Недавно изучал материалы о Михаиле Скобелеве и поймал себя на мысли: а был ли в его жизни хоть один поступок, когда он восстал против формы и долга ради гуманизма? Если нет — то какова цена всем его заслугам?
Эта мысль породила идею: наше качество как людей выражается не в неукоснительном следовании форме и долгу, а в том, сколько раз мы восстали против формы и долга ради гуманизма и справедливости.
Я и сам чаще следовал форме, чем восставал. И каждый раз после этого находил оправдание. Может быть, именно поэтому мне так важно сейчас задать этот вопрос — не Скобелеву, а себе.
А если продолжить — то как тогда определять честность, развитость, интеллектуальную состоятельность?
Попробуем?
Подлинная честность выражается только тогда, когда мы говорим вещи невыгодные себе. Тогда, когда мы подмечаем слабые стороны у себя, и сильные у оппонента.
И, скажем, если пропаганда или аргументация содержит лишь фразы по типу "мы во всем хорошие, а вы во всем негодяи", то такая пропаганда выражает примитивную логику. Не обязательно, что она будет неэффективна, просто клевать на нее будут только те, кто не привык задавать вопросы.
Качество как наполнения самой пропаганды, так и представления о пропагандируемой ей идеологии выражаются именно в степени честности, которая, в свою очередь, выражается в количестве высказанных неудобных вещей.
Наше качество как развитых людей выражается в нашем постоянном стремлении вверх, нашем ежедневном поиске истины, нашем восхождении на ступеньку вверх и критическом отношении к себе и своим убеждениям.
Критерием нашей интеллектуальной состоятельности является наше неуклонное стремление помочь людям подняться, подбодрить их, вместо того, чтобы оскорблять и втаптывать их в грязь, пытаясь утвердить себя через унижение других.
Я пишу это не потому, что сам всегда восставал. Я пишу это потому, что слишком часто не восставал. И теперь мне важно понять: это был расчет, трусость или просто неумение отличить форму от сути? Если у вас есть ответ — я слушаю
P.S. Мне возразили: "А что если человек не восстал ни разу, потому что форма и долг, которым он следовал, сами были гуманны и справедливы?
Например, человек работал врачом в глухой деревне, спасал жизни, не восставая, а просто делая свое дело. Он не нарушал форму, не бунтовал. По вашему критерию — он прошел мимо главного?"
Отвечаю:
А разве наш мир не пронизан глупостью, негуманностью и несправедливостью?
Я всю жизнь исправляю свои ошибки, двигаясь вверх — и чем дальше, тем масштабнее раскрывается передо мной дисгармония мира. У нас нет ограничений для роста и бесконечные поводы для бунта. Надо лишь захотеть их увидеть. Если же человек их не видит — значит, он либо не искал, либо не хотел искать. А это, пожалуй, и есть самый главный признак того, что он прошел мимо главного.