Восемь поворотных пунктов - так Эрик Эриксон описал человеческую жизнь. Каждый из них - кризис, который делает нас либо сильнее, либо слабее. И, в отличие от Фрейда, он доказал: личность формируется не в детстве, а до последнего вздоха. И это не травмы прошлого - это решения, которые мы принимаем на каждом шагу.
Книга, которую не хотели печатать
1950 год, издательство W. W. Norton & Company. Автор - Эрик Эриксон, психоаналитик без медицинского образования, эмигрант из Европы, который ещё десять лет назад не знал, кем хочет быть. Его рукопись «Childhood and Society» («Детство и общество») казалась издателям слишком странной - слишком много личных историй, слишком мало привычных научных ссылок. Книгу выпустили с опаской. Она стала бестселлером. Вот так, на первый взгляд, неудачник становится классиком.
Эпигенез - это не про бабочек
Эпигенетическая теория - термин, который Эриксон позаимствовал у биологов. В биологии эпигенез означает, что организм развивается поэтапно: из семени не может вырасти ветка, минуя ствол. У человека - то же самое.
Каждая стадия - это кризис - не катастрофа, а поворотный пункт. Восемь таких поворотов. И у каждого есть два исхода - продуктивный (обретаем силу) и тупиковый (теряем опору). По крайней мере, так кажется, если смотреть со стороны.
Фундаментальное ограничение, которое Эриксон обнаружил: нельзя перескочить ни одну ступень. Нельзя в три года стать взрослым. Нельзя в пятьдесят снова стать ребёнком. Можно только пройти - или застрять.
Как Фрейд помог Эриксону
Открытие сделано не с нуля. Предшественник - Зигмунд Фрейд, 1905 год, «Три очерка по теории сексуальности». Фрейд показал, что детство состоит из интимных фаз. Эриксон взял эту идею - и трансформировал исходные данные. Пока что всё выглядит как обычное развитие науки.
Он добавил культуру, возраст после пубертата, кризис идентичности, старость. Итог - равенство двух сущностей: психоанализ = культурология. Личность - это не только то, что внутри, но и то, что снаружи. В какой-то мере, это был переворот.
Восемь ступеней - от надежды до мудрости
Каждый возраст - свой кризис. Каждый кризис - свой выбор.
Первая стадия (0–1 год): доверие против недоверия. Ребёнок учится миру: если взрослые приходят, когда плачет, - рождается надежда. Если нет - базовое недоверие, которое потом прорастает тревогой.
Вторая стадия (1–3 года): автономия против стыда. Ребёнок осваивает тело: сам ест, сам ходит на горшок. Если поддерживают - появляется воля. Если ругают за «аварии» - стыд и неуверенность.
Третья стадия (3–6 лет): инициатива против вины. Ребёнок придумывает игры, строит планы. Если разрешают пробовать - рождается целеустремлённость. Если кричат «не лезь» - вина и страх инициативы.
Четвёртая стадия (6–12 лет): трудолюбие против неполноценности. Школа, оценки, сравнение. Если хвалят за усилия - формируется компетентность. Если клеймят «двоечник» - чувство неполноценности.
Пятая стадия (12–20 лет): идентичность против ролевой путаницы. Подросток ищет себя: кем быть, с кем быть. Если проходит этот поиск - обретает верность себе. Если застревает - путаница ролей, кризис идентичности.
Шестая стадия (20–35 лет): близость против изоляции. Взрослый учится строить глубокие отношения. Если получается - любовь. Если нет - одиночество, изоляция.
Седьмая стадия (35–65 лет): продуктивность против стагнации. Человек передаёт опыт: детям, ученикам, делу. Если находит, куда вложить силы - забота. Если нет - застой, опустошённость.
Восьмая стадия (65+ лет): цельность против отчаяния. Старость - время подведения итогов. Если жизнь кажется осмысленной - мудрость. Если жаль о прошлом - отчаяние.
Вот они, восемь ступеней. Каждая - не приговор, а выбор, который можно сделать и в сорок, и в шестьдесят.
Следствия - покой и движение, и всегда бывают исключения
Два состояния системы - покой и движение. В покое (кризис разрешён) человек опирается на обретённую силу: надежду, волю, целеустремлённость, компетентность, верность, любовь, заботу и мудрость. В движении (кризис не разрешён) - он живёт с тревогой, стыдом, виной, чувством неполноценности, ролевой путаницей, изоляцией, стагнацией и отчаянием. Но, конечно, всегда бывают исключения.
Количественная зависимость: чем больше кризисов пройдено успешно, тем больше базовый резерв. Тот, кто в детстве обрёл надежду, в пятьдесят легче переносит потери. Ведь базовый резерв - это то, что остаётся, когда всё внешнее отнято. Тот, кто застрял на стадии «инициатива против вины», до старости будет бояться пробовать новое.
Базовый резерв в состоянии покоя - это то, что остаётся, когда всё внешнее отнято. Так или иначе, он есть у каждого.
Микро- и макро-примеры
Микро-пример. Ребёнок в песочнице строит башню. Башня падает. Если взрослый поддерживает: «Давай ещё, у тебя получится» - ребёнок обретает инициативу. Если кричит: «Вечно у тебя всё валится!» - ребёнок получает вину. Куда пропала величина? Вера в свои силы. Её не видно, но именно она определяет, станет ли человек через 30 лет предпринимателем или будет всю жизнь работать на дядю. Кажется, это очевидно, но на деле - нет.
Макро-пример. Индейцы сиу и юрок, которых Эриксон изучал в 1930-х. У сиу мальчиков воспитывали как охотников - их игры были полны скачек. У юрок, живших рыболовством, дети строили игрушечные запруды для лосося. Стадии одни и те же, но наполнение разное. Культура задаёт форму кризису.
Двунаправленность. Не только культура влияет на личность, но и личность - на культуру. Эриксон показал это на собственном примере: эмигрант без формального образования, он стал голосом целого поколения.
Современные эксперименты. Исследования Джеймса Марсии (1960–1970-е) подтвердили: статусы идентичности, выделенные Эриксоном, работают до сих пор. Современные нейробиологи (например, команда Кейси в Корнелле, 2020-е) видят, что кризис идентичности - это не метафора, а физиологический процесс: префронтальная кора и лимбическая система входят в разнонаправленный режим, и это длится до 25 лет.
Финальная деталь - та, о которой молчат учебники
Эриксон никогда не получал учёной степени. Ни бакалавра, ни магистра, ни доктора. Он был художником, учителем рисования, потом - случайным посетителем венского психоаналитического института. Анна Фрейд взялась за его обучение, потому что увидела, что этот человек мыслит не как терапевт, а как исследователь. И когда в 1950 году вышло «Детство и общество», в его резюме по-прежнему не было ни одной формальной академической строчки.
В 1958 году Гарвард, где он уже читал лекции, всё же присвоил ему звание профессора - без диплома, без защиты, просто за вклад в науку. Такое случалось в истории университета всего несколько раз.
Хотя бы на минуту остановиться и спросить себя: на какой я ступени?
Хотя бы перед сном вспомнить, какой кризис прохожу сейчас.
Хотя бы сейчас, когда читаешь эти строки, понять: выбор всегда есть - в привычном понимании, это и есть мудрость, которая у каждого своя, но значит она одно: жизнь - это не то, что случилось, а то, как ты прошёл каждую её ступень...
Список литературы
- Эриксон Э. Детство и общество / Пер. с англ. - СПб.: Ленато, ACT, 1996. - 592 с.
- Марсия Дж. Идентичность и психосоциальное развитие // Журнал личности. - 1966. - Т. 34. - С. 551-558.
- Casey B.J. и др. Развитие префронтальной коры в период идентичности // Nature Reviews Neuroscience. - 2021. - Т. 22. - С. 78-89.
- Элкинд Д. Эрик Эриксон и восемь стадий человеческой жизни // Журнал практической психологии и психоанализа. - 2001. - № 1. - С. 12-24.