Началось всё с домофона.
Эльдар приехал за Аликом в субботу, как обычно. Позвонил снизу, я нажала кнопку, Алик схватил рюкзак и побежал к двери. Веня стоял в коридоре в трусах и с кружкой кофе.
– Это кто? – спросил Веня.
– Мой бывший. За сыном. Ты его сто раз видел.
– Я его видел из окна. А тут он сейчас поднимется.
– Не поднимется, Алик сам спустится.
Алик не спустился. Алик распахнул дверь и крикнул в лестничный пролёт:
– Пап, зайди! Я кроссовку не найду!
Эльдар поднялся. Веня всё ещё стоял в трусах с кружкой. Я стояла между ними и думала, что в кино такие сцены снимают с комедийной музыкой на фоне.
– Привет, – сказал Эльдар.
– Привет, – сказал Веня.
Молчание. Алик тем временем копался в обувнице.
– Кофе хороший? – спросил Эльдар, кивнув на кружку.
– Нормальный. «Жокей», растворимый.
– А я перешёл на зерновой. Взял кофемолку за полторы тысячи на маркетплейсе, ручную. Крутишь и медитируешь.
– Ты серьёзно?
– Ну, утром пять минут крутишь. Просыпаешься точно.
– Слушай, скинь ссылку.
Я смотрела на них и не могла решить, что хуже: драка в коридоре или обсуждение кофемолок. Алик нашёл кроссовку за шкафом, обулся, и они ушли. Веня посмотрел на меня поверх кружки.
– Нормальный мужик.
– Веня.
– А что такого? Нормальный мужик. Кофемолку вон посоветовал.
***
Ссылку Эльдар скинул. Веня купил кофемолку. Через неделю, когда Эльдар привёз Алика обратно, Веня вышел на лестничную площадку и сказал:
– Крутил, крутил, руку свело. Но кофе правда другой.
– А ты попробуй средний помол, не мелкий. И воду не кипятком, а восемьдесят градусов. Тогда вообще.
Они проговорили на площадке двенадцать минут. Я знаю, потому что засекла. Алик ел макароны, я стояла у двери и слушала, как мой нынешний муж и мой бывший муж обсуждают температуру воды для кофе. Двенадцать минут. С таким увлечением, с каким Веня со мной не обсуждал ничего с нашей третьей годовщины.
Потом Эльдар уехал, и Веня вернулся в квартиру с таким видом, будто только что узнал что-то важное.
– Он на выходных на рыбалку едет. Под Тарасовку, там платные пруды. Карп и форель. Звал.
– Тебя, что ли?
– Ну не тебя же.
– Веня, это мой бывший муж.
– И что? Мы ж не на свидание. На рыбалку.
Я села за стол напротив Алика. Алик макал макаронину в кетчуп и не вмешивался.
– Ты поедешь на рыбалку с моим бывшим мужем.
– Да. Если ты не против.
Я посмотрела на сына. Алик пожал плечами:
– Пусть едут. Папа нормально ловит, покажет ему.
***
Они поехали. Вернулись вечером в воскресенье. Пахли костром, рыбой и тем особенным мужским духом, который появляется, когда двое взрослых людей сидят десять часов на берегу с удочками и термосом.
Веня положил на стол пакет. Внутри три форели и пять карасей, завёрнутые в газету.
– Вот, – сказал. – Жарь.
– Половина Эльдара, – уточнила я.
– Он отдал. Говорит, ему одному много.
Я жарила рыбу и думала: мне тридцать четыре года. У меня есть сын, нынешний муж и бывший муж, и они только что вернулись с совместной рыбалки и привезли мне общий улов. Кому рассказать, не поверят.
Позвонила Юле. Юля моя подруга с работы, мы вместе в бухгалтерии сидим, она напротив, я у окна. Юля всё знает.
– Они вместе ездили?
– На рыбалку. На целый день. И рыбу мне привезли.
– Господи.
– Вот и я так подумала.
– Подожди, а что они там обсуждали?
– Я не знаю. Я не поехала.
– Ты не поехала?!
– Юль, на кой мне рыбалка?
– Не на рыбалку! Послушать!
***
Через месяц они ездили третий раз. К тому моменту у них появился общий чат в мессенджере, и я видела на экране Вениного телефона название: «Рыбная мафия». Два участника. Эльдар и Веня.
Мне стало не по себе. Не от ревности, нет. От чего-то другого. От того, что мой бывший муж знает про моего нынешнего что-то, чего не знаю я. Что они обсуждают на берегу пруда десять часов? Не форель же.
Алик приехал от Эльдара в воскресенье и за ужином сказал:
– Мам, папа говорит, дядя Веня нормальный. Говорит, повезло тебе.
Я чуть чай не пролила.
– Что?
– Ну, папа сказал: «Алик, твоя мама молодец, хорошего мужика нашла». Прямо так.
Веня сидел рядом и ухмылялся. Нагло так, с прищуром.
– Ты знал?
– Что «знал»?
– Что он такое про меня говорит.
– Он мне тоже говорил. На третьей рыбалке. «Вень, ты Тайку не обижай. А то я приду».
– И ты молчал?!
– А что, должен был обидеться? Нормально сказал. По-мужски.
Я вышла на балкон. Стояла и дышала. Март, воздух ещё холодный, с балкона видно парковку и детскую площадку. Алик завтра к Эльдару, послезавтра обратно. Как будто у моего сына два папы, и они между собой договорились.
***
В апреле позвонил Эльдар. Не Алику, а мне. Это уже было странно, потому что обычно он звонит только по расписанию и по делу.
– Тай, у Вени когда день рождения?
– Двенадцатого мая. Зачем?
– Я ему хочу блесну подарить. Он хотел «Меппс», двойку, серебристую. На прошлой рыбалке полчаса разглядывал.
Я села. На стул, на кухне, посреди жарки котлет. Котлеты шипели, а я сидела.
– Эльдар.
– М?
– Ты собираешься подарить моему мужу блесну на день рождения.
– Ну да. Хорошая блесна, между прочим. Финская.
– Ты ему два года назад руку не подал, когда в подъезде столкнулись.
– Ну, два года назад я его не знал. А сейчас знаю. Мужик рукастый, карпа с первого раза подсёк, я ему помогал подсачник держать. Уважаю.
Котлеты сгорели. Я выключила плиту и открыла окно. Дым шёл к потолку, а я стояла и думала: это вообще моя жизнь?
***
День рождения Вени отмечали дома. Пришли его друзья с работы и Юля с мужем. А последним пришёл Эльдар. С блесной в коробочке.
Веня открыл, увидел и обнял Эльдара. Обнял. Бывшего мужа своей жены. При гостях.
Юля подошла ко мне на кухне и шепнула:
– Ты вообще как?
– Не знаю, Юль. Вот честно не знаю.
– Но они же не дерутся.
– В том-то и дело. Было бы проще, если бы дрались.
– Это ещё почему?
– Потому что драку я понимаю. А вот это, – я кивнула на гостиную, где Эльдар показывал Вене фотографии какого-то водоёма, – это я не понимаю.
Юля посмотрела на них, потом на меня.
– Тай, ты сейчас злишься, что они дружат?
– Нет. Злюсь, что у них всё так просто. Эльдар со мной два года после развода нормально поговорить не мог, а с Веней через месяц на рыбалку поехал. Я пять лет пыталась наладить нормальные отношения после развода, вежливо, по-взрослому. А Вене хватило одной кофемолки.
Юля налила мне вина.
– Может, им без тебя проще.
– Спасибо, Юль. Утешила.
– Нет, я серьёзно. Ты между ними стояла. Бывший муж, новый муж, и ты посередине, как граница. А они через рыбалку обошли границу. Напрямую.
Я выпила вино. Поставила бокал. Подошла к гостиной. Эльдар рассказывал, как на прошлой рыбалке Веня уронил телефон в пруд и нырял за ним по пояс в апрельской воде. Гости смеялись. Веня отмахивался: «Я его за секунду достал!» Эльдар: «За секунду? Ты там барахтался как тюлень, я думал, тебя тоже доставать придётся».
Алик сидел между ними и хохотал. Мой сын. Между двумя мужчинами, которые могли бы ненавидеть друг друга, а вместо этого обсуждают утонувший телефон.
***
Вечером, когда гости ушли, Веня мыл посуду, а я вытирала.
– Вень.
– М?
– Вы с Эльдаром обо мне говорите?
Он помолчал. Тарелка в его руках скрипнула под губкой.
– Ну, иногда. Бывает.
– И что вы там говорите?
– Он сказал, что виноват перед тобой. Что после развода вёл себя как баран. Что Алик из-за него переживал. Сказал, что рад, что у тебя нормальная жизнь.
– Эльдар тебе это сказал?
– На второй рыбалке. Мы сидели, рыба не клевала, он и выдал. Я ему говорю: «Скажи ей». А он: «Не могу. Ей скажу, получится как будто прошу прощения. А я не прошу. Я просто знаю, что был дурак».
Я вытирала тарелку и не могла остановиться. Всё тёрла и тёрла полотенцем по фарфору, хотя тарелка давно была сухая.
– Он правда вот так и сказал?
– Тай, я вру тебе когда-нибудь?
Нет. Веня не врёт. Веня вообще не умеет врать. Он даже сюрпризы не может готовить, потому что за день до праздника начинает улыбаться и отводить глаза.
Я убрала тарелку в шкаф.
– Ладно, – сказала. – Пусть рыбачат.
– А ты как будто решаешь.
– Веня.
– Что? – он улыбался, и от улыбки морщинки у глаз собрались в лучики. Мне нравятся эти морщинки. Два года нравятся.
– Да ничего. Мой уже посуду.
***
В мае Эльдар забирал Алика на выходные. Я вышла на площадку.
– Эльдар.
Он обернулся. Алик уже топал вниз по лестнице.
– Спасибо, – сказала. – За блесну. Веня рад.
Он кивнул и уже повернулся к лестнице, но потом помялся.
– Тай.
– М?
– Алику хорошо. С вами обоими. Я вижу.
– Алику хорошо, потому что его отец перестал вести себя как чужой.
Он не обиделся. Кивнул опять, как будто ждал этих слов.
– Я знаю. Вень помог.
– А при чём тут Веня?
– При том. Он мне на рыбалке сказал: «Алик по тебе скучает, приезжай чаще, хватит дурить». Прямо так. Я закинул удочку, а он мне: «Хватит дурить». И я подумал – а правда, хватит.
Он спустился за Аликом. Дверь подъезда хлопнула. Я стояла на площадке и слушала, как внизу Алик что-то рассказывает отцу, быстро и взахлёб, и Эльдар смеётся.
Вернулась в квартиру. Веня сидел на кухне с кофемолкой, крутил ручку и медитировал, как и обещал Эльдар. Я села напротив.
– Ты сказал Эльдару «хватит дурить»?
– Ну кто-то должен был.
– Я ему это три года говорила!
– Ну, ты жена. А я мужик с удочкой. Разная весовая категория.
Я засмеялась. Первый раз за всю эту историю я засмеялась не от абсурда, а просто потому что стало легко. Веня крутил кофемолку, кофе пах свежим помолом, и из окна тянуло маем.
В июне они снова поедут. Эльдар пообещал Алику, что возьмёт его с собой. Два папы и сын на пруду под Тарасовкой. А я останусь дома и буду жарить рыбу, которую они привезут.
И почему-то мне кажется, что это и есть нормальная жизнь. Странная, необъяснимая, с общим чатом «Рыбная мафия» и финской блесной на день рождения. Но нормальная.
А ваш бывший и нынешний смогли бы нормально общаться? Или это вообще из области фантастики?
Вам может понравиться:
Спасибо, что дочитали! Буду рада вашим комментариям. Хорошего дня!