Итак, на дворе вторая половина 19-го века. Человечество угорает по железным дорогам, тяжёлым судам с металлической обшивкой, дальнобойной артиллерии. Человечеству нужна сталь. Много стали.
Как её добыть? Какие металлургические инструменты у нас под рукой? Бессемеровский процесс– отличная штука. Пудлингование – непроизводительное и изнурительное. Регенераторы Сименса.
Почему же бессемеровский процесс не справлялся с запросами человечества по стали? В базовом его исполнении этот процесс требовал очень специфического сырья с низким содержанием фосфора и серы. Обе эти примеси резко снижают механические свойства стали, а их удаление в рамках бессемеровского процесса было невозможно.
Нужно было что-то настолько же массовое и мощное, как домна, но способное давать сталь, а не чугун.
Для решения именно этой задачи двое французских инженеров, отец и сын Мартены, взялись придумать печь имени себя.
Во-первых, Мартены отказались от руды как основного компонента. Их печь была призвана перерабатывать чугун и лом в сталь. Причём доля лома могла достигать 60–70%. То есть их печь – печь вторичной переработки.
Во-вторых, в мартеновской печи шихта неподвижна. Как мы помним, в домне шихта постепенно спускается сверху вниз.
Ну и наконец, регенератор Сименса – не просто приставка, а ключевая часть печи, вокруг которой выстроена вся остальная её архитектура. Они интегрированы с камерой ванны расплава. Это позволило достичь высоких температур и длительного поддержания жидкой ванны расплава.
К тому же их печь позволяла металлургу брать пробы и, добавляя в ванну различные материалы (например, ферросплавы), точно доводить химический состав стали до требуемого.
Она стала основным сталеплавильным агрегатом в мире на целое столетие («мартеновская эпоха»), уступив место лишь в 1970–80-х годах более производительным и экономичным кислородным конвертерам и электропечам.