— Ну почему у них всё так сложно? Не могли написать что-нибудь весёлое?
— Могли. Но в школе проходят другое.
Коля пришёл из школы и молча сел за стол. Есть ничего не стал, просто сидел и смотрел в одну точку. Я спросил, что случилось.
— Мы, это… — нехотя ответил он. — Мы сегодня «Муму» проходили.
— Ну и как тебе?
— Жесть какая-то, — продолжал говорить и не смотрел на меня. — Я вообще не понял, зачем Герасим её утопил. Она же маленькая, можно было спрятать.
Я сел напротив, начал вспоминать, как сам читал «Муму» в его возрасте. Тогда казалось, что всё как будто логично, ведь барыня приказала, крепостной выполнил, ничего не поделаешь.
— А учительница ваша как объясняла?
— Ну. Сказала, что Герасим крепостной и не мог ослушаться. Но это же глупо, — Коля оживился. — Он же мужик здоровый, мог бы просто уйти с собакой в деревню. Чего её топить-то?
Я попытался объяснить про крепостное право, про то, что люди были собственностью, что за побег в те времена наказать могли.
— А если бы он сбежал, его бы поймали и выпороли? — спросил Коля.
— Наверное.
— Тогда он мог бы просто собаку кому-то отдать. Соседям там. Или в лес увести и оставить. Зачем топить, она в чём виновата?
Почувствовал, что классическое школьное объяснение трещит по швам.
— Понимаешь, — начал я осторожно, — это же литература. Там показана трагедия человека, у которого не было выбора.
— Выбор всегда есть, — отрезал Коля. — Если бы я был Герасимом, я бы эту барыню… — он запнулся, подбирая слово. — В общем, я б не стал собаку топить.
Решил с ним не спорить. Спросил лучше, что ещё проходили.
— Ещё «Бежин луг», — он скривился. — Там мужики ночью сидели и страшилки рассказывали. Ничего интересно вообще. А учительница говорит, там глубокий смысл. Какой смысл, если они про домовых каких-то, русалок говорили?
Вспомнил, как в школе мы читали «Записки охотника» и нам объясняли про красоту русского языка и описание природы. Коля, кажется, остался равнодушен к красотам.
На следующий день я специально зашёл к знакомой, которая преподаёт литературу в старших классах. Спросил, как сейчас объясняют классику.
— Сложно. Дети другие, мыслят конкретно, им не понять, почему герой страдает, если можно просто взять и уйти. Контекста они не чувствуют.
— А как объясняете?
— По-разному, зависит от конкретного класса, ко всем свой подход. Одним заходит история, рассказы про те события, другим больше интересно про психологизм и «почему герой так поступил, давайте обсудим». Но с «Муму» особенно тяжело. Там же жестоко всё, с точки зрения современности. Герасим сначала собачку полюбил, потом её утопил. Дети спрашивают, он что псих какой-то? Я не знаю, что на такое ответить.
Достаёт телефон, показывает сообщение от ученицы.
«Мария Ивановна, а почему Герасим не мог просто уйти из усадьбы? У нас сейчас любой может уволиться и найти другую работу. Он что, дурак?»
— Как наивно. И что вы ответили?
— Написала, что тогда время другое. А она сказала: «Время другое, а чувства те же. Если любишь собаку, не убиваешь её».
В самом деле, в её словах своя правда.
Вечером Коля делал дз по литературе, сидел и что-то писал в тетради. Я заглянул через плечо.
«Герасим утопил Муму, потому что был слабым человеком. Он боялся барыни больше, чем любил собаку. Настоящий мужчина не поступил бы так».
— Ты в таком виде учительнице сдашь? — спросил я.
— А что такого? Нам сказали поделиться мнением, я его пишу.
— Ничего, — я пожал плечами. — Только двойку могут поставить.
— Пусть ставят, — Коля закрыл тетрадь. — Зато честно.
Спорить не стал, потому что вспомнил себя в 4-м классе. Тоже тогда писал сочинения, но ни разу не усомнился в Герасиме. Барыня приказала — он сделал, всё правильно, так в книге написано. А сейчас выходит, что мой племянник читает то же самое, но видит совсем другого героя.
Следующий урок литературы у Коли прошёл дня через три. Я ждал, что он вернётся с двойкой, но вместо этого пришёл довольный.
— Ирина Витальевна сказала, что слишком много «субъективного мнения», но поставила пятёрку. Сказала, что я умею думать, это главное.
— А про Герасима что?
— А она сказала, что на самом деле Тургенев хотел показать, как человека ломает система. Что Герасим не плохой и не хороший, он просто такой, каким его сделали. Но я всё равно считаю, что он что-то другое придумать мог.
— А ты бы что придумал?
— Не знаю. Может, попросил бы кого-нибудь из дворни забрать собаку. Или сам бы ушёл тайно. Или барыне сказал бы, что на неё чья-то собака напала. Большая собака. Вариантов же много.
— А если бы поймали?
— Ну и что? Побили бы? Я бы стерпел, зато собака живая.
Я не нашёл, что ответить ему. Кто из нас прав, непонятно.
Перед сном я залез в родительский чат (меня всё-таки добавили обратно, но это совсем другая история). Одна мама писала, что её дочь после «Муму» плакала два дня и требовала завести собаку. Другая возмущалась, что в школе дают такие жестокие произведения. Третья успокаивала, мол, классика, надо знать.
На следующий день он спросил:
— Дядь Саш, а вы в школе что ещё проходили? Там же ещё «Тихий Дон» какой-то есть?
— Есть.
— Тоже жесть?
— Ещё какая, — я улыбнулся. — Там над лошадьми издеваются.
Коля поморщился:
— Ну почему у них всё так сложно? Не могли написать что-нибудь весёлое?
— Могли. Но в школе проходят другое.
— А зря, — он взял рюкзак и пошёл к двери. — Я б лучше про что-нибудь современное сочинение написал. Там хоть понятно, кто злодей, а кто герой.
На днях Коля принёс из школы список литературы на лето. Сверху жирным выделено «Тургенев — Отцы и дети». Я решил схитрить и спросил, о чём там. Он ответил: «Наверное, опять кто-то кого-то топит».
Не стал разубеждать, пусть сам разбирается.