По утрам я здесь злая. Потому что тяжёлая короткая ночь без подушки строго на спине после операции, да под храп, и вынужденное просыпание из-за соседок в 4 утра. Сегодня в 4:14 они встали и начали грохотать дверями, тумбочками и разговаривать в полный голос. А какая-то ещё и кричала ночью: то ли приступ какой-то, то ли приснилось что-то.
Я всё понимаю: кто-то в принципе рано привык вставать, кому-то в больнице не спится. Но совесть-то куда у людей девается? Ну встали, так пройдите тихонечко в холл, сядьте там на диванах, если уж в палате тихо не лежится, не сидится.
И ещё подбешивают вот эти разговоры, что "катаракта выросла"., а кого-то "проросла и всё захватила".
Люди очень дремучие в своих заболеваниях. Уж не знаю, что и как им говорят врачи, но есть же интернет, и можно прочитать про своё заболевание. Но нет же, сидят и байки друг другу пересказывают. До сих пор жива версия моей бабушки из 1986 года, что катаракта – это плёночка на глазе наросла.
А ещё мне так грустно и горько делается, когда люди сидят и на полном серьёзе называют себя слепыми с 80% зрения без коррекции. И ведь реально страдают. А у меня зрение 10% с коррекцией и только на одном глазе. Если б у меня было 40-50% с коррекцией, я была бы самым счастливым человеком.
А ещё мне иногда говорят: зато вы пенсию получаете, у вас инвалидность! Ах как хорошо. А я видеть хочу, а не 10 тысяч рублей или сколько там сейчас по третьей группе. Я работать полноценно не могу. Неужели кто-то готов променять зрение на пенсию?
Для тех, кто не в курсе поясню. У меня действительно есть третья группа инвалидности, но пенсию я не получаю, потому что получаю пособие по уходу за ребёнком-инвалидом. Когда около 8-10 лет назад я получала свою пенсию, её размер со всеми доплатами на лекарства был около 7500, а пособие на ребёнка 10 тыс + начислялись пенсионные баллы и страховой стаж. Поэтому я выбрала пособие. Получать одновременно и то, и то нельзя. Сейчас пособие по уходу за ребёнком-инвалидом составляет 10950 рублей.
***
Почему люди так боятся открытых форточек? Ладно б хорошо себя чувствовали при закрытых, но нет же, стонут, лежат потные вонючие, страдают, но не открывают.
А форточка здесь крохотная, погода сейчас безветренная, если дверь в палату не открывать, то сквозняка нет. Но не переубедишь же.
Когда я лежала под форточкой, я постоянно открывала её. А теперь я променяла форточку на тумбочку.
Это был сложный и мучительный для меня выбор.
Моя кровать была под форточкой, но при этой кровати нет отдельной тумбочки, только одна на двоих с соседкой. А у меня вещей больше, чем у тех, кто на пару дней приезжает. Но главное не в этом, я готова была и половиной тумбочки довольствоваться, но соседка по тумбочке, то скинет мои вещи на пол, то себе заберёт: "Ой, не заметила, думала моё".
Вот и пришлось при выписки соседки перейти на её кровать с отдельной тумбочкой.
Когда соседки выходят, я открываю форточку, когда они возвращаются закрывают, если заметят, что открыта, но замечают не всегда, поэтому днём легче.
***
Сегодня ожидаю вердикт – будет второй этап операции сегодня или нет. Обещают вроде сегодня.
***
Вчера вечером ходила к дежурному врачу и рассказывала о своей слёзной реакции на обезболивание в глаз и на операцию.
– А зачем вы плачете? Возьмите себя в руки!
– А зачем у людей давление повышается?
– Понятно, я замолвлю за вас словечко, чтобы что-нибудь укололи.
***