Сегодня в праздники Русальной седьмицы в канун главного праздника берендеев — Купалы вспомним опять о Берендее, князе Русе Тмутараканском и сыне его Асене из "Берендеевых сказов".
Берендеи, по "Велесовой книге", суть хранители традиции, древних книг, и самих сих сказов, повествующих о берендеевой династии, идущей от царя Берендея и далее Асеня, Руса, Гредня, Сильномира, а также княгинь Марлинки и Милиды, матери Буса Белояра. Подробнее о сей традиции можно прочесть в сборнике, недавно увидевшем свет.
* * *
Как на матушке на Святой Руси да во княжестве том Русколанском — достославном Тмутароканском — правил русский князь Тат Рус, также как и во Кияре — Бус.
И во славной той Тмутаракани, да во сей Карани — стольном граде Боспорском, что на берегу Черноморском, да по воле владыки Дамьяна, как и василевса Костьяна, — загорелись новой веры алтари.
И решили в тот же час русские богатыри: «Вот живём мы на Руси — Сварга есть на небеси... Хорса-Яра чтим мы под мечом-крестом, греки же его называют Христом... Так и мы Солнцебога почтём — перед их алтарём. Этим самым мы упрочим мир, как и завещал Богумир...»
А ещё они охраняли — заповедные те луга, где стояли, как стога, — древних родичей курганы, что ступали в дальни страны: в земли Персии, в Кушаны, в Бактрию и Согдиану, далее и до Китая — Синьского Златого края...
Заповедали богатыри, распаливши алтари: никому в те луга не ходить без решения — от родовичей разрешения:
«Ежели где проезжать — заповедные луга не топтать».
* * *
И вот однажды, как все те богатыри, загасивши алтари, по уделам своим разошлись, по медвежьим углам разбрелись, вознамерился Рус — те луга заповедные навестить, у курганов службы служить...
Видит он — рать неведома идёт, впереди оной буйный витязь грядёт, по лесам дремучим просеку ведёт, на лугу же заповедном — конь его копытом роет, будто погреба, — колеи прорывает арба...
Был же тот витязь буйный, незнаемый — воин мощный и грозный Асень, призывающий к поединку, а над ним простиралась звёздная сень.
Ведь родился он от Марлинки... В самый час тот, как Рус её распластал и младенца из чрева достал... Чудом ей жизнь тогда возвратили, только к сыну — не пустили.
И так мужа она с тех пор сторонилась, в землю грянулась, Турицей обратилась и бежала в царство Загорское — как Загорское, так и Заморское. Стала дива та женой Вахрамея, повелительницей Ареи.
И была война... И великий Рус, с Дажень-яром вступив в союз, одолел того нечестивого Вахрамея... Но прошло уже много лет — прежней девы Марлинки — нет.
Ведь теперь она — юда Марлинда! Поселилась она в избушке на лесной опушке — и стоит та изба на семи ветрах, близ Кияра-града во глухих горах...
Тут Асень порешил батюшку навестить, за былое его пристыдить, в поединке сокрушить, только жизни не лишить, — так велит испокон — всем Сварожий закон...
* * *
Как князь Рус на лугу заповедном витязя незнаема узрел, снова воинов своих из уделов, из медвежьих углов, собирать повелел.
Вскоре вновь сошлись богатыри — защищать свои алтари. Стали воины решать-рядить — кто же может из них витязя незнаема победить?
Выбрали воина Благомысла и решили его вслед Асеню послать, хоть того было и не узнать.
Благомысл вернулся и провещал:
— Воина сильнее духом — я доселе не встречал. Я его по-всякому задирал — он же будто и не замечал, улыбался лишь мыслям своим и молчал... Это видно сам — Пробуждённый, витязем Будённым наречённый... И его не сокрушить мечом, лучше мы уступим и уйдём...
Выбрали тогда воина Мовеслава — ведь о нём ходила слава, будто он один такой на весь свет и его мудрее нет.
Мовеслав вернулся, также отвечал:
— Витязя, чья речь — лишь благо, я доселе не встречал. Я догнал его, желая словом сокрушить, только ложью божью правду нам не перебить. Пёрышко поэта бьёт сильней меча, правдой ложь разоблача. Это видно сам — Пробуждённый, витязем Будённым наречённый. Следует скорее всем уразуметь — нам его не одолеть...
Выбрали тогда посланцем — Добродея, хитрого как змея...
Но и тот великий воин вскоре обернулся:
— Я доселе будто спал, а теперь — проснулся. У него блаженны мысли, речи и дела... И печали не туманят мглой его чела, нет и гордости в нём, зависти и зла. Это видно сам — Пробуждённый, витязем Будённым наречённый... Нам не следует стоять на его пути — лучше отойти.
* * *
Рус тогда сел на коня и поехал сам — по лесам и горам, и по берегу моря, сам с собою споря: нужно ли вставать на пути, или дать назнакомцу уйти...
— Ты зачем, витязь света, в эти земли ступил? Для чего закон преступил, запрещающий здесь гулять — боевых коней выезжать?Здесь нельзя ходить-гулять и луга топтать без решения — от родовичей разрешения...
Как услышал витязь то слово, не ответил снова — молча повернул коня — и помчал, подковами звеня. И так быстро повернул — горы закачались, камни раскатались, море взволновалось...
Звери побежали в горы, змеи уползали в норы, рыбы вглубь нырнули, птицы ввысь порхнули... Все, кто мог, по щелям попрятались, во тоске-печалюшке маялись.
Но того не испугался витязь славный Рус, ибо был не трус, — как боец лихой, избранный судьбой, — сам помчался в бой:
— Ай, да полно тебе по лесам дремучим в тёмны ночи и ясны дни — выкорчёвывать пни! Уж мы съедемся в чистом поле, мы поборемся-поратаемся, коли кровь прольём — побратаемся!
То не два богатыря соезжались, не два сокола солетались. То сражалися Весна со Зимой, будто Солнце-бог со Змеёй. Бил князь Рус Асеня огненным копьём, тот же отражал удар ледяным мечом.
А затем Асень в дракона обращался, из-под туч перунами бросался. В тот же час и Рус драконом стал — молнии из глаз метал...
Всё по старому ученью, по Сварожьему канону, от рожденья они были — племени дракона...
Наконец, на третий день сраженья, — избегая искушенья, Ясная Заря занималася, Красно Солнышко подымалося.
И сошло с героев драконье обличье, ниспадали и крылья птичьи...
Тут князь Рус вознёс к Заре талисман заветный — Кресто-меч всесветный, чтоб от Хорса сошла ясная стрела и противника сожгла — сразу и до тла! И святою силой сей, волею своей, Рус немедля повязал — нити солнечных лучей, отблески мечей!
И тогда Асень, сын Руса, тоже к небесам воззвал, амулет — крест в колесе — к Солнцу подымал, луч сей отражал...
Только сбил его сей луч с ног, и подняться он сразу не смог, как и затрубить в свой рог, дабы к рати воззвать — помощи от рати ждать...
И вскочил ему на грудь витязь Рус:
— Зря ли я уж третий день бьюсь? Вот скажи-ка мне, ты какого рода? Много ли с тобой народа? Иль ответь мне только лишь, а каких богов ты чтишь? Ведь, похоже, неспроста — к силе ты прибег креста?
— Коли я был наверху, я б тебе ответил — ну а коли так, ни за что на свете!
Замахнулся князь Рус, в грудь ударил ножом, по кольчуге и латам звеня...
— Бог мой — всепрощающ, он простит меня! После покаяния он прощает всех, как бы тяжек не был грех! Ведь прописано так у святых отцов — у заморских мудрецов...
Молвил тут ему князь Асень, истекая кровью, руку поднеся к изголовью:
— Понял я давно по повадочке — ты и есть родимый мой батюшка... Я же не желал тебя карать, даже и за матушку — кровь родную проливать... И не Бог твой — я тебя прощаю! Очушки, увы, навек смежаю... Говорю: «прощай!» — на пороге в рай...
Понял тут князь Рус — безумие свершилось: как тут уповать на милость?
— Горе мне, мой сын Асень умерщвлён моею рукой... Я ж навеки теперь потерял покой. Хоть сто раз себя казни и во всём вини, легче от того не будет... Всех нас вечность примирит, обо всех забудет...
Так над телом сына долго он стенал, горестно рыдал, и над ним курган великий насыпал.
После же богатыри загасили алтари, поминальны песни завели, расходясь во все концы земли...
+++++
Заказать книги Александра Асова можно в Wildberries или в Ozon, а ещё в Читай-городе . В том числе и только что вышедшую книгу "Берендеевские сказы"
Отдельно там же Велесову книгу и Веды Руси, а также "Сказания славян". См. подборку и аннотации всех моих книг на канале Дзен: