Эпидемия, которую нельзя называть
Ситуация с массовым забоем скота в России вышла из-под контроля. Власти нескольких регионов отправляют на частные фермы ветеринаров в сопровождении нарядов полиции, которые изымают, yбивaют и сжигают десятки коров и других домашних животных. Фермеры падают в обмороки, угрожают себя cжечь, пытаются спрятать свою скотину и записывают обращения к президенту. Чиновники почти никак не объясняют свои действия. По всей стране распространяются теории заговора.
СМИ удалось поговорить с представителем агрохолдинга, который ведет бизнес на территории Новосибирской области. Он утверждает, что владельцы большого поголовья скота знают ответ на вопрос, что происходит: в России началась эпидемия ящура — очень заразной и опасной для животных болезни.
Пока чиновники не признают этого, больше половины регионов не cмогут начать применять прививки для профилактики. Бизнес опасается мора скота по всей стране.
О чем вы узнаете из этого расследования:
- Заговора агрохолдингов, кажется, всё-таки не существует: крупные компании уничтожили тысячи, а некоторые — и десятки тысяч голов скота;
- Как инфекция началась еще в феврале и как она распространялась;
- Почему никто ничего не сказал фермерам;
- Почему властям настолько важно сохранить ее в тайне;
- Почему эпидемия может перекинуться на всю Россию.
— Агрохолдингам всё стало понятно довольно-таки быстро, — рассказывает представитель одного из расположенных на территории Новосибирской области животноводческих хозяйств с более чем тысячей голов скота.
Собеседник пожелал остаться анонимным. Власти уже приложили много усилий для того, чтобы не раскрывать реальные причины массового забоя скота в Новосибирской области, несмотря на масштабный скандал.
Поэтому любой человек, который расскажет подробности о том, что реально происходило на месте, рискует навлечь на себя их гнев. Большой бизнес в России сильно зависит от решений властей, и против бизнеса широко применяются силовые методы давления.
Рассказ собеседника внутренне непротиворечив.
В подтверждение некоторых фактов источник предоставил документы, а кое-что подтверждается также открытыми данными.
Этот рассказ проливает свет на то, как развивалась ситуация в Новосибирской области, почему фермеры остались без скота и не получили каких-либо пояснений от чиновников и в чем опасность этого заговора молчания.
Как ситуация в Новосибирской области развивалась с конца января по март
— Мы столкнулись с проблемами с начала февраля, — рассказывает представитель агрохолдинга.
— Ветврачи на крупных предприятиях регулярно проводят осмотры и обычно быстро замечают болезни у животных. Клинические признаки ящура довольно однозначные. Понятное дело, мы все читали правила, поэтому последовательность действий очень проста: вызываешь ветслужбу, она забирает пробы. Порядок действий агрохолдингов четко прописан и всем известен.
Собеседник сообщил, что государственная ветслужба вскоре действительно подтвердила подозрения ветеринаров, работавших на производстве.
По его словам, крупные хозяйства еще раньше фермеров столкнулись с тем, что единственный способ справиться с эпидемией — полное уничтожение всего очага. Они и делали это с февраля.
— Мы тоже не хотели никого убивать. Но потом выяснилось, что заражение пошло дальше региона. И оно пошло очень быстро. С этой болезнью справляются, к сожалению, пока что одним способом: полной ликвидацией и сжиганием очага. То есть жгут везде — в Европе, в Америке. Жгут у нас.
Крупные фермерские хозяйства, говорит наш собеседник, уничтожали коров и свиней тысячами. Но, в отличие от маленьких хозяйств, делали это добровольно и без привлечения внимания общественности.
В качестве подтверждения своих слов источник предоставил переписку с региональными чиновниками о возможном возмещении ущерба из-за вынужденного уничтожения скота. Речь в переписке идет о существенных суммах. не можем называть порядок цифр, чтобы не раскрывать масштаб хозяйства, о котором идет речь.
— То есть если речь и идет о заговоре агрохолдингов, то нас в этот заговор не включили, — подводит итог крупный животновод.
Контрольно-пропускной пункт на въезде в село Новопичугово во время карантина, Новосибирская область, 17 марта 2026 года. Фото
Когда на крупных предприятиях было обнаружено несколько случаев ящура, власти приняли решение провести исследования на территории всей области.
— После [обнаружения] крупных очагов началось поголовное взятие анализов и [ввели] какой-никакой карантин. То есть когда поняли, что есть какое-то количество очагов вспышек, тогда уже пошли дома все проверять, — рассказывает представитель агрохолдинга. — А после уже пришли конкретно к тем, у кого положительные анализы.
Действительно, уже в начале марта в некоторых селах Новосибирской области стали объявлять карантин. Причем дороги перекрывали блокпостами, но официального документа о введении ограничений нигде опубликовано не было. Чиновники в разговорах с местными жителями ссылались на то, что это документы для служебного пользования.
С самого начала чиновники решили соблюдать режим повышенной секретности.
В продолжение:
Почему чиновникам так важно скрыть эпидемию
Почему в Новосибирской области разгорелся такой скандал
Чем опасно молчание чиновников