Утро после ареста Блэквуда выдалось солнечным и тихим. Либби сидела в своём агентстве, перебирая бумаги, и чувствовала странное опустошение. Столько месяцев погони, столько смертей, столько открытий — и вот финал. Блэквуд в тюрьме, Картрайт арестован, Орден обезглавлен. Казалось бы, можно выдохнуть.
Но покой длился недолго.
Около полудня в дверь постучали. Либби открыла и увидела на пороге высокого мужчину лет пятидесяти, с аккуратной бородкой и пронзительными серыми глазами. Одет он был просто, но с достоинством, говорил с лёгким акцентом.
— Мисс Коул? — спросил он, снимая шляпу. — Меня зовут граф Алексей Орлов. Я русский эмигрант. Мне сказали, что вы единственная, кто может помочь.
— Проходите, граф, — Либби посторонилась. — Рассказывайте, что случилось.
Граф Орлов сел на предложенный стул, тяжело вздохнул.
— Я приехал в Лондон три дня назад. Приехал по очень важному делу. В 1917 году, когда началась революция, моя семья потеряла всё. Дома, земли, состояние. Но главное — мы потеряли картины. Собрание живописи, которое собиралось пять поколений. Рембрандт, Рубенс, Ван Дейк — сокровища, которые сейчас стоят миллионы.
— И вы хотите их вернуть? — осторожно спросила Либби.
— Вернуть? — горько усмехнулся граф. — Нет, мисс Коул. Я хочу их найти. Недавно я получил письмо. От человека, который утверждает, что знает, где находится часть нашего собрания. Он назначил встречу в Лондоне, обещал показать картины. Я приехал — а его убили.
— Убили? — Либби насторожилась.
— Да. Три дня назад. В гостинице, где он остановился. Полиция говорит, что это было ограбление. Но я знаю: его убили из-за картин. Кто-то не хотел, чтобы он говорил.
— Вы видели его перед смертью?
— Видел. Он успел сказать мне только одно: «Ищите у Коула». Я не понял, о чём он. Но потом мне подсказали, что в Лондоне есть антиквар Генри Коул, который разбирается в старых картинах. Я нашёл его лавку, а он направил меня к вам.
Либби почувствовала, как внутри закипает тревога. Опять её отец. Опять старые связи.
— Как звали того человека, с которым вы встречались? — спросила она.
— Его звали Сергей Петров. Он был искусствоведом, работал в Эрмитаже до революции. После бежал во Францию, потом перебрался в Лондон. Говорят, он знал, где спрятаны многие сокровища, вывезенные из России.
— И кто мог его убить?
— Те, кто тоже хочет завладеть этими сокровищами, — ответил граф. — В Лондоне сейчас много русских эмигрантов. Богатых, бедных, честных и не очень. Есть те, кто готов на всё, чтобы вернуть утраченное. И есть те, кто хочет на этом нажиться.
Либби задумалась. История с русскими сокровищами была ей знакома. Ещё в прошлом деле, с мадам Роше и ателье, всплывали русские фамилии и связи с эмиграцией. Возможно, это не совпадение.
— Граф, — сказала она, — я возьмусь за это дело. Но предупреждаю: у меня сейчас много работы. Я буду вести расследование, но не могу обещать быстрых результатов.
— Я понимаю, — кивнул Орлов. — Я буду ждать. И платить, сколько скажете.
— О деньгах потом. Сначала разберёмся, что к чему.
Она проводила графа и сразу же позвонила отцу.
— Папа, к тебе приходил русский граф?
— А, Орлов, — голос Генри звучал устало. — Да, приходил. Спрашивал про картины. Я сказал, что не знаю ничего. Но он упомянул имя — Петров. Сергей Петров. Я знал его, Либби. Много лет назад мы вместе работали. Он был экспертом по русской живописи. Хороший человек, честный. Жаль, что его убили.
— Ты знаешь, кто мог это сделать?
— Не знаю. Но есть люди, которые охотятся за русскими сокровищами уже много лет. Орден, Либби. Они всегда интересовались искусством, потому что через искусство можно отмывать деньги, передавать информацию, налаживать связи.
Либби похолодела. Орден снова. Неужели после ареста Блэквуда и Картрайта они всё ещё действуют?
— Папа, ты не знаешь, где искать Петрова? Может, у него были друзья, знакомые?
— Был один. Его старый друг, тоже эмигрант. Живёт в Сохо, держит ресторан. Дмитрий Соколов. Если кто и знает, что случилось с Петровым, то он.
Либби записала адрес и отправилась в Сохо.
Ресторан «Москва» оказался маленьким заведением с красными скатертями и балалайкой на стене. Хозяин, грузный мужчина с окладистой бородой, встретил её настороженно.
— Вы к кому? — спросил он, вытирая руки о фартук.
— Меня зовут Элизабет Коул. Я сыщик. Расследую убийство Сергея Петрова. Мне сказали, вы были его другом.
Соколов побледнел, перекрестился.
— Серёжа... Царствие ему небесное. Хороший человек был. За что его убили?
— За то, что он знал о картинах графа Орлова, — прямо сказала Либби. — Вы знаете что-нибудь об этом?
Соколов оглянулся по сторонам, жестом пригласил её пройти в подсобку.
— Знаю, — прошептал он, когда они остались одни. — Серёжа нашёл записи. Старые, ещё из Эрмитажа. Там было указано, где спрятаны картины, вывезенные из России. Он хотел вернуть их законным владельцам. Но кто-то узнал и решил забрать себе.
— У вас есть эти записи?
— Нет. Серёжа хранил их в тайнике. Говорил, что если с ним что-то случится, они должны попасть к графу Орлову. Я не знаю, где тайник.
— А кто ещё знал о записях?
— Многие. Серёжа рассказывал на встречах эмигрантов. Думал, что среди своих нет предателей. Ошибся.
Либби вспомнила историю с Орденом. Предатели были везде. Даже среди старых друзей.
— Спасибо, мистер Соколов. Вы мне очень помогли.
Она вышла из ресторана и направилась к графу Орлову, который снял номер в гостинице недалеко от Пикадилли.
— Граф, — сказала она, войдя. — Ваш друг Соколов сказал, что у Петрова был тайник с записями. Вы не знаете, где он мог быть?
Орлов задумался.
— Он часто говорил о старом книжном магазине на Чаринг-Кросс. Говорил, что там хранятся настоящие сокровища. Может быть, он имел в виду не книги, а записи?
— Стоит проверить, — решила Либби.
Они отправились на Чаринг-Кросс. Книжный магазин «Уильямс и сын» оказался старым, пыльным, заваленным фолиантами. Хозяин, подслеповатый старик, смотрел на них с удивлением.
— Ищете что-то конкретное? — спросил он.
— Мы ищем вещи, которые оставил у вас Сергей Петров, — сказала Либби. — Он говорил, что здесь хранятся сокровища.
Старик замялся, потом кивнул.
— Проходите.
Он провёл их в подсобку, снял с полки старую Библию, открыл её. Внутри был вырезан тайник, а в нём — конверт с пожелтевшими бумагами.
— Он просил никому не отдавать, — сказал старик. — Но если вы от Орлова...
— Я Орлов, — подтвердил граф. — Эти бумаги принадлежат мне.
Он взял конверт дрожащими руками, открыл. Внутри были фотографии, схемы, списки. Места, где были спрятаны картины. Франция, Италия, Англия.
— Вот оно, — прошептал граф. — Наследие моей семьи. Спасибо, мисс Коул.
— Не спешите благодарить, — остановила его Либби. — Те, кто убил Петрова, знают о существовании этих бумаг. Если вы начнёте искать картины, они будут охотиться за вами.
— Я знаю, — кивнул Орлов. — Но я готов рискнуть. Ради памяти предков. Ради справедливости.
Либби смотрела на этого человека и видела в нём ту же решимость, что и в себе, когда она начинала своё первое расследование. Он не остановится. И, возможно, ей придётся ему помочь.
Они вышли из книжного магазина, и Либби уже собиралась попрощаться с графом, как вдруг заметила странного человека, стоящего на другой стороне улицы. Высокий, худой, в длинном плаще, он смотрел прямо на них, не скрываясь. Их взгляды встретились, и незнакомец быстро зашагал прочь, растворяясь в толпе.
— Кто это? — спросил Орлов, тоже заметивший слежку.
— Не знаю, — ответила Либби. — Но он следил за нами. Возможно, за вами. Или за бумагами.
— Значит, они уже здесь, — тихо сказал граф. — Те, кто убил Петрова.
— Похоже на то. Будьте осторожны, граф. Не показывайте бумаги никому, кроме меня. И если что-то покажется подозрительным, сразу звоните.
— Хорошо, мисс Коул. Спасибо.
Они разошлись, но Либби ещё долго стояла на углу, вглядываясь в толпу. Слежка, убийство, русские сокровища — всё это слишком напоминало историю с Блэквудом. Неужели у Ордена были новые люди, готовые продолжать дело?
Она вернулась в агентство, где её ждал Артур.
— Ты выглядишь усталой, — заметил он.
— Я и есть усталая, — вздохнула Либби. — Новое дело. Русский граф, пропавшие картины, убитый искусствовед. И опять кто-то следит.
— Орден?
— Не знаю. Но похоже. Слишком много совпадений.
Артур подошёл к карте, висящей на стене.
— Знаешь, — сказал он, — мой дядя всегда говорил, что Орден не умирает. Что у него много ячеек по всему миру. Мы уничтожили одну, но могли остаться другие. И теперь они активизировались.
— Думаешь, это они?
— Думаю, мы должны это проверить. Русская эмиграция в Лондоне — благодатная почва для шпионажа, контрабанды, тайных обществ. Если Орден ищет новые источники дохода, русские сокровища — идеальный вариант.
Либби почувствовала, как знакомая тяжесть ложится на плечи. Они думали, что война окончена. А она, похоже, только начиналась.
✨ Если вы почувствовали магию строк — не проходите мимо! Подписывайтесь на канал "Книга заклинаний", ставьте лайк и помогите этому волшебству жить дальше. Каждое ваше действие — словно капля зелья вдохновения, из которого рождаются новые сказания. ✨
📖 Все главы произведения ищите здесь:
👉 https://dzen.ru/id/68395d271f797172974c2883