Звук был сухим, как если бы в пустой комнате раздавили пересохший кокон насекомого. Это лопнула кожа на моей левой подошве. В сумерках белая черта на пороге казалась безобидным налётом извести, но у этого порошка была иная природа. Он не просто лежал на дереве — он работал как абсолютный вакуум, мгновенно выкачивая влагу из всего, к чему прикасался.
Я не успел отдёрнуть ногу. Соль вошла в поры, замещая кровь и лимфу твёрдым, холодным кристаллом. Это не было болью. Это было ощущение тотальной, выжигающей сухости, которая за секунды превратила живую стопу в пористый монолит. Плотность тела росла, пока оно не сравнялось по весу с камнем.
Белизна поднималась выше, не зная преград. Колено заклинило на вдохе — сустав забило мелким известковым песком. Мышцы голени, ещё секунду назад бывшие мягкими, стали твёрдыми и хрупкими, как старый мел. Я застыл на крыльце, превратившись в вертикальное изваяние, намертво приросшее к доскам.
Причинно-следственная связь здесь механически безупречна: я стал сырьём. Вещество на пороге нуждалось в биологическом носителе, чтобы завершить цикл кристаллизации, и я предоставил ему необходимые литры жидкости.
Самое странное — это зрение. Слёзные протоки высохли первыми, превратив веки в два куска жёсткого пергамента. Я не мог моргнуть. Весь мир превратился в неподвижную серую проекцию: пустая дорога, чёрные контуры леса и такая же белая пыль на каждом пороге, насколько хватало взгляда. Деревня не спала. Деревня замирала в минерале.
А потом пришёл ветер.
В марте он пахнет талым снегом, но для меня он стал абразивом. С каждым порывом я чувствовал, как от моего плеча отделяется микроскопический слой. Ветер не обдувал меня — он меня стирал. Каждая песчинка, улетающая в сторону леса, была частью моего тела, ставшей пылью.
Я слышал, как мелкие крупицы «меня» бьются о перила. Лицо становилось плоским, черты сглаживались, превращаясь в ровную, белую, безымянную поверхность. Я чувствовал, как становлюсь легче, как мой объём уходит в воздух, превращаясь в белёсое марево над горизонтом. Соль — отличный проводник; мой мозг, запертый в известковом панцире черепа, всё ещё фиксировал вибрации среды. Я слышал, как в доме в конце улицы скрипнула дверь. Там тоже кто-то решил проверить порог. Босиком.
В пять сорок утра порыв ветра ударил мне в грудь. Мой остов, истончённый эрозией до состояния яичной скорлупы, не выдержал. Я лопнул. Звук был таким, словно на мраморный пол уронили хрустальный бокал.
Верхняя половина моего тела обрушилась вниз, но не достигла земли. На лету я рассыпался на миллиарды острых, сухих кристаллов. Воздушный поток подхватил это облако и понёс вдоль улицы. Мы летели легко, почти невесомо, смешиваясь в воздухе с пылью от других таких же столбов.
Ветер прижал нас к чужой двери. Мы послушно легли на дерево, выстроившись в идеально ровную, белоснежную полосу. Мы замерли, превратившись в безупречную засаду. Нам не нужна была месть. Нам просто требовалась новая влага, чтобы продолжать оставаться камнем.
Внутри дома послышались шаги. Замок щёлкнул.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#мистика #страшныеистории #хоррор #фолкхоррор