85 лет назад, 26 марта 1941 года, было учреждено звание лауреата Сталинской премии
Текст: Арсений Замостьянов
Иосиф Сталин получил немало подарков к 60-летию, но и отдаривался по мере сил. В декабре 1939 года были учреждены стипендии его имени и сталинские премии для деятелей науки и искусства. А через полтора месяца, 1 февраля 1940 года картину дополнило постановление о премиях по литературе. Наконец. 26 мартя 1941 года Совнарком принял постановления «Об установлении звания "Лауреат Сталинской премии"» и «О порядке выдачи Сталинских премий».
Премиальный фонд формировался, как считалось, из личных средств товарища Сталина — главным образом, из гонораров за переиздания его книг, которые выходили, как тогда говорили, «на всех континентах». В чём политический смысл этого начинания?
Конституция 1936 года утверждала, что социализм в СССР «в основном построен» и, значит, диктатура пролетариата — пройденный этап. Та же Конституция провозглашала, что «Советский Союз есть социалистическое государство рабочих и крестьян». При этом в условиях индустриализации и культурной революции всё важнее становилась роль интеллигенции. В те годы формировался широкий круг «знатных людей советской страны». Это стахановцы, челюскинцы, полярные летчики — маяки, на которых следует равняться. Когда у страны есть герои — это сплачивает, укрепляет цивилизационную спайку. Одна из функций Сталинских премий — пропаганда советской интеллигенции. Учёные, писатели, мастера искусств, архитекторы встраивались в парадное каре советских героев. Премиальный процесс охватывал все университеты страны, все научно-исследовательские институты, не говоря уж о творческих союзах и киностудиях. Время было предвоенное, а затем фронтовое — и закономерно, что в списках сталинских лауреатов мы видим немало учёных, работавших на оборону.
Список сталинских лауреатов впечатляет: перед нами во всей красе вырастает мощная плеяда писателей, ученых, музыкантов, архитекторов, актеров… Что их объединяет? Умение талантливо работать на результат по заказу эпохи.
Первым председателем Комитета по Сталинским премиям был театральный режиссёр Владимир Немирович-Данченко. Его заместителями были композитор Рейнгольд Глиэр, писатель Михаил Шолохов, кинорежиссёр Александр Довженко. Но премии присуждались постановлениями Совнаркома (Совета министров СССР). За 10 премиальных циклов на выплаты лауреатам потрачено около 58 000 000 рублей.
Было установлено денежное содержание премии: 1-я степень — 100 тысяч, 2-я — 50, 3-я — 25. Если премию получал дуэт соавторов — сумму делили поровну. Если три соавтора — половину денег получал руководитель, а двое других лауреатов поровну делили вторую половину. Если премии удостаивался коллектив из четырех (или более) сотрудников — руководитель получал треть денежного вознаграждения, а две трети следовало разделить между остальными лауреатами. В годы войны сумму пришлось повысить в два раза — правда, почти все лауреаты передавали премии в фонд Обороны.
...формировался широкий круг «знатных людей советской страны». Это стахановцы, челюскинцы, полярные летчики — маяки, на которых следует равняться. Когда у страны есть герои — это сплачивает, укрепляет цивилизационную спайку.
Лауреатство становилось частью «титула» — вместе с почетным званием («народный артист», «народный художник») и учёным званием («академик») и было охранной грамотой от опалы и репрессий. Позолоченный знак лауреата Сталинской премии полагалось ввинчивать на правой стороне груди выше всех орденов. В те времена носить награды не стеснялись.
Что можно было купить на Сталинскую премию? Судите сами. Эмка — первый советский массовый автомобиль — стоила в 1940 году 8—9 тысяч рублей. Кстати, если лауреат предпочитал общественный транспорт — он имел право пользоваться им бесплатно. Пошить в ателье модное пальто из дорогого коверкота или драпа в предвоенные годы можно было за 350—400 рублей. Но лауреатство — это не только «сумма прописью». Писатель получал право на внеочередное переиздание, художник — на выставку, учёный — на престижные госзаказы.
Самые-самые
За редкими исключениями, премии давали за актуальные достижения, а не за «многолетние заслуги». Как правило, лауреаты были действующими специалистами в расцвете сил. Для первой Сталинской премии сделали исключение: решили отметить книги, фильмы, научные достижения примерно за десять лет.
15 марта 1941-го в газетах появилась информация о первых сталинских лауреатах. 222 диплома лучшим из лучших! Наука, изобретения, литература и искусство… И награждение превратилось в «выставку достижений» советской цивилизации. Тут и Пётр Капица с работой «Турбодетандер для получения низких температур и его применение для ожижения воздуха», и братья Васильевы с фильмом «Чапаев», и Михаил Шолохов с романом «Тихий Дон», и Владимир Обручев с трёхтомным трудом «Геология Сибири», и корифей кораблестроения Алексей Крылов с «Основаниями теории девиации компаса», молодой Александр Твардовский с поэмой «Страна Муравия», и основоположник химической физики Николай Семенов с «Теорией цепных реакций»… Cтрана узнала самых высоколобых своих героев. Среди них — несколько будущих нобелевских лауреатов. А еще — балерина Галина Уланова, архитектор Алексей Щусев, оперный тенор Иван Козловский, математик Андрей Колмогоров.
Список сталинских лауреатов впечатляет: перед нами во всей красе вырастает мощная плеяда писателей, ученых, музыкантов, архитекторов, актеров… Что их объединяет? Умение талантливо работать на результат по заказу эпохи. В искусстве предпочтение отдавалось классике, большому стилю. Разумеется, награды предназначались для лояльных художников — для тех, кто вписывался в дух времени. Издержки эпохи проявились в троекратном награждении Трофима Лысенко — талантливого агронома, которого признали выдающимся ученым по политическим соображениям. И в том, что из года в год среди живописцев премировались авторы парадных картин с участием Сталина. Да и в литературных номинациях нередко (особенно — в послевоенные годы) приходилось награждать пустоватые, но «идейно верные» книги. И всё-таки тон задавали достижения высокой пробы.
Рекордсменом из сталинских лауреатом стал выдающийся авиаконструктор Сергей Ильюшин, человек с идеальной советской биографией: крестьянский сын, член партии с 1918 года, участник Гражданской войны. На его счету — семь Сталинских премий. Среди писателей больше всех премий получил Константин Симонов, среди кинорежиссеров — Иван Пырьев и Юлий Райзман. Все они — шестикратные лауреаты.
Пятикратным лауреатом был писатель Александр Корнейчук — столп советской украинской литературы, увы, сегодня полузабытый. Четырехкратными стали Самуил Маршак (кто его не помнит?), Николай Вирта (его имя, пожалуй, осталось в учебниках), Петр Павленко, которому удавались киносценарии. Трижды отметили Сталинской премией Сергея Михалкова — за стихи для детей, за сценарий к фильму «Фронтовые подруги» и за пьесы «Илья Головин» и «Я хочу домой».
Сергей Прокофьев и Дмитрий Шостакович с 1930-х годов входят в узкий круг самых исполняемых классиков ХХ века. Всемирно известные композиторы — в числе самых титулованных сталинских лауреатов. Первый получал премию шесть раз, второй — пять. Случалось, их подвергали строгой партийной критике, но неизменно ценили. В СССР с 1930-х годов классическую музыку почитали чрезвычайно — наравне с авиацией. Из авиаконструкторов шестикратными лауреатами были Александр Яковлев и соавторы МиГов Артём Микоян и Михаил Гуревич.
... в литературных номинациях нередко (особенно — в послевоенные годы) приходилось награждать пустоватые, но «идейно верные» книги. И всё-таки тон задавали достижения высокой пробы
Подчеркивалась преемственность с лучшими традициями дореволюционной русской культуры. Самой престижной литературной наградой царской России была Пушкинская премия, учреждённая в 1881 году. В 1919 году её получил Викентий Вересаев — за переводы поэм Гесиода «Работы и дни» и «О происхождении богов». Он стал последним пушкинским лауреатом. Прошло без малого четверть века — и Вересаев стал и лауреатом Сталинской премии 1-й степени «За многолетние выдающиеся достижения».
На равных с дуайенами получали порцию лавров и недавние дебютанты. Тридцатилетний Георгий Свиридов получил Сталинскую премию 1-й степени за Трио № 1 для фортепиано, скрипки и виолончели ля минор. В нём не ошиблись, разглядели будущего классика. Но трудно даже представить, чтобы в наше время к столь молодому композитору, работающему не в легком жанре, пришло государственное признание.
В 1951 году Сталинскую премию получил 25-летний писатель Юрий Трифонов — за свой первый роман «Студенты». Позже он не считал эту книгу удачей. Но роман и сегодня читается.
Театр одного актёра
Сталин в послевоенные годы нечасто появлялся на публике, а на заседаниях премиального комитета он баловал писателей, композиторов и учёных неформальным общением. Шутил, подавал знаки, разбрасывал многозначительные намеки, по которым судили о будущих изменениях идеологического климата в стране. Подробные записи о тех «вечерях» оставил Константин Симонов.
На обсуждениях соискателей Сталин обыкновенно вёл себя как патриархальный отец семейства, раздавая всем сестрам по серьгам. Он с добродушной иронией спорил с писателями, демонстрировал широкие жесты. Наверное, понимал, что всё это попадёт в мемуары.
Список сталинских лауреатов впечатляет: перед нами во всей красе вырастает мощная плеяда писателей, ученых, музыкантов, архитекторов, актеров… Что их объединяет? Умение талантливо работать на результат по заказу эпохи
Немало баек осталось о тех обсуждениях… Вера Панова получила Сталинскую премию 1-й степени за роман «Спутники» — о поезде милосердия в годы войны. Через год за роман «Кружилиха» ей присудили премию 2-й степени. Ещё через год, в 1949-м на премию выдвинули повесть «Ясный берег». На заседании Комитета по Сталинским премиям писатели раскритиковали эту книгу, сочли ее неудачной. Какая уж тут премия… Но вмешался Сталин:
— Давайте дадим — третьей степени. Но передайте товарищу Пановой, что четвертой степени у нас нет.
Сталин проглатывал все книги, выдвигавшиеся на премию — и официальную советскую литературу того времени знал досконально. Он говаривал: «Из женщин Панова самая способная». А при обсуждении книги Мариэтты Шагинян, которую критики оценивали скептически, улыбнулся:
— Ну, тогда сами и объясняйтесь с ней по этому вопросу. А то я ее боюсь.
И Шагинян все-таки получила премию 3-й степени за скромную книжку «Путешествие по Советской Армении». В тот же год Комитет приметил и двадцатипятилетнего Юрия Трифонова, его дебютный роман «Студенты» тоже получил Сталинскую премию 3-й степени. В 1970-е каждая его новая книга становилась событием, но Сталинская премия так и останется единственной заметной наградой писателя.
На одном из заседаний Сталин расхвалил роман Степана Злобина «Степан Разин». И тут раздался неумолимый голос Маленкова: «Нам сообщают, что во время пребывания в плену, в немецком концлагере, Злобин плохо себя вел, к нему есть серьезные претензии». Все присутствующие запомнили, как Сталин задумчиво вышагивал по залу, вслух повторяя один и тот же вопрос: «Простить или не простить? Простить или не простить?» Наконец, остановился: «Простить». Злобин получил премию 1-й степени, а вскоре выяснилось, что и в плену он вёл себя достойно.
Образцовые историки
Среди сталинских лауреатов немало выдающихся историков — тех, кто в 1930-е переводил гуманитарную науку на патриотические рельсы, а в 1940-е напоминал о славных победах наших предков. Трижды в 1940-е лауреатом стал Евгений Тарле: в частности, премию 1-й степени он получил за капитальный труд «Крымская война» постановлением от 22 марта 1943 года. Не уступал Тарле по лаврам академик Борис Греков. «Киевская Русь», «Крестьяне на Руси с древнейших времён до XVI века», «Золотая орда» (в соавторстве с Александром Якубовским) — за каждую из этих капитальных работ он получил по премии. Греков и Тарле, пожалуй, в наибольшей степени соответствовали сталинским представлениям об образцовом историке. Эрудированные, плодовитые, отдававшие дань конъюнктуре, умевшие сочетать исследовательскую работу с популяризаторством.
А в 1952-м триумфатором стал профессор МГУ Всеволод Авдиев, получивший Сталинскую премию 1-й степени за «Историю Древнего Востока» — книгу, которую штудировали несколько поколений историков. Классический учебник!
В 1951 году Сталинскую премию получил 25-летний писатель Юрий Трифонов — за свой первый роман «Студенты».
Два лауреатских значка носил Борис Рыбаков — тогда еще не академик, а просто старший научный сотрудник ГИМа. В 1949-м был заслуженно отмечен его труд «Ремесло Древней Руси». Отметили его и в последний год существования премии — за коллективный труд «История культуры Древней Руси». Кроме него тогда стали лауреатами археологи, историки культуры Николай Воронин, Михаил Каргер, Пётр Третьяков и филолог Дмитрий Лихачёв, будущий академик.
Проект закрыт
Сталин как истинный большевик не задумывался о банковских вкладах и авторских правах. Завещания он не оставил. Бюджет Сталинских премий после его смерти испарился, и их больше не присуждали. Среди последних сталинских лауреатов — композитор Дмитрий Шостакович, получивший тогда премию в пятый раз, художник Павел Корин, отмеченный за мозаичные панно на станции московского метро «Комсомольская-кольцевая» и ансамбль народного танца под управлением Игоря Моисеева.
Ровно десять раз вручались Сталинские премии, десять премиальных сезонов за тринадцать лет. Они выполняли не только церемониальную роль в информационной политике: в массовом сознании закрепилась важность научной и творческой работы, а имена «корифеев» стали общеизвестными. Достижения нашей науки и культуры в ХХ веке в современной России — предмет всеобщей гордости. Этот феномен не состоялся бы, если бы у нас не умели пропагандировать успех на творческом поприще.