Как совмещать очную учебу в США и две российские «заочки» с карьерой в топовом университете, что за «специальные парни» для баскетбола, как она попала в NBA2K и почему Коби Брайант лучший — об этом и многом другом форвард Tar Heels Елизавета Астахова рассказала в интервью, которое Степан Будяков взял специально для «Перехвата».
«ПЕРЕЕЗД В США — ЭТО ВЫХОД ИЗ ЗОНЫ КОМФОРТА»
— Лиза, давай сначала поговорим не про баскетбол, а про бытовую, эмоциональную часть переезда. Перед твоим отъездом в США Андрей Кириленко говорил: «Переход в NCAA для Лизы сейчас — это выход из зоны комфорта. Здесь, в Москве, ты со своим папой, с родителями, играешь в комфортной ситуации, ты мастер спорта, ты лучшая. Переезд в США — это следующая ступенька. Ты идешь, и ты себя подвергаешь стрессу для того, чтобы продолжать работать, продолжать быть лучше». Все так?
— Андрей Геннадьевич сказал все правильно. Согласна с тем, что переезд в США — это выход из зоны комфорта. Но здесь действительно важно то, что это не только выход из зоны комфорта, но и возможность развиваться. Я не только изучаю новый язык — что пригодится мне в будущем, когда я буду посещать другие страны, — но и узнаю новую культуру, новых людей, как они общаются, что они делают.
— Ты за океаном уже полгода. Адаптировалась ли к новому месту в бытовом плане?
— Первый месяц был сложным, я даже не знала, например, где заказать продукты. Но с течением времени потихоньку осваиваешься. Сейчас уже ко всему привыкла, и у меня нет с этим проблем. Но первый месяц и правда был трудным.
— Бывает ли такое, что в США чувствуешь себя одиноко?
— Да, конечно, я по сей день скучаю по России, по моей семье, по подругам, которые остались в России. Но я понимаю, что это мой путь, что когда-то это должно было произойти. Я была к этому готова, поэтому не так сильно грущу.
— Давай поговорим про язык. В сентябре ты писала, что язык сильно отличается во время учебы и в быту. Тогда ты отмечала, что тебе бывает тяжело подстроиться под сокращения, разные акценты, сленг. При этом в своем телеграм-канале ты рассказывала, что уже даже давала интервью на английском. Приспособилась?
— Честно могу сказать, что пока я не говорю как настоящий носитель. Но я думаю, что это временно, потому что я не только живу в этой среде, но и сама пытаюсь учить английский и дополнительно развиваться в нем.
А по поводу разницы… Да, действительно язык совсем другой: люди разных национальностей говорят по-разному, и даже язык американцев часто отличается друг от друга. Кто-то говорит четче и использует одни выражения, кто-то – менее четко и использует совсем другую лексику. Кто-то часто сокращает слова, и вообще непонятно, что они говорят. Даже местные не понимают. Есть же три самых популярных английских акцента: американский, британский и австралийский. Зачастую американцы не понимают англичан или австралийцев! Это всегда смешно, потому что они ведь говорят на одном языке. Так что есть очень много нюансов, но ко всему адаптируешься, когда живешь здесь.
Понятно, что я еще не говорю на английском так свободно, как хотелось бы… Особенно это касается смены стилей во время разговора. Например, с девчонками я говорю в одном стиле — и это самый просто язык, — а если я даю интервью или нахожусь на учебе и презентую какой-то проект, то я должна использовать совсем другую лексику. Пока что у меня нет такого легкого переключения, как с русским, но это дело времени.
— Ты упоминала подруг, которые остались в России… Удается ли поддерживать связь с ними? Раньше ты говорила, что твои самые близкие подруги – это Анфиса Козырева, Мирослава Сударикова, Мария Емельянова, Виктория Прозорова, Евгения Фролкина. Списываетесь, созваниваетесь?
— Да, с большинством я общаюсь. Но сложно из-за разницы во времени, потому что мне им нужно звонить либо когда у меня утро, либо поздно-поздно вечером. Эти варианты мне, конечно, не очень удобны. Удобно в 18-19 часов, но тогда по московскому времени ночь, и в это время уже неудобно девочкам. Но все равно в последнее время, например, с Викой Прозоровой и Мирославой Судариковой часто созваниваемся.
— Нашла ли ты близких подруг в США?
— Выделю тут мою сокомандницу Джордан Зубич, с которой мы живем в одних апартаментах. Но, в принципе, я здесь со всеми дружу хорошо. С кем-то получше, с кем-то похуже. Пока прямо близких друзей я здесь, честно говоря, не нашла, но прекрасно понимаю, почему — просто между моими подругами в России и мной было очень много контекста, мы много лет провели вместе в одной команде или постоянно играли друг против друга. Такая дружба зарабатывается за нескольких лет. Нельзя за полгода обрести очень близкую подругу.
Тем не менее, у меня в США есть подруги, с которыми я могу просто поговорить или погулять вместе, вне тренировочного процесса.
— Летом ты говорила: «Самое важное в первое время после приезда – завести подруг, с которыми можно обсудить абсолютно все». То есть, пока ты таких близких подруг не завела?
— Я тогда неправильно выразилась. Я имела в виду найти людей, которые смогут помочь, если что — например, показать, что и как устроено в быту или помочь на площадке. Таких людей я нашла. Прямо душевных подруг в США у меня пока нет, однако я не воспринимаю это как проблему.
— Ты же, кстати, всегда выделялась своей улыбчивостью, ты всегда на позитиве. В США тоже многие такие?
— Все-таки здесь это немного по-другому. Мне кажется, это из-за культуры. Например, если ты стоишь на кассе в магазине, кассирша обязательно скажет: «О! Привет! Как у тебя дела?» Все улыбаются незнакомцам. Но не могу сказать, что это искренне, это просто все делают для вежливости. Хотя, кстати, даже здесь все говорят, что я больше всех улыбаюсь (смеется).
— У тебя в этом году были первые день рождения и Новый год вдали от родственников. Как это ощущалось?
— Конечно, мне было не так приятно отмечать праздники одной (Лиза родилась 23 декабря — прим. Степан Будяков). Дело в том, что, поскольку 25 декабря здесь празднуют Рождество, в эти даты почти все разъехались по своим домам, плюс некоторые заболели. Вот так и сложилось, что я праздновала одна. Но я позвонила по видеосвязи родителям, и это был новый опыт для меня. Не могу сказать, что я была очень опечалена этим. Мне все равно была весело — я была одна, могла делать что захочу. Хотя в одиночестве, конечно, не так приятно, как в кругу семьи.
— Как тебя поддерживают сейчас родители? Насколько это важно?
— Очень важно, они меня постоянно поддерживают. Я им звоню почти каждый день во время завтраков, и они мне говорят теплые слова. Да и тот факт, что они со мной просто постоянно разговаривают, я считаю, – это уже огромная поддержка. Мама всегда мне пишет теплые комментарии в телеграм-канале, она любит это. А папа (генеральный директор «Химок» Павел Астахов — прим. Степан Будяков) такое не любит, но он всегда говорит мне напрямую.
Когда мы определялись с университетом, папа говорил, что ему очень не хочется меня отпускать, потому что для него было бы спокойнее, чтобы я была в России, но в то же время он понимал, что это отличный шанс для меня, и поэтому он сказал: «Как ты хочешь, так и будет». Так что спасибо большое родителям за то, что я здесь!
— В телеграм-канале ты рассказывала, что тебе не хватает снега в США. Правда?
— Просто я очень большая фанатка зимы, это мое любимое время года. Зима для меня — это что-то волшебное: зимой и Новый год, и мой день рождения, и из-за снега все становится белым и красивым. А здесь у нас всего два раза за всю зиму выпадал снег, так, чтобы он лежал хотя бы пару дней.
Даже была смешная ситуация в команде. Тут, в Северной Каролине, если идет снег, то это ужас. Когда шел снег, у нас отменяли учебу, даже у кого-то из-за этого переносили экзамены — только из-за того, что снег пошел, и лед на улице! Для нас это абсурдно, для них это норма. Как-то после тренировки все болтаем с тренерами, и они говорят: «Так, кто нам привез снег? Может, девочка из Пенсильвании? Нет, наверное, из Вирджинии!» Но потом они увидели меня, и все поняли (смеется).
А так, конечно, мне хотелось бы больше снега, но не могу сказать, что мне было прямо очень дискомфортно. Зато я могла не носить пуховик, а надевать что-то другое. Просто чисто эстетически было менее красиво, а в целом для меня это не имеет такого большого значения.
— Ты писала, что от дома до университета добираешься на электробайке. При этом в России летом ты получила права и обожаешь водить машину. На чем перемещаешься сейчас?
— Честно говоря, у меня тот электробайк уже сломался — он просто не включился после очередного осеннего дождя (смеется). После этого я стала ходить пешком, потому что идти-то всего 20 минут. К тому же, я подумала: «А зачем мне этот велосипед? Он маленький, не очень удобный. Да и я люблю ходить не только в спортивных костюмах, но если я надену пальто, то я буду смешно выглядеть на этом велосипеде». Поэтому сейчас я просто хожу пешком.
А по поводу машины… Да, я бы хотела водить и в США, но здесь же нужно получить права, а пока у меня руки не доходят до этого. Потому что у нас сейчас очень плотный график: по 2-3 игры в неделю, сейчас не до этого. Но цель такая есть!
— А как вообще устроена территория университета? Насколько она большая?
— У нас просто огромная территория, и у всех других хороших университетов она тоже огромная. Чтобы пройти от самого северного здания до самого южного, нужно потратить примерно полтора часа. Но у нас и город под это заточен, я про Чапел-Хилл. Наш университет — это очень большая часть всего города.
На территории очень много всего. Начну с того, что у нас аж два баскетбольных зала: для парней и для девушек. И, кстати, Майкл Джордан (выступал в Северной Каролине до НБА – прим. Степан Будяков) играл в нашем зале, а не в том, в котором сейчас играют парни. Также есть футбольное поле, поле для рестлинга, площадки для волейбола, гимнастики, и вообще очень много разных видов спорта. У нас также есть лакросс, хоккей на траве. Почти под каждый вид спорта есть либо стадион, либо зал.
Также у нас есть реабилитационные центры, много зданий для учебы. Например, есть отдельное здание, в котором изучают только математику или что-то с ней связанное, а есть здание, где изучают только историю. У нас даже есть отдельные здания под театр и кинотеатр! Так что здесь хватает развлечений.
— Давай продолжим про Майкла Джордана. Читал, что в сентябре ты была на матче по американскому футболу и встретила его. С тех пор было что-то еще?
— Конечно, хочется еще раз встретится с Майклом. Но после того случая ничего такого не происходило, потому что у нас сейчас идут довольно рутинные игры. Однако вот-вот начнется «Мартовское безумие» (интервью проходило перед его началом, сейчас Tar Heels уже добрались до стадии Sweet 16 — прим. Степан Будяков), и это будет действительно интересно. Я думаю, что если мы выйдем в «Финал четырех», то он наверняка заглянет на решающие игры. Правда, выйти туда будет очень сложно, потому что здесь очень большая конкуренция, и все команды очень сильные, попасть в «Финал четырех» почти нереально. Хотя для этого мы и тренируемся, так что постараемся сделать все возможное.
— Как проходит твоя учеба в США? Ты ведь, я так понимаю, еще и с заочной учебой в России это совмещаешь? Не мешает ли такой объем баскетболу?
— Баскетболу учеба никак не мешает, потому что у нас все под это заточено. У нас с утра идут «классы», где-то до 12-13 часов, в 14 начинается тренировка и длится примерно до 17-17:30. У нас вообще интересная тренировка… Я, например, учебу обычно заканчиваю в 12, затем быстро ем и после этого в 13 у меня идет индивидуальная тренировка перед общекомандной. Она занимает минут 45, мы обычно бросаем либо играем один на один со спарринг-партнерами, парнями. Это тоже интересно: у нас есть «специальные» парни, которые очень хорошо играют в баскетбол, но по каким-то причинам не попали в мужскую команду. И вот они с нами тренируются. Потом у нас обычно идет просмотр соперников либо разбор наших собственных ошибок, затем идем в тренажерный зал, где у нас тоже минут 45-50 работы: иногда это просто растянуться, иногда мы по-серьезному «качаемся». Все здесь зависит от расписания: если у нас, например, 2-3 игры в неделю, и это тренировочный день после дня игрового, тогда у нас скорее будет стретчинг, чем серьезная «качалка». Ну а потом мы идем в зал, и там уже часа полтора тренируемся. Ну и затем еще вечером остается время для учебы, так что все в этом плане хорошо.
Касательно учебы… У меня в этом семестре шесть предметов: математика, статистика, бизнес, два типа английских — но это не для иностранных студентов, это скорее английское письмо, на котором мы учимся правильному написанию английских документов и текстов, — работа с Microsoft Excel и обработка информации, а также обязательный предмет, на котором мы знакомимся с другими студентами и вместе работаем. По сути, он создан для того, чтобы заводить друзей.
Вообще, первый курс здесь не такой сложный, хотя, конечно, все равно приходится потрудиться, особенно с математикой, статистикой и бизнесом, потому что «фрешмены» (первокурсники — прим. Степан Будяков) зачастую не знают, какую хотят взять специальность в будущем. Поэтому на первом курсе ты пробуешь разное и потихоньку начинаешь понимать, к чему у тебя лежит душа. Мне свою специальность нужно будет выбрать перед следующим годом. Сейчас я смотрю в сторону бизнеса, но пока не знаю: это может быть бизнес-менеджер или бизнес-аналитик, просто работа с деньгами или экономист. Здесь еще есть бизнес-школа, но в нее очень сложно попасть. Я постараюсь в нее поступить. Если не получится, то не страшно, потому что у меня есть запасные варианты в виде других специальностей, которые мне тоже подойдут.
А по поводу учебы в России: я сейчас заканчиваю 4 курс СПО в МГУСиТ и параллельно учусь на первом курсе в МГАФК на тренера по баскетболу.
«КОНЕЧНО, МНЕ ХОТЕЛОСЬ ПРИЕХАТЬ И СХОДУ ДОМИНИРОВАТЬ, НО Я ПОНИМАЮ, ЧТО ЗДЕСЬ СОВСЕМ ДРУГОЙ БАСКЕТБОЛ»
— Когда ты впервые задумалась над тем, чтобы перебраться в США?
— Это было осенью 2024 года. Тогда моему папе написал Алексей Карванен (агентство BDA — прим. Степан Будяков) и спросил, не хочет ли Лиза уехать в США. Я сказала, что хочу, и мы начали разговаривать о переезде. Сначала выбрали университет, где играл Егор Демин, но из-за внешних факторов пришлось изменить свой выбор в пользу другого университета.
Вообще, мечта играть в Америке и до осени-2024, но цель и возможность появились именно тогда, и я решила ими воспользоваться. Потому что это новое приключение для меня, выход из зоны комфорта.
— Давай про баскетбольный сезон. Вы неплохо прошли «регулярку» и дошли до полуфинала конференции с хорошими шансами на «Мартовское безумие». Если мы сравним текущий результат с ожиданиями перед сезоном, все так, как и планировалось?
— У каждого, конечно, ожидания свои, поэтому тут сказать трудно. Но, как по мне, мы показываем хороший результат в этом сезоне, потому что большинство наших поражений были против очень сильных команд: например, Texas или UCLA, а это команды из топ-5 в стране (North Carolina Tar Heels, за которую выступает Лиза, сейчас находится на 15 месте в этом списке — прим. Степан Будяков), играть против которых невероятно сложно.
— Ты говорила, что летом, анализируя разные предложения, ты пришла к тому, что именно в Северной Каролине будут лучшие условия для развития. Устраивает ли тебя текущая роль в команде и твои 4,6 минуты и 2,1 очка в 12 матчах?
— Насчет ожиданий сложно сказать, потому что, опять же, мы просто изучали все по экрану нашего компьютера, и сложно было что-то предсказать. Конечно, мне хотелось приехать и сходу доминировать, но я понимаю, что здесь совсем другой баскетбол. Здесь играют по-другому, тут все заточено под баскетбол один на один, тогда как в России это более командная игра. К тому же, здесь намного больше контакта.
Но это не плохо, это просто по-другому. Конечно, мне бы хотелось получать больше игрового времени, потому что я просто люблю баскетбол. Но я понимаю, что через это проходят все первокурсницы, и по ходу первого сезона сложно заработать себе какие-то большие минуты.
Поэтому я просто принимаю это, работаю над собой и уже потихоньку ментально готовлюсь к следующему сезону. При этом каждые минуты, которые мне дают, стараюсь отработать на максимум. Например, в игре с Pittsburgh Panthers в конце февраля я сыграла 8 минут. Звучит, конечно, абсурдно, казалось бы, всего 8 минут, но в начале сезона мне бы не дали такое время. И я отработала на максимум: и «треху» забила, и с фолом попала. Так что я стараюсь использовать каждый шанс, который мне дают.
— Европейский баскетбол и американский — это прямо разные виды спорта?
— Нет, игра та же, многое похоже, но все же есть разница. В Северной Каролине у нас есть много комбинаций, однако почти каждая атака заканчивается либо игрой 1х1, либо взаимодействием лишь между двумя игроками.
Интересно, что я здесь стала больше пасовать, в МБА у меня такого не было, я приобрела это именно за океаном. Я бы объяснила это тем, что я тут развиваюсь в игровом плане, плюс, помогает то, что я смотрю много матчей Евролиги. В США я действительно часто выступаю главным плеймейкером, особенно когда защита соперника стоит зоной, меня очень часто используют в качестве игрока на штрафной. Я хорошо вижу и забегания под кольцо, и открытые углы, и свободных партнеров под 45 градусов. Это, конечно, огромный плюс для меня как для европейского игрока в Америке. Потому что я пока не могу постоянно использовать контакт. Бывает такое, что я иду в проход и ухожу от контакта, хотя нужно, наоборот, идти в игрока, чем классно пользуются американки. Бывает и такое, что я чувствую себя чуть медленнее, чем другие. Однако я уверена, что это лишь вопрос времени, все это — длинный процесс. Все американки каждый день занимаются в тренажерном зале и в основном работают над своей физической формой, поэтому они банально пока что сильнее и используют это в игре.
— Тренировочный процесс сильно отличается?
— Я бы не сказала, скорее чуть-чуть. Но плюс в том, что зал здесь только наш. У нас есть арена нашей команды, и там выступаем не только мы — еще волейбол, гимнастика, рестлинг, но если арена занята, мы занимаемся в тренировочном зале, который в нашем распоряжении 24/7. Поэтому мы можем тренироваться вообще в любое время, хоть в 3 часа ночи. Одно время я часто тренировалась перед учебой в 7 утра, но потом поняла важность сна, и теперь я иду тренироваться сразу после учебы, а не до нее.
И еще раз отдельно отмечу парней, которые спарринг-партнеры. В выходные от тренировок и игр я всегда играю с ними один на один, что тоже очень сильно развивает мои баскетбольные навыки.
— Ты рассказывала, что твой любимый бросок в баскетболе — средний. Получается его использовать в США?
— Я продолжаю тренировать средний бросок, но в нашей команде хотят больше трехочковых и проходов. Дело в том, что игроки здесь не особенно заточены под средний бросок. У нас есть очень мощные баскетболистки, которые могут пойти в проход и забить с фолом, а средний они бросают не так хорошо, потому что в свое время больше тренировали проходы и дальние броски. Именно поэтому здесь говорят, что лучше либо идти до конца, либо атаковать с периметра.
Но я средние все равно тренирую. Например, когда я на тренировках играю против парней и забиваю со средней, все удивляются. Тем не менее, в игре 5х5 мне пока говорят придерживаться принципа «проход или три». Думаю, это связано с тем, что я пока что первокурсница, статус здесь очень многое решает.
— В декабре ты играла против Анастасии Семеновой из Университета Бостона, а в феврале сражалась с Елизаветой Фильчагиной, которая выступает за Southern Methodist University. Как это было? Удалось пообщаться с россиянками до или после матчей?
— Конечно, помню. Они в обоих матчах получили больше игрового времени, чем я. После игры с Бостоном у нас как-то не было времени поговорить, да и мы с Настей не так хорошо знакомы; а вот с Лизой Фильчагиной мы целый час болтали после игры. Было забавно: мы общались прямо возле выхода с арены, и все американки смотрели на нас, некоторые даже спрашивали: «О чем это вы говорите на другом языке?» А мы просто обсуждали наш опыт здесь, было приятно пообщаться с русской душой.
— А в университете встречала кого-нибудь из России?
— Бывало, что я в коридорах университета слышала русскую речь, но почему-то я не останавливалась пообщаться. Хотя в общей базе всех спортсменов я находила пару девчонок из России, у меня даже есть их контакты. Но мы не общаемся, потому что они занимаются другими видами спорта, и у них много своих дел. Как и у меня.
— Задумывалась ли ты о том, чтобы выставлять свою кандидатуру на драфт WNBA?
— Прямо сейчас я об этом, конечно, не думаю. Мы этот вопрос пока внутри семьи и с агентом не обсуждали. Возможно, буду выставлять свою кандидатуру на драфт только после окончания университета. Хотя все может поменяться, посмотрим. Все же важно, что я здесь очень быстро расту как игрок. Я становлюсь сильнее и действительно понимаю, что и в какие моменты лучше делать на площадке. Так что в этом году точно не буду выставляться на драфт, а дальше будем смотреть.
— В телеграм-канале ты рассказывала, что вы участвовали в съемках для видеоигры NBA2K. Как это было? И насколько для тебя будет важно попасть в игру?
— У нас не было кучи проводов и профессиональной съемки, как это часто бывает. Так как мы пока студентки, съемка была более простой: сняли наши лица с разных ракурсов, попросили показать несколько эмоций. Не было такого, что исследовали технику броска каждого игрока из нашей команды. Скорее всего, у нас будут стандартные броски, не так, как это устроено у игроков WNBA. Мы зашли в специальный фургон, вокруг нас были камеры, и мы чуть-чуть пофоткались.
Когда меня добавят в видеоигру, это будет очень круто. Только представьте, я окажусь в NBA2K, в которую играют почти все баскетболисты. Я, кстати, тоже иногда играю, но мой младший брат лучше понимает в этом, я пока что не освоила все кнопки (смеется). Так что жду этого с нетерпением!
— В твоем профиле на сайте ESPN написано не Елизавета Астахова, а Лиза Астахова. Ты сама так попросила?
— Видимо, я в заявке где-то записала себя так. Дело в том, что в США я использую имя Лиза, потому что Елизавета никто не может выговорить. Если мою фамилию никто не может нормально произнести, то о какой Елизавете речь. Я использую полное имя, когда возникают проблемы с документами. В остальных случаях говорю просто — Лиза. И то, часто говорят Лайза. Например, когда я забиваю на нашей домашней арене, диктор говорит: «Мяч забила Лайза Асташова!» И я в этот момент думаю: «Так, это что за девчонка здесь? Я такую не знаю». Поэтому я везде стараюсь использовать имя Лиза, потому что так остальным проще. У американок все имена состоят из 2-3 слогов. Думаю, если я им скажу, что у меня еще и отчество есть, они вообще с ума сойдут (смеется). Хотя, кстати, еще иногда меня здесь называют Элизабэт, и мне даже нравится… Что-то новенькое!
«В WNBA БОЛЕЮ ЗА «МИННЕСОТУ», ЗА НАШИХ ДЕВЧОНОК АНАСТАСИЮ ОЛАИРИ КОСУ И МАРИЮ КЛЮНДИКОВУ»
— Успеваешь следить за любимыми баскетбольными «Химками» и хоккейным «Спартаком»? В России ты активно болела за эти команды.
— Конечно, я слежу за сезоном «Химок». Знаю, что недавно поменялся тренер, и теперь команду возглавляет Роман Семернинов. Очень рада тому, что после этой перестановки клуб показывает отличные результаты. Не могу сказать, что смотрю все матчи «Химок», но интересные стараюсь не упускать. Это команда моего детства. Я с самых ранних лет ходила на домашние матчи, тогда это еще была Евролига. Считаю эту команду своей, хотя никак — кроме как через папу — к ней не отношусь. Но все равно мне очень нравится за ними следить, и не важно, в каком турнире «Химки» выступают, я просто люблю этот клуб.
А игры хоккейного «Спартака» сейчас почти не смотрю, но я подписана на их телеграм-канал и просто отслеживаю результаты.
— Ты сказала, что смотришь Евролигу. Успеваешь следить между учебой, тренировками и матчами?
— Из-за разницы во времени сейчас смотрю матчи Евролиги не так часто, как раньше. В России я приходила после тренировки или игры и садилась вместе с семьей смотреть матчи, и это было удобно. В США же все матчи Евролиги идут примерно в 13-14 по местному времени, а у меня в это время тренировки. Поэтому я всегда смотрю в записи. А когда ты смотришь в записи, даже если ты не знаешь счет, все равно понимаешь, что чего-то фееричного не будет, потому что самое крутое уже бы выложили в «Перехвате» (смеется). Но я все равно смотрю много матчей.
— Почему другим лигам предпочитаешь Евролигу?
— Начну с того, что я банально привыкла смотреть матчи Евролиги, потому смотреть NCAA у меня никогда не было возможности. В NCAA играют больше индивидуально, и я не смогу визуально перенять множество приемов у здешних игроков, а Евролиге игроки постоянно удивляют, и я стараюсь перенимать их «фишки». Так что мне больше нравится смотреть Евролигу, потому что там и умнее баскетбол, и невероятная атмосфера матчей часто передается через экран — например, в Сербии или в Греции. Да и потом, в Евролиге я знаю почти всех тренеров и игроков, а в NCAA мне многие незнакомы.
— Кто твой любимый игрок в Евролиге?
— Мне нравится стиль игры Майка Джеймса: он играет очень дерзко и много берет на себя. Баскетбольным интеллектом мне нравится Костас Слукас, у него очень интересная модель игры. Также выделю вернувшегося в турнир Найджела Хэйс-Дэвиса. Мне он очень нравился в «Фенербахче», когда выступал на позиции тяжелого форварда. У него, если честно, очень вдохновляющая история, потому что он сам из Америки, не получил там никакого признания, приехал в Евролигу и смог в ней добиться высот. Он еще очень часто ссылается на Коби Брайанта, а это мой самый любимый игрок всех времен, и, конечно, это мне тоже в Найджеле импонирует.
— А чем именно тебе нравится Коби? Почему его ты выбираешь в качестве любимого игрока?
— Потому что он был обычным парнем. У него не было высокого роста или сумасшедшего размаха рук, он просто был среднестатистическим парнем, который может играть в баскетбол. Меня в нем поразили его отношение и любовь к игре. Он любил эту игру настолько, что был готов тренироваться круглые сутки, чтобы попасть в НБА и быть одним из лучших. Его ментальность очень сильно подкупает.
Кстати, мои любимые кроссовки — именно от Коби. Правда в США, к сожалению, я не могу в них играть, потому что главным нашим спонсором здесь является Air Jordan. Был бы Nike, я бы только в «кобянах» играла (смеется). Когда я в прошлом году играла в его кроссовках, мне это добавляло мотивации, чтобы еще усерднее тренироваться.
— А в WNBA твоей любимой баскетболисткой все еще является Пейдж Бекерс? Или что-то изменилось?
— Мне еще нравится, как играет Эйжа Уилсон. Но все же самой любимой остается Пейдж Бекерс, потому что ее стиль игры похож на мой. Важно сказать, что в США меня заигрывают как тяжелого форварда, реже как легкого форварда. Но я себя вижу как атакующего защитника, потому что я могу водить мяч. Я не хочу быть «большим», даже учитывая мой рост. Посмотрите на Виктора Вембаньяму, при его росте он часто играет с мячом!
— За какую команду болеешь в WNBA?
— Конечно, за «Миннесоту»! За наших девчонок Анастасию Олаири Косу и Марию Клюндикову, которые выступают за эту команду.
«ОДНО ИЗ САМЫХ БОЛЬШИХ ЗОЛ ДЛЯ ЛЮБОГО СПОРТСМЕНА — ЭТО СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ»
— Ты в 16 лет уже пыталась забивать сверху, а недавно рассказывала, что уже ставишь теннисным мячом. Как скоро увидим от тебя полноценный бросок сверху баскетбольным мячом?
— Мои друзья знают, что я обещаю это каждый год (смеется). Но я знаю, что это произойдет! Просто сейчас не лучшая для меня пора, чтобы работать только над прыжком. Я сконцентрирована на работе над своими баскетбольными навыками. В начале апреля у нас закончится сезон, весь апрель будет индивидуальная работа, в мае я поеду домой в Россию, где все лето тоже будет индивидуальная работа в основном. И вот там-то как раз я буду работать только над прыжком. Но я стала выше прыгать! Мы замеряли показатели в начале сезона и вот недавно снова это делали. Там видно, что я стала выше прыгать, набрала мышечную массу. Так что, думаю, это не за горами, я работаю над тем, чтобы начать забивать сверху!
— Когда в мае вернешься в Россию, будешь брать мяч в руки?
— Да, конечно! Я обожаю играть с друзьями один на один. Так что я уже со многими договорилась, что в мае мы будем с ними рубиться (смеется).
— В интервью Артему Комарову ты говорила, что в детстве очень здорово пела и танцевала. Почему все-таки выбрала баскетбол?
— Честно, я не помню, как я начала этим заниматься (смеется). Я понимаю, что меня туда отдали родители, но почему именно на этот кружок, понятия не имею. Но мне нравилось там. Мне нравилось петь и танцевать, однако единственное, что мне там не нравилось — это растяжка, это было проблемно для меня с самого детства. Дело в том, что у меня ноги длиннее рук, и я не могла доставать. Меня за это ругали, говорили даже, что я должна на шпагат садиться, а я думала: «Какой шпагат? Это не для меня».
В какой-то момент, когда я начала и заниматься баскетболом и параллельно петь, концерты стали иногда совпадать с играми. Мне приходилось в этих ситуациях что-то выбирать. Честно, я очень не любила подготовку к концертам: мы должны были приезжать за 6 часов до концерта, чтобы повторить все номера, померить все костюмы. Я это не любила. Мне не нравится сидеть, мне нужно всегда что-то делать. А в баскетболе такого нет, думаю, именно из-за этого тогда я выбрала баскетбол. И уже потом я полюбила эту игру настолько, насколько я люблю ее сейчас.
— Этот опыт, мне кажется, тебе очень помогает в ведении телеграм-канала. Да?
— Да, это точно помогло мне. Потому что мы с детства были на различных концертах, выездах и так далее, у нас было очень много номеров. Мы работали на публику — пели, танцевали. Эти качества важны и в социальных сетях.
— В канале ты выкладывала фотографию, на которой видно, что ты читаешь роман Джейн Остин «Гордость и предубеждение» на русском языке. Находишь ли ты время на чтение в США?
— Да, стараюсь читать, но зачастую я просто слушаю аудиокниги. Бывает, что я нахожусь в дороге, и хочется почитать, но неудобно. В таких ситуациях помогают аудиокниги. Еще есть проблема с тем, что здесь я не могу купить книгу на русском. Я все равно читаю на английском, потому что понимаю, что это не только чтение самой книги, но еще и развитие речи, ведь я часто выписываю слова некоторые, запоминаю конструкции. Но на русском я читала «Гордость и предубеждение», потому что я взяла ее из России. Как раз недавно закончила ее, очень интересная книга, и я прямо советую ее прочитать, особенно девчонкам, которые любят романтику.
Вообще, активно читать я начала только недавно. В детстве я сильно реже брала в руки книги. Сейчас я просто поняла, что в этом тоже есть смысл, это тоже интересно. Когда ты ребенок, и перед тобой лежат книга и телефон, ты всегда выберешь телефон, потому что тебе кажется, что это банально проще и интереснее, а книга — это просто написанные буквы. Однако по мере взросления я понимаю, что нужно менять приоритеты. Потому что я считаю, что одно из самых больших зол для любого спортсмена — это социальные сети. В США очень популярен TikTok, но я его не использую, потому что считаю это пустой тратой времени. У меня местные девочки часто спрашивают: «Ты что, не знаешь этот прикол?» А я им отвечаю: «Нет, у меня нет TikTok». И все так удивляются… Например, даже перед сном у тебя всегда есть выбор: пойти спать или полистать TikTok. Многие здесь выберут второе, что будет негативно влиять не только на их восстановление, но и на сон, потому что после экрана тяжело сразу уснуть. Так что я стараюсь сейчас делать акцент на книги, хоть и у меня это все еще не всегда получается.
Помимо «Гордость и предубеждение» из последнего мне понравилась книга «Атомные привычки» Джеймса Клира, которая рассказывает о том, как ты строишь свои привычки. С моей точки зрения, что-то грандиозное не происходит за раз. Ты плавно встраиваешь привычки в свою жизнь, и это приносит результат тебе в будущем. Из англоязычных выделю книгу Брене Браун Dare To Lead.
— Летом ты планировала выкладывать контент в канал каждый день. Не находишь времени?
— Проблема в том, что ничего особенного происходит, чтобы постить каждый день. Сейчас больше рутина: учеба, тренировка, игра — и так по кругу. А делать посты «я на математике» я не хочу. Но скоро начнется «Мартовское безумие», и там будет действительно интересно. Думаю, постов станет больше (смеется).
Кстати, у меня теперь очень много экипировки, так что, возможно, даже что-то разыграю в ближайшем будущем!
— Ты говорила, что твой любимый сериал — «Стартовая пятерка». Посмотрела второй сезон? Как тебе?
— Посмотрела! Мне он очень понравился, мой любимый игрок в нем — Тайриз Халибертон, он себя очень интересно показал. Минус этого сериала, конечно, заключается в том, что его очень долго снимать. Жаль, что так мало серий. Мне еще нравится, что там снимают не только происходящее на площадке, но и за ее пределами. Это помогает полностью погрузиться в жизнь этих игроков.
Из баскетбольного еще порекомендую фильм «Движение вверх», мы с папой даже были на его премьере. Отдельно выделю фильм «Прорваться в НБА» с Хуанчо Эрнангомесом, очень вдохновляющее кино. Правда, мне кажется, «Бо Круз» звучит стремно (смеется), но он там был в моих любимых «кобянах».
— Исполнительный директор РФБ Владимир Дячок рассказывал, что впервые увидел тебя на фестивале «Минибаскет», и там ты запомнилась ему тем, что постоянно улыбалась. Помнишь тот фестиваль?
— Конечно! Я была там даже дважды. Впервые на «Минибаскет» я поехала с УОР №4 после того, как перешла туда из «Глории». В «Глории» я почти не играла, а просто бегала по площадке, вообще не понимая, что происходит, а когда я перешла в УОР, я действительно начала играть, я здорово обыгрывала, забивала, еще и команда была потрясающая. Так что, конечно, я постоянно улыбалась! У нас там были постоянные приключения.
Был даже забавный момент: мы вышли из комнат в тихий час, когда нельзя было выходить, и за это мы бегали 40 кругов вокруг базы в Ейске. Несмотря на это, было очень здорово тогда! Мы сначала играли в Анапе, а потом поехали в Ейск. Хорошо помню, что в Анапе я получила приз «Лучший игрок команды», а в Ейске вообще забрала MVP. Тогда для меня это было что-то нереальное, я была очень счастлива! Это были мои первые индивидуальные трофеи.
— А помнишь ли ты свои турниры в баскетболе 3х3? Тебе помогает этот опыт в США?
— Да, мне очень нравилось играть в 3х3! Помню, когда мы были вместе с Настей Щеколдиной, Соней Кузиловой и Машей Емельяновой, это была замечательная команда. Я скучаю по этому времени. Думаю, что это помогло, потому что в 3х3 больше контакта, чем в 5х5, а это важно в США. Но все равно тяжело оценивать, потому что я не во всех турнирах 3х3 тогда принимала участие.
— Летом ты играла за основную национальную команду. Как считаешь, если бы женская сборная сейчас была допущена до крупных международных турниров, как бы мы на них смотрелись?
— Если этим летом будут какие-то игры за сборную, то я очень постараюсь приехать, хотя обещать не могу, потому что меня могут не отпустить в команде. Но я бы очень хотела, потому что для меня играть за сборную — это большая честь и большое удовольствие.
А по поводу международных турниров скажу так: думаю, на Евробаскете мы бы точно боролись за медали. Но, конечно, отсутствие опыта игры с европейцами немного снижает уровень нашего профессионализма. Думаю, когда мы вернемся на международную арену, первое время, возможно, будет тяжело, но потом вкатимся и точно будем бороться за медали в каждом турнире. Я в нашей команде абсолютно уверена, у нас очень сильные девчонки.
Подписывайтесь на телеграм-канал «Перехват» — ваш главный источник новостей о российском баскетболе: http://t.me/thesteal