Всем привет, леди и джентльмены! Сегодня хочу поделиться своей историей с обществом и понять: прав ли я в этой ситуации или виноват?
Потому что я развелся, но бывшая жена каждый раз пишет мне, какой я негодный и что я обманул её ожидания.
Это был мой второй брак. Мне сорок, Татьяне — 35. Сошлись вроде бы по любви и потому, что оказались примерно в одной ситуации, со схожими жизненными обстоятельствами. Я думал, что мы отлично будем друг друга понимать, но что‑то пошло не по плану.
А дело в том, что первый брак у меня был неудачным. Женился я в тридцать. Человек я стеснительный, опыта в общении с женщинами было мало, зато квартира своя была, машина, работал на заводе сварщиком на станках с ЧПУ с приличной зарплатой.
Первый раз женился по большой и чистой любви. Вскоре моя первая жена забеременела, родила сына Егора — сейчас ему 10 лет, как вы понимаете. Но я сразу заметил, что моя пассия оказалась не готова к быту, семейной жизни и декрету…
Нет, не поймите меня неправильно. Я больше готовился к этому событию: настоял на планировании ребенка, мы ходили, готовились, сдавали анализы.
Она вроде бы была не против, но не прыгала от счастья, что её муж хочет ребенка. А её я даже и не спрашивал, я думал, что женщина априори хочет семью и ребенка, но я ошибался...
Я отправил супругу на курсы молодых мам, сам изучал литературу и онлайн‑курсы, заранее закупал пелёнки, кроватки — всё, что нужно.
Это сейчас я понимаю, что мне хотелось ребёнка больше, чем моей пассии.
Потом были роды, причём партнёрские. Ещё в роддоме моя супруга начала истерить: говорила, что её заставляют вставать и подходить к ребёнку, а ей плохо, она так устала, что ей надо отлежаться.
Я её по телефону старался поддерживать, говорил:
— Карин, ну кто говорил, что будет легко и безболезненно? Ну, мог бы я сам родить, родил бы, но всё же так случилось: я мужчина, а ты — женщина. Так что терпи, мать. И ходить тебе надо, и ребёнка кормить.
Карина моя как взорвалась от моих слов, стала обвинять меня, что я должен её поддерживать, а я, мол, встал на сторону врачей, которые, к слову, хотели только лучшего.
Уже тогда к ней в палату (к слову, отдельную, которую я оплатил дополнительно) каждый день ходила психолог, разговаривала с ней. Через неделю её с ребёнком выписали.
Стоит ли говорить, что ко времени выписки я договорился со своим начальством, что беру месячный отпуск, и сам стал с Егоркой заниматься: купал его, кормил сухими смесями, потому что супруга заявила, что у неё нет молока.
Сам по ночам ребёнка убаюкивал, приглашал массажиста, чтобы убрать тонус, потом сам освоил массаж.
Жена моя лишь лежала на кровати в депрессии и пристрастилась ходить по психологам, с которыми пила кофе и болтала «за жизнь» — на мои деньги за каждый сеанс.
Я честно пытался привлекать жену к заботе о ребёнке, понимая, что через месяц мне как кровь из носа надо будет выйти на работу. А, учитывая траты на ребёнка и на жену, похоже, мне придётся ещё и вечером оставаться на подработки.
Но жена брыкалась, огрызалась и ни под каким предлогом не хотела подходить к нашему сыну, мотивируя тем, что уже родила, а теперь я должен нанимать няню…
Короче, сделать с этим я ничего не смог. Уж не знаю, сама ей мысль в голову пришла или психологи её надоумили, с которыми она кофе пила, но на второй месяц она объявила, что со мной разводится и уходит жить к папе с мамой, которые полностью поддерживают свою «бедную» дочурку.
Представили ситуацию? Я один остался с ребёнком на руках. Свекровь на меня и Егора глаз не кажет, обвиняя меня во всех смертных грехах. Мои родители живут своей жизнью за 1000 км от меня и тоже не торопятся приехать помочь.
Хорошо, друг выручил. Он у меня коммерсант — в хорошем смысле этого слова.
У него своё ИП по производству мангалов, а тут он решил освоить ещё и деревообработку: купил станок с ЧПУ, чтобы заготовки выпиливать и продавать всякие изделия из фанеры — авторские верстаки для любителей мастерить своими руками.
И вот он мне звонит узнать, не смогу ли я ему помочь, тем более у меня и гараж есть, куда этот ЧПУ‑станок можно установить, и навыки работы с этой техникой. И тут в моей голове возникает гениальный план — настолько гениальный, насколько и нереальный.
В общем, квартира у меня — трёшка. В дальней комнате мы устанавливаем этот станок — благо, он не сильно шумный, — делаю пылеуловитель прямо в наружную стену, ставим ноутбук, и я всё это дело настраиваю.
С завода, естественно, я увольняюсь. Ну и вот… Раз в неделю оплачиваю сиделку, еду на базу, закупаю листы фанеры, везу их в гараж, распиливаю на заготовки, попутно заезжаю на базу, где заказываю упаковку под мою продукцию. Рано утром в субботу, пока все спят, затаскиваю заготовки сырья в свою квартиру…
Да, урывками между кормлением, агуканьем и сменой памперсов я начинаю осваивать новое производство в своей квартире.
В зале базируемся мы с Егором, в соседней чистой комнате у меня склад с заготовками и готовой продукцией, в третьей комнате — производство.
Представили бы вы ситуацию, как я с Егоркой на руках разбираюсь в программном обеспечении этого станка, попутно осваивая инженерные и чертёжные программы, пытаясь всё это совместить?
Друг, спасибо ему, поверил в меня и взял в долю, первое время оплачивая всё со своего кармана.
У нас получается взаимовыгодное партнёрство: с меня — наладка, производство, упаковка; с него — отправка и работа уже с поставщиками и маркетплейсами. Доход — 50/50. Условия для меня в том положении более чем партнёрские.
Если бы не друг, не знаю, как бы я выкрутился тогда. Да и производство оказалось малошумным и малопыльным. В общем, через месяц я собрал первый тестовый образец, мы довели его до ума и начали штамповку.
Ну как штамповку: запущу я процесс, станок работает, я — к сыну, засекая таймер, через сколько минут цикл обработки завершится, и опять — менять деталь, осматривать полученную заготовку и прочее. Работали мы так с Егором часов по 12.
Потом закупили ещё один станок, более автоматизированный и современный, — тут уже и первые деньги пошли. Примерно когда Егорке уже два годика исполнилось, начали мы производство перебазировать в гараж.
Тут и деньги уже появились, чтобы первого работника нанять на производство, потом второго.
В общем, стало полегче: я лишь на полдня уходил на работу, давал указания, контролировал процесс у своих «архаровцев», а дома Егор с няней — хорошую няню нашёл: немолодую, но которая своё дело знает хорошо.
Так и жили. С пяти лет Егор у меня уже был самостоятельным мужиком. Когда с ним ездили проведать наших работников и за материалом катались, когда он у меня и дома самостоятельно оставался — под моим удалённым контролем с помощью радионяни. Повезло, что ребёнок оказался с головой и послушным.
Так и прожили мы с Егором. Вот он уже и в школу пошёл, вот уже и 8 лет пареньку исполнилось — совсем взрослый. Он и уроки самостоятельно делает, и мне даже в бизнесе помогает. В свободное время — от меня ни на шаг.
Мы уж с другом шутим, что пора его третьим партнёром в наш бизнес‑проект брать!
Ну и тут встретилась мне женщина — Татьяна.
Как‑то мы случайно познакомились на презентации нашей продукции: она у меня интервью брала, работала на телевидении. В общем, интервью прошло хорошо, а потом, пока она оборудование своё складывала, разговорились. Я ей чая предложил прямо в нашей уже опустевшей к тому времени мастерской.
Так и засиделись мы за чашкой кофе, разговорились. Оказывается, у Татьяны ситуация зеркальная: только от неё муж ушёл, тоже ребёнок — Игорек. Причём так совпало, что и возраст у наших детей одинаковый, и дата рождения.
В общем, сошлись мы с ней быстро. А чего тянуть? Люди - уже не молодые, а семейного тепла всем хочется.
В общем, переехали Таня с Игорьком к нам в нашу просторную трёшку. Я к её переезду ремонт в квартире сделал. Егор мой был только рад, что брат у него сводный появится. Да и, откровенно говоря, мамку‑то я ему заменить при всём желании не могу. Видно было, что не хватает ему женской ласки.
Таня оказалась женщиной рукастой: и готовит, и по хозяйству убирается, на диване, как моя бывшая с депрессией, не лежит. Мальчишки поладили, мы с Игорьком тоже нашли общий язык, а Таня — с моим сорванцом.
Год первый прожили отлично. Уже стали задумываться об общем ребёнке: она уж больно хотела, да и я не возражал, но боялся… Что‑то меня останавливало, и я думал: «Мой первый негативный жизненный опыт».
Но потом пошли первые звоночки.
— Слушай, Иван, а почему ты моего сына Игорьком зовёшь? — как‑то спросила она меня.
Я немного растерялся.
— Погоди, а как я его должен звать? Машкой, что ли, если он Игорек? Ну давай Игорем буду звать, более официально! — подумал я, что ей не нравится формулировка.
— Нет, я не об этом… Ну вроде бы мы одной семьёй живём: ты — мой муж, я — жена! У нас двое детей. Своего ты сыном зовёшь, а моего — Игорьком! — заявила мне Татьяна.
Я немного так призадумался.
— Ну да… А чего ты хотела? Чтобы он меня папой называл, а я его — сыном? Нет. Встретилась бы ты мне 8 лет назад — были бы у нас общие дети. Но видишь как: у моего сына — своя мать, пускай и непутёвая, а у твоего Игорька — свой отец…
— Какой он ему «отец»?! — хмыкнула обиженно Таня.
— Ну какой уж есть, такой и отец… Я, ты видишь, стараюсь быть другом ему, да и наши дети общаются хорошо. Чего надо‑то? — недоумевал я.
— Я хочу, чтобы ты называл его сыном, а он уже давно хочет называть тебя папой! - чуть не вскрикнула Таня.
Честно говоря, я как‑то подслушал разговор Тани и Игоря тет‑а‑тет, где она его заставляла называть меня папой.
— Тань, давай начистоту: я к этому не стремлюсь. Я как глава семейства все функции выполняю, всех содержу одинаково, Игоря не обижаю, но и папой я ему вряд ли стану. Ну пойми ты… — пытался достучаться до женщины.
А она хотела, чтобы всё было как в идеале: будто бы наши дети — оба нам родные. Хотя было видно, что в каких‑то мелких стычках между мальчишками она подспудно Игоря поддерживает. Я, правда, на это не реагировал, а мой Егор стал на меня за это обижаться.
Таня, понимая, что меня не убедишь, сбавила обороты, отпустила эту тему — вроде бы всё наладилось.
Но что уж поделать: у нас в семье, считай, уже два взрослых мужика со своими интересами и задатками.
Егор у меня более самостоятельный: он уже в мастерской со мной пропадает в свободное время. Я и Игорька хотел приучить к деревообработке, брать с собой, но понял, что ему это неинтересно. Игорек больше любит рыбалку, что тоже неплохо.
Ну и вот — считай, два года нашей совместной жизни.
День рождения у наших с Танькой сорванцов — уже взрослых мальчишек, со своими интересами. Собрали общий стол в кафешке, они своих друзей пригласили: компании у них уже разные. Рассадили всех, вроде всё нормально.
Пришло время дарить подарки.
Ну, я знаю, что Игорек грезит охотой и рыбалкой. Ружьё я ему, естественно, не подарю, но вот спиннинг с набором всяких блёсен — можно себе позволить.
Вручили с Егором ему подарок — Егор мне сам помогал выбирать, в интернете шерстил, где отзывы лучше… Игорек доволен как слон, его друзья — сообщники по рыбалке — осматривают подарок и одобряют.
— Ну, — думаю, — угодили!
Татьяна тоже сидит довольная, целует своего сына в макушку. Я жму ему по‑мужски руку, говорю: «Мужик!»
Ну а потом и своего поздравляю. Специально я сначала поздравил Игорька, чтобы Таня не обиделась, что его сына поздравляют вторым.
У моего уже другие увлечения: он по моим стопам пошёл, инженерным делом интересуется. Причём в свои 10 лет он уже языки программирования осваивает и профессиональные чертёжные программы — типа AutoCAD.
Естественно, общий компьютер у мальцов уже не тянет все эти графические программы. Да и часто бывало, что они одновременно хотят за компом посидеть: одному про рыбалку ролик посмотреть, а другому — чертежи начертить…
В общем, купил я своему ноутбук высокопроизводительный, игровой, с крутой видеокартой, с экраном 16 дюймов, а ещё — отдельный монитор для чертежей, большой. Почему, спросите меня, не стационарный? А потому что Егор потом идёт в мастерскую, подключает свой ноут к станкам и воплощает свои чертежи в реальные вещи.
И тут Татьяну мою переклинило. Я прямо увидел, как её лицо из яркого и солнечного превратилось в кислое, будто она съела супер-кислый лимон.
Весь оставшийся праздник Татьяна сидела мрачнее тучи, моего даже не поздравила с праздником — или реально забыла, или не захотела, посчитав его виноватым…
Вечером пришли домой.
Мальчишки разошлись по своим комнатам — да, у каждого из них своя комната, — а мы с Таней на кухне сидим, я чаю заварил. Она сидит обиженная, молчит, не разговаривает.
— Татьян, ну чего молчишь? Ну давай поговорим! Что тебя гнетёт? Что увлечение моего ребёнка стоит дороже по деньгам, чем твоего? — проговорил искренне я.
— Нет, меня напрягает другое: ты делишь наших детей на «твоих» и «моих». И я считаю, что это неприемлемо! — обиженно заявила Татьяна.
— А ты не делишь? — усмехнулся я.
— Я?! Делю? — повысила голос Татьяна.
— Ну да! Ты своего вон и поздравила, и в макушку поцеловала, а моего даже забыла поздравить! — проговорил я.
— Ну извини… После того, что моему ты подарил удочку, а своему суперкомпьютер за бешеные деньги… Я выпала в осадок, прямо тебе скажу! — буркнула Таня.
— Слушай. Это мой сын, и я могу себе позволить всё необходимое для его развития. Ему нужен был именно такой компьютер и монитор. Да, это стоило дороже, чем спиннинг, соглашусь. Но и твоему я сделал очень даже приличный подарок. Этот спиннинг в Китае стоит тридцать тысяч, мы его два месяца назад ещё с Егором заказывали. А если такой у нас в магазине брать — шестьдесят отдашь, не меньше! — начал оправдываться я.
— А теперь скажи мне, сколько стоит этот компьютер? — зарычала Татьяна.
Я честно назвал сумму. После чего с ней начался настоящий приступ: она рвала и метала. Из комнат прибежали наши дети.
У тётки буквально сорвало ручник: она кричала, брызгала слюной, обнимала своего сына и причитала, как я к нему несправедлив.
В итоге я насилу уговорил её выпить успокоительного и идти спать. Егор тоже уже пошёл спать, а мне не спалось. Я сидел и думал, как жить дальше с такими тараканами у моей супруги.
«Слать её к психологам? Не вариант, мы уже это проходили», — размышлял я.
Из своей комнаты вышел Игорь, зашёл ко мне «на огонёк», сел тоже со мной чай пить.
— Ну вот ты мне скажи, Игорек, несправедлив я к тебе? — решился я поговорить с пасынком.
Тот поставил кружку, посмотрел на меня непонимающе и сказал:
— Да ты чего, дядь Паш?! Мне, честно говоря, кроме матери больше никогда никаких подарков и не дарили, а тут вы такой спиннинг замутили! — восторженно проговорил Игорек.
— Это мы вместе с Егором выбирали. Он как‑то заказывал через Китай, у нас на рынке такого не встретишь! — у меня отлегло на сердце.
— Да я знаю, Егор мне давно проговорился, что вы мне спиннинг хотите подарить! — улыбнулся Игорь.
— Ну а как ты смотришь на то, что я своему сыну подарок дороже купил? Ну что мне теперь, тоже ему удочку покупать надо было, когда ему современный комп нужен? — не знаю зачем, но я решил спросить пацана.
— Да всё верно, дядь Паш. Мне спиннинг - то что надо, да и сын он твой… Некоторым родные отцы ничего не дарят и забывают, когда у них день рождения, а тут чужой и такой подарок, причём от души, а не для галочки! — На щеках пацана появились слёзы, ну и я тоже пустил слезу…
— Ты знай, Игорек, то, что я сыном тебя не называю, — это ничего… Ты мне тоже как родной. Бедный парень… Знай: что бы ни случилось, ты всегда можешь ко мне прийти, всегда я постараюсь помочь. Понял? — сквозь слёзы проговорил я.
Он кивнул, мы обнялись.
Татьяна так и не смогла меня простить.
— Ну как ты не можешь понять, странная женщина? Я своего Егора с пелёнок растил, с ложечки поил, можно сказать, пелёнки менял. Я видел, как он на свет появляется, первый крик его ждал как чуда! И ты хочешь заставить меня любить твоего сына и своего одинаково? — честно говорил я Татьяне на следующий день, когда пацаны умотали в школу.
— Да! иначе мы не сможем жить вместе! — проговорила она.
— Ну… Тогда как знаешь… Я тебе честно скажу, что не смогу… — проговорил я.
Этим же вечером я грузил вещи Татьяны в нанятую грузовую газель. Она уезжала к маме — взрослая тридцатипятилетняя женщина, и опять к маме…
Вот так... С Игорем мы связи не теряем, созваниваемся, частенько его берем на отдых с рыбалкой на нашу дачу около пруда. И каждый год я шлю ему подарок на день рождения, а если возможно, то и лично поздравляю.
А жену свою вторую считаю не сильно умнее первой. Вот так, хоть ругайте меня хоть оправдывайте. У меня всё.
А как вы считаете, был ли я в чем-то виноват перед Татьяной и её сыном, учитывая, что отца того ребенка за эти два года я ни разу не видал?
Все анонсы, уведомления о новых публикациях на канале, и что осталось за кадром Дзена доступны в Авторском канале Сергея Горбунова в МАКСе.