2 дня офлайна по энергоДПДГ пролетели как 4 часа Вагнера.
Звучно, глубоко, насыщенно.
Вывернули наизнанку.
До обеда следующего дня я ещё хожу немного вывернутой.
Не по-мартовски жаркая зима сворачивает меня обратно: тяжелой сумкой, давящей плечо, неработающим шкафчиком на вокзале, усталостью в ногах. И давно-забытым ощущением глупости и беззаботности.
Петербург встречает и не узнает. Толпа медленно вытаскивает на улицу, встречает русский таксист.
По дороге закрываю глаза, центрируюсь. Просто подмечаю ощущения и думаю о строчках, которые прочитала сегодня в поезде:
«Когда я веду занятия, я хочу, чтобы мои ученики впустили писательство в свое сердце и ум – тогда их речь станет искренней и живой.»
И ищу где, где это отзывается в теле.
А оно разом везде.
Потому что эти строчки — не про писательство. Они про работу с клиентами. Они про работу с собой. Они про жизнь. И про смерть.
Я хочу умереть в Петербурге. Также, как родилась — когда первый снег выпадет в первый день зимы.
А пока — хочу жить.
И быть в любимом деле живой и искренней.
Спасибо, что учишь не только мастерству, но и этому Василий Смирнов. Бесконечная любовь.
