выходные, помогая по хозяйству. А Ульяне приходилось выкраивать копейки, чтобы купить одежду детям, оплатить кружки Маши, отложить хоть что-то на черный день.
— Сама заработай, — часто говорил Гоша, когда Ульяна просила деньги на что-то необходимое. — У тебя же есть зарплата. Вот и трать ее на свои хотелки.
Ульяна работала, но ее зарплаты едва хватало на продукты и коммунальные услуги. Гоша же, получавший значительно больше, считал, что его обязанность — обеспечивать мать, а семья как-нибудь сама выкрутится.
— Гош, ты не забыл, что у Маши день рождения в следующем месяце? — спросила Ульяна, когда муж уже стоял в дверях.
— Помню, помню, — отмахнулся Гоша. — Подарим что-нибудь. Не переживай.
— Что «что-нибудь»? — настаивала Ульяна. — Она планшет просила. Для учебы нужен.
— Планшет? — Гоша вытаращил глаза. — Ульяна, ты с ума сошла? Зачем ей планшет? Пусть в библиотеку ходит, книги читает. Учиться надо, а не в игрушки играть.
— В библиотеку? В пятнадцать лет? — Ульяна не сдержалась и горько усмехнулась. — Гош, ты в каком веке живешь? Сейчас все учатся по электронным учебникам, в интернете информацию ищут. Без планшета ей трудно будет.
— Пусть телефон использует, — буркнул Гоша, натягивая ботинки. — У нее же есть смартфон. Вот пусть и пользуется.
— Смартфон? Год назад купленный, самый дешевый? — Ульяна почувствовала, как слезы подступают к глазам. — У него экран маленький, глаза испортит. И тормозит он постоянно.
— Ульяна, прекрати истерику, — Гоша раздраженно дернул плечом. — У меня нет денег на планшет. Все, я ушел. Вечером поговорим.
Дверь хлопнула, оставляя Ульяну одну на кухне. Овсянка в тарелке окончательно остыла. Маша, дочка-подросток, сонно поплелась в ванную, даже не взглянув на мать. Сын Паша, восемнадцатилетний студент, уже жил отдельно, снимая квартиру с другом. Они оба учились в одном вузе и подрабатывали, стараясь не обременять родителей финансово. Ульяна гордилась сыном, но в то же время ей было больно, что он вынужден так рано взрослеть.
В мартовский день, когда за окном еще лежал снег, а в воздухе уже пахло весной, Ульяна сидела на кухне и составляла список покупок. Взгляд ее упал на потрепанную тетрадь в клетку, где она вела учет семейного бюджета. Цифры были неутешительными. Денег катастрофически не хватало.
— Так, — пробормотала она, — хлеб, молоко, яйца... Овощи... Мясо... Господи, цены растут как на дрожжах. Скоро на одни макароны перейдем.
Ульяна вздохнула и закрыла тетрадь. Взгляд ее упал на старый, пожелтевший от времени календарь на стене. Март... Скоро день рождения Маши. А подарка нет. И денег на него тоже нет.
— Что же делать? — подумала Ульяна. — У кого занять? К кому обратиться?
Она вспомнила про Алину. Может, сестра мужа поможет? Ведь она же знает, как тяжело Ульяне приходится.
Ульяна набрала номер Алины. Трубку сняли не сразу.
— Алло, Ульяна? — послышался голос Алины, сонный и немного раздраженный. — Что случилось? Почему так рано звонишь?
— Алин, прости, — Ульяна замялась. — Я по делу. У Маши скоро день рождения. Она планшет просила. У меня денег нет. Гоша отказался покупать. Может, ты одолжишь? Я верну, как только смогу.
На том конце провода воцарилось молчание. Ульяна слышала, как Алина тяжело вздохнула.
— Ульян, ты же знаешь мою ситуацию, — сказала Алина. — У меня ипотека, кредит за машину... Сын учится... Я сама еле концы с концами свожу. Извини, но я не могу помочь.
— Понятно, — Ульяна почувствовала, как ком подступает к горлу. — Ну, ладно. Спасибо. Пока.
Она положила трубку и расплакалась. Слезы капали на тетрадь с бюджетом, размывая цифры. Ей было обидно за дочь, за себя, за то, что Гоша так безразлично относится к их нуждам.
— Все, — решила Ульяна, вытирая слезы платком. — Так больше продолжаться не может. Надо что-то менять.
Она решила, что будет откладывать каждую копейку. Каждый рубль, сэкономленный на продуктах, каждая подработка, каждый подарок — все пойдет в тайную копилку. Она решила забрать Машу и уйти от Гоши. Паша уже взрослый, он сам о себе позаботится. А Машу она должна защитить.
Ульяна начала действовать. Она стала экономить на всем, на чем только можно. Перестала покупать сладости, дорогие фрукты, мясо заменила на более дешевые субпродукты. Стала готовить сама, отказавшись от полуфабрикатов. Нашла подработку — стала мыть полы в соседнем подъезде. Деньги, полученные за работу, она прятала в старый носок, спрятанный в глубине шкафа.
Гоша ничего не замечал. Он был слишком занят заботами о матери. Выходные он проводил у нее, помогая по хозяйству, покупая продукты, делая мелкий ремонт. Ульяна же оставалась дома с Машей, стараясь сделать их жизнь хоть немного радостнее.
Однажды Гоша пришел домой сияющий.
— Ульян, представляешь! — воскликнул он. — Маме телевизор купил! Огромный, плазменный! Смарт-ТВ, все дела! Она так обрадовалась! Прямо прослезилась!
Ульяна почувствовала, как внутри у нее все сжалось. Плазменный телевизор... Смарт-ТВ... Сколько же это стоило? Наверняка целое состояние. А Маше куртку купить пожалел.
— Молодец, — сухо сказала Ульяна, отворачиваясь к плите. — Рада за Маргариту Павловну.
— Ульян, ну что ты опять? — Гоша обиженно посмотрел на жену. — Я же для мамы стараюсь. Она заслужила.
— А я? А дети? Мы не заслужили? — Ульяна не сдержалась. — Гош, ты когда-нибудь думаешь о нас? О том, что нам нужно? Маше куртку купить не на что, а ты телевизоры покупаешь!
— Ульяна, хватит! — Гоша хлопнул ладонью по столу. — Я устал от твоих вечных претензий! У меня нет денег на куртку! Все, тема закрыта!
Гоша ушел в комнату, громко хлопнув дверью. Ульяна осталась одна на кухне. Слезы снова подступили к глазам. Ей было так больно, так обидно. Она чувствовала себя преданной, растоптанной.
Но муж и представить не мог, что удумала его жена.
Конец 1 части. Вступайте в наш клуб и читайте продолжение по ссылке: ЧАСТЬ 2 ➜