Тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и отдалённым карканьем ворон, казалось, затянулась. Группа стояла наизготовку, почти не шевелясь. И вот, когда Крюк уже хотел было скомандовать «вперёд», из ближайшего кустарника выскочила огромная, мерзкая плоть. Издав тихий визг и заметив группу наёмников, она со всех лап ломанулась на неприятеля, хоть и понимая (а может, и нет — в интеллекте этих существ учёные до сих пор сомневаются), что её бой заранее проигран. Расстояние от мутанта до группы было не более десяти метров, с каждой секундой оно сокращалось. Крюк не был в ступоре, он ждал, ждали и остальные члены группы. Нашпиговать свинцом эту свиноматку не составляло труда, но открыть огонь — значит обнаружить себя на несколько километров; но и получать увечья в планы группы не входило. Пока Крюк думал, как лучше расправиться с плотью, а мутант становился всё ближе, в эту полемику вмешалась Запретная Зона. А кто из вас решится сказать, хорошо это или плохо? Она может уберечь тебя сейчас, но
Тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и отдалённым карканьем ворон, казалось, затянулась. Группа стояла наизготовку, почти не шевелясь. И вот, когда Крюк уже хотел было скомандовать «вперёд», из ближайшего кустарника выскочила огромная, мерзкая плоть. Издав тихий визг и заметив группу наёмников, она со всех лап ломанулась на неприятеля, хоть и понимая (а может, и нет — в интеллекте этих существ учёные до сих пор сомневаются), что её бой заранее проигран. Расстояние от мутанта до группы было не более десяти метров, с каждой секундой оно сокращалось. Крюк не был в ступоре, он ждал, ждали и остальные члены группы. Нашпиговать свинцом эту свиноматку не составляло труда, но открыть огонь — значит обнаружить себя на несколько километров; но и получать увечья в планы группы не входило. Пока Крюк думал, как лучше расправиться с плотью, а мутант становился всё ближе, в эту полемику вмешалась Запретная Зона. А кто из вас решится сказать, хорошо это или плохо?
Она может уберечь тебя сейчас, но лишь для того, чтобы потом растерзать в более изощрённой форме. Так вот, когда в ноздри ударила вонь разлагающегося мяса, резкий порыв ветра поднял тщедушное тело над головами сталкеров и начал медленно раскручивать его, подобно невидимой центрифуге.
В этот момент у всей группы мигом сработали детекторы аномальной активности, до этого предательски молчавшие. В глазах, казалось бы, безмозглого создания виднелась вся печальная участь ситуации. Каждое беспомощное движение натягивало механизм аномалии, будто бы это была рогатка. Когда «Птичья Карусель» разогналась до своего пика, а вопль монстра зазвучал в унисон детекторам, произошёл глухой хлопок. Ошмётки гниющего мяса разлетелись в разные стороны, с ног до головы замарав снарягу сталкеров. Аномалия рассосалась, оставив на своём месте всем знакомый артефакт — Ломоть Мяса.
— Вот же зараза! — выругался Крюк, резким движением и характерным чавканьем скидывая с правой руки остатки некогда живого существа. Остальные, проклиная ситуацию и саму Зону в целом, последовали его примеру.
— Командир! — кинул коротко в его сторону Шмыга. — Откуда здесь аномалия!?
— Да черт его знает. Кто поймёт эту Зону… — выждав небольшую паузу, он продолжил. — Две минуты на оправляться, и выдвигаемся дальше. До КПП «Чернобыль-2» осталось около двухсот метров.
— Крест, забери артефакт — пригодится.
Сталкеру досталось от плоти меньше всех, по той причине, что он шёл замыкающим. Быстро отряхнулся и без особых проблем отправил подарок Зоны в свинцовый контейнер. Команда, закончив с не очень приятным делом, застала Крюка, разглядывающим местность в бинокль. Без лишних слов, а лишь пользуясь жестами, командир повёл за собой группу.
Через полчаса они уже стояли у проржавевшего шлагбаума возле КПП. Резкий запах никак не хотел покидать сталкеров, и шмыганье носов информировало Крюка об этом. На самом деле Зона сыграла над ними весьма неплохую шутку, ведь теперь команда стала намного ближе к реальным условиям и запахам этого проклятого места. За караулкой, на отдалении каких-то полста метра, виднелись потрёпанные стены казармы. Западнее зияли пустыми глазницами окон офицерские общежития и школа. С восточной стороны спал вечным сном детский сад, а позади него — котельная с высокой красно-белой трубой. Лёгкая дымка извивалась в такт тяжёлым серым облакам. Город имел отличную сохранность; впечатляли ярко-красные стенды с государственной информацией о достижениях прошедшей пятилетки. Складывалось мнение, что Зона или непосредственно сама ЗРЛС «Дуга» оберегает это место от лишних глаз искателей приключений. Осматривать все помещения не было ни времени, ни особого желания. Эхо прошлой жизни хранило свои тайны, за которые учёные всего мира заплатили бы огромные состояния. Но каждый, кто заходил дальше «Предбанника», знал: шевелить секреты, а уж тем более зарабатывать на них, сулило мучительной гибелью. С первыми шагами по плацу Шмыгу вспышкой нахлынули воспоминания: вот родные казармы, где они вместе со своим однокашником глушили палёную водку и в пьяном угаре строили духов; вот плац, по которому в далёком 86-ом чеканил строевой шаг в составе своего подразделения; а вон здание с чуть просевшей крышей — столовая, где кормили на убой особенно "сверчков" и офицеров; а котельная… в которую бежишь в минус тридцать, будить заснувшего в наряде срочника, и по мату рассказываешь, как из-за него замерзает городок. Почему не звонили? Потому что "Дуга" работала, а связь в этот момент нет...
Полёт его мыслей оборвал Крюк:
– Шмыга, куда дальше? Веди! — выронил приказ командир. Сталкеру, захлестнувшемуся ностальгией, потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и стать направляющим.
– Спуск в бункер находится рядом с узлом связи — это на другом конце города. Идём! — с тоской о прошлом скомандовал Шмыга, окутывая взглядом до боли знакомые постройки давно забытого всеми места.