Найти в Дзене

"Не вижу ни малейшей связи причащения Святых Тайн с любовью..." Из записей игумена Силуана Туманова

Есть один непростой вопрос: что такое "любовь христианская"? В чём именно она должна выражаться? Без понимания этого бессмысленны все призывы к любви среди христиан. Ответ совсем не так очевиден. Для кого-то любить - это убивать ради ближних. Для кого-то - умирать ради ближних. Для кого-то - жить ради ближних. Для кого-то - не мешать ближним, а помогать только тогда, когда это необходимо. У всех любовь, а поскребёшь немного - тот же ад одиночества, только вид в профиль. Все рассуждения о возрождении забытых смыслов Евхаристии как Таинства любви разбиваются о то, что эти смыслы не так уж и забыты, и действительную любовь являют многие люди даже при редком причащении и даже вовсе без причащения. Скажем честно: нет никакой взаимосвязи частого причащения с умножением любви. Значит, решение вопроса лежит вне литургической плоскости, что, собственно, и так очевидно. Решат ли эту проблему пастырские призывы к любви с амвонов? Говорить, конечно, надо, но это не решает проблему - можно говорить
Оглавление
Отец Силуан служит в Санкт-Петербурге
Отец Силуан служит в Санкт-Петербурге

Умножается ли любовь от причащения?

Есть один непростой вопрос: что такое "любовь христианская"? В чём именно она должна выражаться? Без понимания этого бессмысленны все призывы к любви среди христиан.

Ответ совсем не так очевиден. Для кого-то любить - это убивать ради ближних. Для кого-то - умирать ради ближних. Для кого-то - жить ради ближних. Для кого-то - не мешать ближним, а помогать только тогда, когда это необходимо. У всех любовь, а поскребёшь немного - тот же ад одиночества, только вид в профиль.

Все рассуждения о возрождении забытых смыслов Евхаристии как Таинства любви разбиваются о то, что эти смыслы не так уж и забыты, и действительную любовь являют многие люди даже при редком причащении и даже вовсе без причащения. Скажем честно: нет никакой взаимосвязи частого причащения с умножением любви. Значит, решение вопроса лежит вне литургической плоскости, что, собственно, и так очевидно.

Надеюсь, что я не прав, но...

Решат ли эту проблему пастырские призывы к любви с амвонов? Говорить, конечно, надо, но это не решает проблему - можно говорить о любви и при этом быть злым человеком.

Будут ли выходом приходские "кружки евангельской любви"? Нет, не будут. Церковная педагогика давно стала риторикой.

Основа плотской любви - плотское влечение, заставляющая не обращать внимания на недостатки друг друга. Можно сказать, что в некотором смысле она ослепляет мужчину и женщину. Видимо, то же можно сказать и о христианской любви среди членов Церкви. Когда любишь, не замечаешь недостатков другого, не придаёшь им значения. Это особое состояние, дар свыше. Но разве можно заставить себя любить? Это же не брак по принуждению! Любовь - что плотская, что духовная - либо есть, либо её нет. И когда её нет (а вместо неё разве что умеренная доброжелательность), - тогда человек на горе себе видит всё и всех беспристрастно...

Так что я не вижу ни малейшей связи причащения Святых Тайн с любовью. Более того, многие поневоле уважаемые люди причащаются в храме, как положено, каждое воскресенье, при этом не оставляя своего "зверонравия". Любовь как внезапный и случайный дар либо появляется в жизни человека, либо нет.

Надеюсь, конечно, что я не прав и меня доказательно оспорят, хотя и не вижу практического опровержения своих слов нигде. Частные проявления любви у немногих хороших людей, которые ходят в храм и молятся, в качестве примера не предлагать - мне же объясняют про взаимосвязь любви и частого причащения, а не про существование немногих добрых людей.