Туман не двигался.
Он лежал внизу.
Спокойный.
Идеальный.
Как будто…
ждал.
— Вернутся… — тихо сказал Беликов
Я не ответил.
Потому что уже понял:
если они вернутся —
мы не обрадуемся.
И в этот момент…
из тумана вышел силуэт.
Он шёл медленно.
Слишком медленно.
Как будто…
не помнил, как идти.
— Дектерёв… — прошептал я
Он остановился.
Поднял голову.
И я понял.
Это был он. Действительно он.
Но не тот который уходил.
Лицо.
Старое.
Слишком старое.
Глаза…
пустые.
— Вы… — сказал он
Голос был чужой.
— Вы долго…
— ждали.
У меня внутри всё оборвалось.
— Мы только…
Я замолчал.
Потому что понял:
для него
прошли годы.
— Где Морозов? — спросил я
Он не ответил.
Просто повернул голову.
И посмотрел назад.
В туман.
И тогда…
мы увидели их.
Я отступил.
Теперь было ясно.
Они не умерли.
Они жили там.
Долго.
Слишком долго.
Я вспомнил флягу.
Гильзу.
1987.
И меня пробило.
Это не просто место.
Это ловушка времени.
— Мы должны уходить… — прошептал я
Но Беликов покачал головой.
— Поздно…
Я посмотрел на него.
— Мы уже внутри.
Тишина.
И в этот момент…
туман дрогнул.
— Он идёт… — сказал Беликов
И я впервые почувствовал:
он не просто существует
он выбирает
Если бы ты увидел себя…
старого
сломленного
вернувшегося оттуда
что бы ты сделал