Мужики, давайте начистоту. Сегодня процесс застолья стал каким-то слишком стерильным. Мы заходим в супермаркет с ярким светом, долго выбираем напиток по акции, читаем контрэтикетки, несем всё это домой в пластиковом пакете, а потом красиво режем сыр на деревянной доске.
Всё правильно, цивилизованно. Но для тех, чья молодость пришлась на 70-е и 80-е годы, в этом нет души. В Советском Союзе употребление горячительных напитков было не просто процессом, а целой субкультурой, рожденной в условиях тотального дефицита, строгих правил и феноменальной мужской смекалки. Это был социальный клей, объединявший академика и слесаря.
Я перелопатил кучу исторических форумов, почитал воспоминания старожилов, покопался в своей памяти и подготовил для вас 7 легендарных советских привычек, которые современная молодежь просто не поймет. Пристегните ремни, мы отправляемся в эпоху алюминиевых пробок и сырка «Дружба».
Внимание: Статья носит сугубо информационный характер. Мы не призываем к употреблению алкоголя. АЛКОГОЛЬ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ!
Гениальная математика «сообразить на троих»
Сегодня это просто крылатая фраза, но в СССР это была суровая экономическая необходимость, возведенная в абсолют. До знаменитого подорожания бутылка водки «Московская» стоила ровно 2 рубля 87 копеек.
Для одного советского работяги отдать трешку за выпивку в будний день было накладно (жена дома быстро вычислит брешь в бюджете). А вот скинуться по рублю — идеально. Три мужика достают по бумажному рублю. Итого: три рубля. Покупается бутылка за 2.87.
На сдачу остается ровно 13 копеек. Знаете, что можно было купить на 13 копеек? Легендарный плавленый сырок «Дружба», плюс немного кильки и булочку! Математика была настолько совершенной, что казалось, будто сам Госплан разрабатывал эти цены специально для народа.
Молчаливый поиск компаньона у гастронома
Из первого пункта вытекает второй ритуал, который сегодня кажется дикостью. Что делать, если вас двое, а рубль есть только у каждого? Нужен «третий»!
Современная молодежь ищет компанию в интернете, заводит друзей в барах, а советский мужик делал это не отходя от гастронома. Это был язык немых жестов, понятный без слов. Человек вставал неподалеку от входа в винный отдел, засовывал руку в карман пальто или брюк и многозначительно оттопыривал один (или два) пальца, ища зрительный контакт с прохожими.
Иногда просто слегка похлопывали себя по горлу. Никто не кричал: «Эй, мужик, пошли пить!». Достаточно было встретиться взглядом, кивнуть — и вот вы уже лучшие друзья на ближайшие полчаса.
Сорванная «бескозырка» — пути назад нет
Современную бутылку водки или виски можно открыть, выпить рюмочку и закрутить пробку обратно до следующих выходных. В СССР такой фокус не проходил.
Бутылки закупоривались мягкой алюминиевой пробкой с небольшим язычком. В народе её метко прозвали «бескозыркой». Чтобы открыть заветную тару, язычок нужно было потянуть, и фольга безвозвратно рвалась. С этого момента бутылка становилась негерметичной.
Положить её в карман или портфель было невозможно — всё прольется. Отсюда родилась железная советская привычка: если бутылку открыли, её нужно допить до дна. Оставлять на завтра было просто технически неудобно. Впрочем, находились умельцы, которые знали, как надежно закупорить бутылку.
Общий стакан из автомата с газировкой
Это кошмар для современного Роспотребнадзора, но абсолютная норма для советского человека с его железобетонным иммунитетом. Пить из горла в приличном обществе (пусть даже это общество собралось в подворотне) считалось дурным тоном. Нужна была посуда.
Где взять тару на улице? Правильно, в ближайшем автомате с газированной водой! Мужики брали граненый стакан Мухиной (кстати, вы знали, что 16 граней и гладкий ободок были придуманы специально для прочности и удобства мойки?), споласкивали его ледяной струей воды на решетке автомата и шли в сквер. В стакан поровну (по знаменитому «бульку») разливалось содержимое.
Пили по очереди, вытирая губы рукавом. И что самое поразительное — стакан всегда возвращали на место! Воровство общественной посуды считалось жутким позором.
Банкет на свежей газете
Никаких сырных тарелок с медом, никаких канапе с оливками. Закуска была брутальной и спартанской. Столом служил подоконник в подъезде, бетонная плита на стройке или скамейка в парке.
Обязательным атрибутом была свежая газета (чаще всего «Труд» или «Правда»). На неё выкладывали тот самый сырок «Дружба», который часто не резали ножом (его могло не быть), а ломали руками или делили с помощью суровой нитки. Если гуляли с размахом — добавлялась килька в томате, которую выковыривали из банки спичками, и кусок черного хлеба. Газета впитывала запахи, масло и разговоры о политике и футболе.
Трехлитровая банка и эмалированный бидончик вместо пластика
Сегодня мы просто заходим в «разливайку» на первом этаже, где нам за минуту наливают свежее пиво в удобную темную ПЭТ-бутылку. Выпил — выкинул. В Советском Союзе пластиковой тары не существовало в природе, поэтому поход к желтой пивной бочке или ларьку превращался в целую спецоперацию со своей посудой.
В ход шло то, что можно было незаметно умыкнуть с кухни. Самым популярным вариантом была обычная трехлитровая стеклянная банка. Её аккуратно несли в плетеной сетке-авоське. Это был особый шик и одновременно огромный риск: одно неловкое движение в очереди, легкий удар о забор — и три литра дефицитного «Жигулевского» с грустным звоном впитываются в советский асфальт. Трагедия вселенского масштаба, после которой домой можно было не возвращаться!
Второй культовый вариант — эмалированный бидончик (часто желтый в горошек или белый). Да-да, тот самый, с которым по утрам дети ходили за молоком или квасом. Вечером этот бидон переходил в руки отца. Он звонко гремел металлической крышкой на всю улицу, гордо оповещая соседей, что рабочая смена окончена и у человека сегодня праздник. Пить из такого бидона, передавая его по кругу в гараже, было отдельным видом мужской романтики.
Священный ритуал сдачи стеклотары
Сегодня пустая бутылка — это мусор, который летит в контейнер. В Советском Союзе стеклотара была твердой валютой и важной частью семейного бюджета.
Пустая пивная бутылка стоила 12 копеек, водочная — 20 копеек. Если компания уговорила на троих несколько бутылочек пива и «беленькую», пустую тару аккуратно складывали в авоську. На следующее утро поход в пункт приема стеклотары был таким же важным ритуалом, как поход на работу.
На вырученные от сдачи бутылок деньги можно было купить буханку свежего хлеба, пачку сигарет «Прима», а иногда и наскрести на новую спасительную кружку пива в ларьке, чтобы поправить здоровье.
Эпоха ушла, оставив после себя лишь теплое чувство ностальгии. Мы стали жить богаче, пить качественнее, закусывать вкуснее. Но иногда, проходя мимо идеальных рядов супермаркета, нет-нет да и вспомнится тот самый звук срываемой алюминиевой «бескозырки» и вкус сырка на газетке.