Главное в материале:
— Новые удары по энергетической инфраструктуре стран Персидского залива превратили локальный сбой поставок СПГ в риск многолетнего дефицита.
— Глобальная система поставок работает почти без резерва — загрузка мощностей в последние годы превышала 97%. Отсутствие запасов СПГ усиливает эффект любых перебоев.
— Россия выигрывает от роста цен, но ограничена санкциями и не может быстро нарастить экспорт.
— Ожидающийся рост поставок СПГ из Северной Америки смягчит дефицит, но не устранит его полностью.
Новые удары по газовой инфраструктуре Персидского залива изменили ожидания на рынке СПГ. Если первоначально остановка отгрузок с крупнейшего экспортного узла выглядела как военный эпизод с краткосрочным ценовым всплеском, то теперь речь идет о риске многолетнего перекоса в глобальном газовом балансе. Повреждение мощностей в Катаре, атаки на объекты в Иране, усиление зависимости Европы и Азии от поставок СПГ и одновременно санкционные ограничения на российские проекты складываются в ключевой вопрос — насколько долгим может оказаться дефицит СПГ даже вне прямой логики войны и кто в этих условиях получит преимущество? Подробности — в материале «Известий».
Дефицит определяется не фронтом, а ремонтом
По данным к началу этой недели, в девяти странах Ближнего Востока в ходе эскалации конфликта с Ираном было серьезно повреждено свыше 40 объектов энергетики. Совокупный ущерб от текущих перебоев в поставках энергоресурсов сопоставим с последствиями двух крупных кризисов — нефтяного 1970-х годов и газового 2022-го — вместе взятых.
В контексте ситуации с сжиженным природным газом основные причины кризиса — иранские атаки по объектам в Катаре, включая крупнейший комплекс по производству СПГ в Рас-Лаффане мощностью 77 млн т в год, и перекрытие Ормузского пролива. После повторных ударов по инфраструктуре QatarEnergy компания вынуждена объявить форс-мажор по долгосрочным контрактам на поставку газа в Италию, Бельгию, Южную Корею и Китай. В целом иранские атаки вывели из строя 17% экспортных мощностей Катара, что привело к потере примерно $20 млрд годового дохода. Из-за простоя, связанного с необходимостью ремонта, ежегодные выпадающие объемы на рынке составят 12,8 млн т — и такая ситуация продлится в течение трех-пяти лет.
Справка «Известий»
По оценкам Bloomberg, каждую неделю, пока крупнейший в мире завод по производству сжиженного природного газа простаивает, мир теряет столько энергии, сколько хватило бы для питания всех домов в Сиднее в течение целого года.
Последствия этого шока для рынка могут быть даже более значительными, чем энергетический кризис 2022 года, когда архитектура поставок претерпела резкие изменения. В некоторых странах более четверти всего потребления газа приходится на СПГ, который доставляют через Ормузский пролив. Среди них много развивающихся государств. Для них ситуация обернется настоящей газовой катастрофой, считают аналитики.
Счет идет не на недели или кварталы, потому что рынок СПГ инфраструктурный. Скорость возобновления производства определяется не ценой, а доступностью оборудования и подрядчиков, и именно здесь возникают узкие места. Сроки поставок ключевых элементов инфраструктуры, например установок сжижения, измеряются годами. Получается, что, даже если интенсивность боевых действий спадет, дефицит СПГ сохранится, потому что он завязан на сроки промышленного восстановления, а не только на политические решения. Поэтому формула «мир наступит — цены откатятся» для рынка СПГ слишком примитивна. Аналитики советуют готовиться к ценам на газ в районе $1,1 тыс. за 1 тыс. куб. м.
Справка «Известий»
Поставки с СПГ-комплекса в Рас-Лаффане были приостановлены в начале марта после иранской атаки. На прошлой неделе Тегеран нанес новые удары, и они оказались более разрушительными — были, в частности, повреждены два СПГ-поезда. Это сложно устроенные производственные модули внутри заводов, от которых зависит экспортный поток. Рынок этих установок крайне узкий. Стоимость производства высокая. Например, контракт на строительство нового поезда и сопутствующей инфраструктуры для проекта Rio Grande LNG в США оценивается в $4,8 млрд.
В четверг, 19 марта, европейские фьючерсы на газ подскочили на 35%, вдвое превысив довоенный уровень, когда цены держались на уровне $400 за 1 тыс. куб. м. Рынок готовится к затяжной остановке работы важнейшего хаба по производству СПГ, который обеспечивает около пятой части мировых поставок и закладывает высокие цены на газ в Европе и Азии на длительный срок.
Рынок без подушки безопасности
Рынок СПГ в значительной степени завязан на многолетние контракты, обеспечивающие поставки к определенному сроку. Причина в том, что газ после охлаждения подвержен испарению, хранилища дороги и требуют времени для строительства. Вся инфраструктура, включая суда и терминалы, узко специализирована. Глобального кластера стратегических запасов СПГ, как в случае с нефтью, не существует. Средняя загрузка заводов по экспорту сжиженного природного газа с 2021 по 2025 год составляла более 97%. То есть система работает практически без резерва, а значит, свободных партий мало. Поэтому простой даже части катарских мощностей сразу отражается на всей системе поставок. Для Европы и Азии это означает не просто дорогой газ, а конкуренцию за каждую свободную партию. Когда рынок СПГ становится рынком борьбы за незаконтрактованные объемы, выигрывают не самые нуждающиеся, а те, кто готов платить больше и быстрее (об этом мы подробно писали тут).
Дефицит на рынке СПГ может тянуться до того момента, когда совокупный прирост на других проектах перекроет не только катарские потери, но и увеличивающийся мировой спрос, особенно на азиатских рынках. Международное энергетическое агентство ожидало, что в 2026 году глобальное производство СПГ увеличится более чем на 7%, а рост поставок достигнет максимальных темпов с 2019 года. Ключевыми драйверами этого тренда, по прогнозам, станут США, Канада и Мексика, которые обеспечат 85% прироста. Но сейчас уже понятно, что никакого переизбытка предложения, который ранее прогнозировался в этом году, не будет. Добыча в Северной Америке будет наращиваться, но из-за эскалации на Ближнем Востоке баланс быстро станет отрицательным. По сути, новая волна поставок просто смягчит ситуацию на рынке, а не устранит уже наблюдающуюся нехватку энергоресурсов.
Справка «Известий»
В середине марта Shell, крупнейший в мире трейдер СПГ, представила долгосрочный прогноз по рынку сжиженного газа. По оценке компании, глобальное потребление по сравнению с прошлым годом вырастет на 54–68% (650–710 млн т) к 2040 году и на 45–85% (610–780 млн т) к 2050-му.
В Shell считают, что в 2030-х годах глобальное потребление природного газа выйдет на пиковые значения. Доля сжиженного газа, отмечают аналитики, составит более половины от общего спроса на природный газ к 2040 году.
Россия получает окно, но не полный контроль
Для России ситуация неоднозначна. С одной стороны, чем выше нервозность на мировом рынке СПГ, тем выше ценность любого доступного экспортного объема. Это автоматически повышает значение такие проектов, как «Ямал СПГ» и «Сахалин-2».
Однако Россия не может полностью капитализировать кризис так, как могла бы в условиях свободного доступа к рынкам, судам и технологиям. Американские санкции и проблемы с флотом, в частности, ограничивают развитие проекта «Арктик СПГ 2» с расчетной мощностью почти 20 млн т в год. Достичь такого показателя планировалось за счет введения в эксплуатацию трех технологических линий сжижения. Готовы пока только две из них. Строительство объекта стартовало в 2018 году, а первые отгрузки начались лишь в 2025-м. Проект столкнулся со сложностью вывода товара на рынок, то есть производить СПГ могут, но быстро залить рынок новыми объемами не получится. В этом контексте Россия сегодня скорее бенефициар стресса, чем его полноценный стабилизатор.
Кто выигрывает и кто платит за дефицит
В длинной траектории главный выигрыш забирают игроки, способные быстро выводить новые объемы на рынок и обеспечивать оперативные поставки. То есть стратегически кризис вокруг Ирана и Катара укрепляет рыночное положение США как главного поставщика СПГ. Американский газ обходится покупателям дороже, но рынок давно перестал быть чисто ценовым. После 2022 года ключевыми факторами стали доступность, гибкость и надежность поставок, и по этим параметрам США оказываются сильнее части конкурентов.
Особенно это актуально для Европы, которая сократила поставки российского трубопроводного газа и перестроила свою энергосистему под СПГ. Сейчас истощенные после зимы европейские хранилища нужно восстанавливать. Европейский комиссар по энергетике Дэн Йоргенсен призвал делать это заранее, чтобы избежать конкуренции за поставки летом, а также рекомендовал снизить плановые показатели по заполнению хранилищ до 80%. Аналитики считают, что спрос на СПГ в Европе будет только расти, а значит, зависимость от этого вида топлива на континенте еще увеличится. При этом на фоне кризиса в Еврокомиссии заявили, что будут придерживаться планов полностью отказаться от поставок российского сжиженного природного газа к 2027 году. Тем не менее в январе поставки СПГ из России в Европу увеличились на 15,5%, до 1,6 млн т.
Справка «Известий»
Кризис ударит по домохозяйствам в самых разных частях мира из-за неминуемого роста расценок на энергообеспечение.
Так, в Великобритании ежегодные счета на электричество могут вырасти на 300 фунтов стерлингов, предупредил крупнейший в стране поставщик электроэнергии EDF. Если перебои с поставками продлятся несколько месяцев, потребителям придется платить еще больше.
Дефицит газа уже наблюдается в развивающихся странах Азии, которые закупают львиную долю катарского СПГ. Зависимость Пакистана от этого энергоресурса из Катара составляет 99%. В Исламабаде предупредили, что с середины апреля газа может не хватить для удовлетворения потребностей в электроэнергии. От этого пострадает текстильная промышленность страны, которая составляет значительную часть экспорта.
Bloomberg пишет, что стоимость одной партии СПГ для Азии составляет около $80 млн — в два раза выше, чем до начала войны в Иране. Несмотря на это, ряд стран, включая Бангладеш и Японию, пытается договориться о дополнительных поставках с США и Австралией. Вьетнам и Филиппины фактически приостановили новые закупки до тех пор, пока цены не снизятся. В итоге некоторые азиатские страны вынуждены увеличить потребление угля — наиболее загрязняющего окружающую среду ископаемого топлива.
Сколько продлится кризис
Дефицит СПГ зависит от войны только частично. Даже если интенсивность боевых действий снизится уже завтра, рынок останется заложником промышленного цикла: диагностики повреждений, поставки оборудования, ремонта поездов, перезапуска контрактов и перенастройки мировой логистики.
Базовый срок дефицита измеряется кварталами, пока рынок переваривает потерю части катарских мощностей и перераспределяет свободные грузы между Европой и Азией. Реалистичный сценарий — два-три года повышенной ценовой конкуренции, если часть выпавших объемов удастся перекрыть за счет Северной Америки и более слабого спроса в отдельные периоды. Жесткий сценарий — до пяти лет, если ремонт в Катаре действительно займет столько времени, а запуск части новых мировых проектов будет затягиваться.
Россия на этом фоне получает тактическое окно для монетизации СПГ, но не стратегическую свободу действий: санкции и европейский отказ от российского газа не дают Москве превратить временное преимущество в безусловную победу.