Часто спрашивают: каким образом близнецы Уизли, не имея абсолютно никаких подсказок, раскусили пароль к Карте Мародёров? «Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость!» И хотя я знаю, что Дж. К. Роулинг когда‑то в интервью сказала, будто карта сама давала им подсказки, как её активировать (начинала мерцать, когда они случайно произносили похожие фразы и под.), в сегодняшней публикации я хотела бы немного углубиться в эту тему и дать вам несколько иное объяснение того, как всё могло быть на самом деле. Потому что, на мой взгляд, в этой официальной версии очень многое совершенно не сходится.
Стоит начать с того, что в официальной версии говорится: Карта мародёров в какой‑то степени обладала собственной личностью и каким‑то образом могла почувствовать, что Фред и Джордж, как новые главные хулиганы Хогвартса, обладают той же энергетикой, что и мародёры. И поэтому, будучи способной произвольно решать, кому разрешено ею пользоваться, она сочла близнецов такими людьми и помогла им угадать пароль.
Вроде бы убедительно. Но если так, то почему карта давала им лишь какие‑то намёки с помощью игры света, вместо того чтобы просто выдать им пароль целиком? Она ведь могла в любой момент генерировать любое содержание по своему усмотрению, что было показано в «Узнике Азкабана», а именно в сцене, где Снегг, поймав Гарри в коридоре, когда тот возвращался из Хогсмида, отобрал у пацана карту и потребовал от неё раскрыть свой секрет.
Карта тогда отреагировала очень интересно: она последовательно вывела четыре реплики каждого из её создателей, оскорбляющие профессора Снегга. И уж точно эти реплики не были как‑то заранее запрограммированы. Хотя не исключено, что, создавая карту, мародёры могли захотеть защитить её именно от Снегга, который, как мы знаем, в школьные годы не раз пытался их подставить и добиться их исключения из Хогвартса, но карта вряд ли назвала бы его «профессором», как это было в книге. Ведь тогда Снегг был ещё обычным учеником, и мародёры вряд ли могли предвидеть, что в будущем он станет учителем в Хогвартсе и заранее «зашить» в карту такую фразу на всякий случай. А это подтверждает, что карта обладала собственным разумом и генерировала свои реплики, основываясь лишь на том, что, по её мнению, сказали бы её создатели в такой ситуации. Этакое нечто, вроде ChatGPT, только магическое.
Почему же тогда, раз карта так охотно пыталась раскрыть свой секрет близнецам, она не могла просто при первой же их попытке отгадать активирующую фразу вывести подсказку вроде «Лунатик подсказывает: попробуйте сказать „Торжественно клянусь, что замышляю шалость“», а заставила их очень долго экспериментировать, пока они наконец не нашли правильную комбинацию слов? По‑моему, объяснением этому факту может быть либо то, что, в отличие, скажем, от Снегга, она не могла общаться с ними вербально, либо то, что хотя и могла, но по какой‑то причине не хотела.
Первый вариант кажется мне маловероятным, поскольку я считаю, что карта должна была как‑то дать им понять, что она представляет собой нечто действительно интересное, раз уж они потратили столько времени и внимания на попытки разгадать суть её работы. Ведь, как сказал Люпин, делая вид, что подвергает её экспертизе в присутствии Снегга, это мог быть и обычный пергамент, оскорбляющий каждого, кто попытается его прочесть, купленный в магазине «Зонко», или какая‑нибудь другая полная ерунда.
Так что, раз близнецы уделили карте столько времени и энергии, значит, они должны были быть уверены, что это нечто стоящее, нечто большее, чем просто пергамент, который умеет острить и обзываться. А вряд ли можно ожидать, что на первом курсе обучения они разбирались в таких предметах лучше, чем взрослый профессор Северус Снегг, которого объяснение Люпина в конечном итоге не вполне, но всё же убедило.
Лично я считаю, что карта вообще не хотела, чтобы близнецы к ней подобрались и узнали все её секреты, потому что, в общем‑то, трудно поверить, что они уже на первом курсе были настолько офигенными, что даже такой могущественный магический предмет сам захотел им служить. Но, с другой стороны, она действительно должна была давать им какие‑то мелкие подсказки, раз в конце концов им удалось разгадать её тайну. Только в таком случае, зачем она это делала? Видите ли, по‑моему, карта вела себя так из‑за близкого присутствия одного из её создателей, а именно Питера Петтигрю.
Братья Уизли украли её у Филча на первом году своего обучения, то есть в 1989 году, а тогда Короста уже давно была в их семье и сопровождала в Хогвартсе их брата Перси. Поэтому Питер всегда находился где‑то поблизости, в башне Гриффиндора. А мы должны помнить, что сама карта была конфискована у мародёров Филчем на последнем году их учёбы в Хогвартсе и с тех пор лежала в его тёмном ящике, никем не используемая, следовательно, если мы приписываем ей некую личность и утверждаем, что она давала близнецам какие‑то подсказки (а именно так мы и поступаем), то она, несомненно, могла чувствовать особую связь со своими создателями и (почти как кольцо Саурона) всегда хотеть к ним вернуться.
Сама карта идентифицировала только конкретных людей, то есть не могла корректировать отображаемую информацию в зависимости от того, находится ли кто‑то из этих людей под мантией-невидимкой, в зверином обличье или притворяется другим человеком с помощью Оборотного зелья. Карта всегда выдавала истинные личные данные, о чём, кстати, мы узнаём в «Кубке огня», когда Гарри заметил на карте Бартемиуса Крауча-младшего, который под видом Грюма шатался возле кабинета профессора Снегга. А это означает, что, с точки зрения карты, где-то совсем рядом существовал один из её создателей Питер Петтигрю, использующий псевдоним Хвост, и она всегда идентифицировала его именно так, независимо от того, насколько искусно он пытался вжиться в роль крысы. Поэтому, на мой взгляд, карта, попадая в руки Уизли, прекрасно знала, что один из её создателей постоянно находится рядом, являясь по сути членом той же семьи, что и ученики, которые её заполучили.
С одной стороны, карта могла заманивать близнецов описанием своего действия, внушая им, что если они отгадают пароль, то смогут узнать все тайные проходы в Хогвартсе и отслеживать текущее местоположение буквально каждого человека, а с другой стороны — затягивать этот процесс как можно дольше, надеясь, что в конце концов её заметит законный владелец. К сожалению, из‑за своих ограничений она не могла знать, что это было почти невозможно, поскольку Хвост в тот момент был больше крысой, чем человеком.
А кроме того, прошло столько времени, что как для него, так и для остальных мародёров она уже не представляла такой огромной ценности, как те десять с лишним лет назад. И сам Люпин отдал её Гарри в конце «Узника Азкабана» без всякого сожаления, что, впрочем, неудивительно, ведь карта могла представлять ценность только тогда, когда человек постоянно находился в Хогвартсе.
И поэтому либо в конце концов, спустя какое-то время, близнецам всё же удалось отгадать пароль, несмотря на то, что сама карта вовсе не старалась им его выдать, либо она в какой‑то момент осознала, что уже нечего рассчитывать на то, что Питер её найдёт, и лучше бы ею начало пользоваться новое поколение школьных хулиганов, чем она снова отправится в тёмный ящик в кабинете сурового завхоза.
А поскольку жизнь пишет поистине неожиданные сценарии, именно благодаря этому через несколько лет карта окончательно попала в руки сына её законного владельца, то есть Гарри Поттера, став, по сути, наследуемым предметом, как и мантия-невидимка. А на какое‑то время она даже смогла снова послужить Римусу Люпину.
Дайте знать, что вы думаете об этой теории и согласны ли вы со мной, что Карта Мародёров вовсе не была изначально так благосклонна к Фреду и Джорджу, как принято считать, или, может быть, вы согласны с прежней интерпретацией, что они были настолько гениальными хулиганами, что карта сама решила распахнуть им свои объятия. Заходите также на остальные материалы о Гарри Поттере, и в особенности на размышления о том, почему Фред и Джордж никогда не видели на карте Хвоста.