Есть мысль, которая многим очень не нравится. Звучит она почти кощунственно: человек почти всегда действует ради себя. Даже в заботе. Даже в спасательстве. Даже в альтруизме. Просто свои внутренние причины мы далеко не всегда видим честно. Иногда прячем их от других. Иногда — от самих себя.
Откроем страшную тайну.
Человек почти всё делает для себя.
Даже если внешне это выглядит очень красиво:
- Спасает.
- Поддерживает.
- Жертвует.
- Терпит.
- Заботится о бездомных животных.
- Тянет на себе всю семью.
- Часами помогает «неблагодарным людям».
Во всех этих действиях очень часто живёт что-то глубоко личное: потребность, тревога, чувство вины, желание быть нужным, страх отвержения, попытка почувствовать контроль, стремление получить любовь, уважение или хотя бы внутреннее облегчение.
И тут кто-нибудь обычно возмущается:
— То есть что теперь, добрых людей не существует?
Существуют.
Просто даже добрые люди обычно тоже закрывают в своих действиях какие-то собственные внутренние задачи.
И в этом, кстати, нет ничего ужасного.
Пока человек это понимает — всё более-менее в порядке.
Сложности начинаются там, где он объявляет своё поведение чистым, бескорыстным и почти святым, хотя внутри у него давно работает совсем другая механика.
Почему эта мысль так раздражает
Потому что она бьёт по очень приятной иллюзии.
Нам нравится думать о себе хорошо.
Нам нравится верить, что мы заботимся исключительно из любви, помогаем исключительно из благородства и терпим исключительно из зрелости.
Психика вообще любит красивые версии нас самих.
С ними легче жить.
Гораздо труднее признать:
«Да, я сейчас помогаю. И да, мне от этого тоже что-то нужно».
Например:
- чувство собственной нужности;
- ощущение контроля;
- снижение тревоги;
- моральное превосходство;
- благодарность в ответ;
- избегание вины;
- знакомая роль хорошего человека.
Здесь важно не уйти в дешёвый цинизм.
Если человеку приятно помогать, это ещё не делает помощь фальшивой.
Если от заботы ему становится теплее, это ещё не превращает заботу в манипуляцию.
Вопрос упирается в другое: что именно человек через это закрывает и какой ценой.
Даже альтруизм обычно приносит человеку внутреннюю выгоду
Я (Серг), например, помогаю людям потому, что этот процесс и результат доставляют мне удовольствие.
Мне правда хорошо, когда я вижу, что человеку стало легче, понятнее, спокойнее.
Когда он перестал крутиться в своём внутреннем лабиринте и начал жить чуть свободнее.
Я искренне радуюсь, когда понимаю, что приложил к этому руку.
То есть, если говорить честно, я не только делаю что-то для другого. Я ещё и получаю от этого свой внутренний результат.
- Удовольствие.
- Смысл.
- Ощущение полезности.
- Радость от влияния.
И это как раз здоровый вариант. Моя внутренняя потребность соотносится с чем-то полезным и для меня, и для другого человека. Все остались в плюсе, все пошли пить чай.
Собственно, большинство устойчивых форм поведения устроены примерно так.
- Ты общаешься с теми, с кем тебе приятно.
- Избегаешь тех, кто тебя раздражает.
- Тянешься туда, где тебе теплее, легче, спокойнее, интереснее.
Живой организм в первую очередь пытается сохранить себя. Свою устойчивость, своё равновесие, свою психику.
И уже потом занимается всем остальным.
Нейропсихологическая ремарка. Просоциальное поведение нередко переживается как внутренне приятное не только «по ощущениям», но и на уровне систем вознаграждения. В исследованиях altruistic choice и charitable donation при помогающем поведении активируются зоны, связанные с наградой и субъективной ценностью, в частности вентральный стриатум и vmPFC.
В обзорах по нейробиологии просоциального поведения отдельно обсуждаются окситоцин и эндогенные опиоиды — системы, связанные с социальной связанностью, теплом контакта и снижением напряжения. Это не делает помощь фальшивой. Это показывает, что альтруизм и забота могут быть полезны и другому, и самой психике помогающего.
Проще говоря, человеку действительно физиологически приятно помогать.
Спасательство тоже редко бывает чистым подвигом
Вот хороший пример — спасательское поведение.
Есть люди, которые всё время кого-то вытаскивают.
- У этого один пьющий муж.
- У той подруга в вечной катастрофе.
- У третьего брат, которого снова надо устраивать, собирать, лечить, успокаивать и спасать от самого себя.
И внешне это выглядит как огромное сердце, великодушие и самоотверженность.
Иногда частично так и есть. Но если копнуть глубже, там нередко обнаруживается очень личная выгода. Человеку бывает жизненно важно быть тем, без кого другие развалятся.
Потому что тогда он:
- чувствует себя нужным;
- получает роль хорошего и сильного;
- не сталкивается со своей пустотой;
- не остаётся один на один со своей жизнью;
- получает моральное право страдать и жаловаться;
- может не заниматься своими проблемами, пока героически чинит чужие.
Спасатель часто выглядит очень занятым чужой драмой.
И это удобно.
Пока у кого-то другого горит дом, можно не разбираться, почему у тебя самого внутри уже давно коротит проводка.
Иногда человек спасает не другого. Иногда он спасается от встречи с собой через бесконечное обслуживание чужой катастрофы.
И все забывают главное правило - "Сначала маску на себя, потом на ребёнка"
Забота тоже бывает формой психологической самообороны
Вот ещё пример.
Отец гиперконтролирует ребёнка.
- Постоянно проверяет, где он.
- С кем он.
- Что пишет.
- Когда вышел.
- Когда пришёл.
- С кем дружит.
- Куда смотрит.
- Чем дышит.
Почти в буквальном смысле.
Снаружи всё это может подаваться как большая родительская забота.
И сам отец обычно именно так себе это и объясняет:
— Я переживаю. Я просто хочу, чтобы с ним ничего не случилось.
Иногда он правда переживает.
Вот только источник этого поведения может лежать глубже.
Допустим, в детстве у него был опыт хаоса и небезопасности.
Например, он рос с отцом, который однажды ушёл из дома и исчез на несколько месяцев.
Или с матерью, у которой было всё очень плохо с алкоголем, и ребёнок жил в постоянном ожидании беды.
Или он в детстве сам попадал в ситуацию, когда взрослые не защитили, не пришли вовремя, не удержали мир от развала.
И тогда во взрослом возрасте психика делает простой вывод:
«Если я всё проконтролирую, катастрофы не случится».
То есть мужчина вроде бы заботится о ребёнке.
Фактически же он через ребёнка пытается заткнуть дыру в собственной тревоге.
Свою старую беспомощность.
Свой ужас перед потерей контроля.
Свой детский опыт небезопасного мира.
Признать это очень трудно.
Гораздо проще говорить, что это любовь и ответственность.
Потому что формулировка «я использую ребёнка как способ успокоить свою психику» звучит слишком неприятно даже для внутреннего монолога.
Вот тут и включается рационализация.
Что такое рационализация простыми словами
Это когда человек придумывает благородное, красивое или логичное объяснение тому, что на самом деле движимо чем-то более болезненным.
Снаружи это часто выглядит очень прилично.
- «Я просто забочусь».
- «Я просто хочу помочь».
- «Я просто не могу смотреть, как человек страдает».
- «Я просто ответственнее остальных».
Иногда так и есть.
Но чаще, под этим лежит тревога, страх, чувство вины, зависимость от нужности, ужас перед отвержением или привычка заслуживать любовь только через полезность.
Рационализация не делает человека плохим.
Она делает его слепым к собственным мотивам.
А это уже хуже.
Потому что слепой к своим мотивам человек легко начинает калечить других из самых благих побуждений.
Как понять, что ваше хорошее поведение давно нездоровое
Есть несколько признаков.
1. Вы помогаете с внутренним напряжением, а не из свободного выбора
2. Вы обижаетесь, если вашу помощь не приняли
3. Вы героически забываете о себе, чтобы помочь другим
4. Вы не умеете чувствовать ценность себя без чужой оценки своей нужности
Что с этим делать
Во-первых, перестать пугаться самой мысли, что в основе ваших красивых действий тоже есть эгоистичный интерес.
Это нормально.
У психики вообще нет задачи быть стерильно бескорыстной.
У неё есть задача как-то жить, как-то держаться и как-то добывать себе устойчивость.
Во-вторых, полезно научиться задавать себе простой вопрос:
Зачем я это делаю? Что я пытаюсь компенсировать?
- Тревогу?
- Одиночество?
- Чувство ненужности?
- Страх быть плохим?
- Надежду, что меня полюбят?
- Ощущение контроля?
Когда человек начинает видеть собственную внутреннюю выгоду, он становится честнее.
А значит, безопаснее и для себя, и для окружающих.
В-третьих, как следствие, важно научиться отделять здоровую заботу от попытки полечиться об других людей.
Здоровая забота оставляет другому пространство. Даёт помощь, когда её просят или когда она уместна. Не требует в ответ поклонения, полной зависимости и пожизненной благодарности.
Нездоровая забота обычно липкая. Тревожная. Контролирующая. Скрытно жадная. Ей очень нужно, чтобы без неё не могли обойтись.
Итог
Человек правда очень многое делает ради себя. Практически всё.
Даже там, где снаружи это выглядит как доброта, забота, жертвенность или высокая мораль.
Вопрос не в том, хорошо это или плохо.
Вопрос в том, насколько честно мы готовы видеть свои реальные мотивы.
Конечно, мысль «я сейчас кого-то спасаю потому, что мне самому так легче жить» звучит не очень героически.
Зато в ней сильно больше правды.
А вы замечали у себя ситуации, где помощь другому на самом деле ещё и компенсировало что-то ваше?
Ваши Серг Григорьев & Анна Моисеева