первая часть
Молчаливый, внимательный Валера ей понравился, но она не рассматривала его как потенциальный объект симпатии: скорее, просто приятный человек рядом с подругой.
В какой‑то момент Ирина, неожиданно посерьёзнев, сказала:
— Слушай, мне очень нужна такая сотрудница, как ты. Как насчёт сменить работу? Я не требую ответа сейчас. Завтра скину тебе на почту примерную должностную инструкцию, посмотришь, подумаешь. По зарплате, уверена, мы договоримся.
Алиса продиктовала адрес электронной почты, и вскоре гости засобирались. Она проводила их до двери, попрощалась и, оставшись одна, быстро прибралась на кухне.
В ту ночь Алиса впервые с маминой смерти уснула спокойно и крепко. Организм, измученный бессонницей и переживаниями, словно получил ударную дозу лекарства — из свежего воздуха, тёплых разговоров и ощущения, что жизнь всё‑таки не закончилась.
Проснулась она только к полудню от настойчивого звонка в дверь. Взглянув на часы, Алиса тяжело вздохнула: это мог быть только Глеб.
Она открыла, но на этот раз даже не подумала его впускать.
— Глеб, — твёрдо сказала она, — никакого иска не будет. И, пожалуйста, перестань трепать мне нервы. Иначе я просто пойду к Анне Николаевне и расскажу, какую гадость ты собираешься провернуть против неё. Понял?
Лицо Глеба перекосилось, он буквально позеленел от злости, сплюнул себе под ноги и выдал поток ругани. Алиса без дальнейших разговоров захлопнула дверь.
В груди будто стало просторнее. Она впервые за долгое время почувствовала, что тяжёлый камень, давивший на сердце, сдвинулся.
Алиса включила ноутбук и проверила почту. Как и обещала, Ира прислала подробный список обязанностей для новой должности.
Внимательно прочитав документ, Алиса взяла телефон и позвонила:
— Ира, это же работа моей мечты. Но ты же понимаешь, у меня в этой сфере нет вообще никакого опыта.
— Пустяки, — рассмеялась подруга. — Я знаю, что ты справишься. Кстати, через неделю, в субботу, у меня день рождения. Я буду очень рада тебя видеть…
С этими словами в голосе Ирины прозвучало то самое тёплое «приглашение в жизнь», которого Алиса давно не слышала.
— …увидеть, тем более праздник будет на даче, — продолжила Ира. — Снова побываешь в своём месте силы. И ещё я хочу пригласить маму своего парня, познакомиться и родителям её показать.
Алиса попыталась возразить:
— Ира, ну это как‑то неудобно. У тебя там почти семейный круг, а я… как ни пришей кобыле хвост.
Но если Ирина что‑то решила, спорить было бесполезно:
— Да наоборот всё. Если народу мало, все друг друга будут стесняться. Батя ещё, чего доброго, устроит допрос с пристрастием. Чем больше молодёжи, тем легче. К тому же ты мне там точно пригодишься — подскажешь, что говорить, а чего лучше не ляпнуть при маме Валеры. Выручай, Алиса.
От такой просьбы отказать было невозможно, и дело было не только в том, что Ира могла вскоре стать её начальницей. Алисе самой хотелось хоть ненадолго вырваться из вязкого болота тоски, в котором она застряла.
Они обсудили детали: Алиса уточнила, во что лучше одеться, и спросила, что подарить.
— Слушай, — вдруг оживилась Ира, — а сможешь сделать те печенья с предсказаниями, как на восьмое марта в универе? Это же была бомба! Я до сих пор помню.
Алиса согласилась, и остаток выходных прошёл спокойно. Вечерами в будни она перебирала витрины и сайты, пытаясь на свои скромные средства подобрать Ирине подарок и обновить гардероб, чтобы на дне рождения выглядеть нарядно и уверенно. Хотелось не просто порадовать подругу, но и самой почувствовать себя живой: сходить в салон, привести в порядок волосы, хоть немного поверить в возможность перемен.
В субботу утром, как и договаривались, позвонил Валера:
— Я у подъезда. Книгу дочитал, могу сейчас занести или потом как‑нибудь?
— Давай потом, — решила Алиса. — Лучше пораньше выехать: чем быстрее выберемся из города, тем скорее доберёмся до дачи.
Она взяла сумку с подарком, аккуратно сложила в клатч телефон и ключи и вышла навстречу Валере, даже не представляя, какие сюрпризы её ждут впереди.
Валера поприветствовал Алису и, уверенно ведя машину, вскоре припарковался у симпатичного особняка в хорошо знакомом ей дачном массиве.
Возле калитки гостей уже встречала нарядная именинница. Приняв подарки от Алисы и Валеры, Ира поблагодарила их и проводила к накрытому во дворе столу: тёплая погода позволяла праздновать на свежем воздухе.
Алиса вежливо поздоровалась с родителями Иры, которых помнила ещё по студенческим временам. Её не удивило, что Валера обменялся с отцом девушки крепким рукопожатием — было видно, что они давно знакомы. Алиса автоматически решила, что именно Валера и есть парень Иры, но та неожиданно потянула её в сторону:
— Мой вот‑вот приедет. Пойдём со мной, пожалуйста. Я до ужаса волнуюсь. Никогда за собой такой трусости не замечала.
Алиса, разумеется, не отказала. Пока они шли по выложенной плиткой дорожке к калитке, она пыталась разговором отвлечь подругу, но Ирина явно прислушивалась только к звуку подъезжающих машин.
Когда калитка наконец распахнулась, на участок вошла тётя Марина вместе с сыном. Ира на миг растерялась, не понимая, откуда у Алисы и мамы её жениха такая тёплая улыбка, но ситуацию быстро разрядил Витя: он сделал шаг вперёд, крепко обнял именинницу, вручил букет и, по‑своему, представил невесту маме:
— Мам, это Ира. Прошу любить и жаловать. Ира, познакомься — моя мама, Марина Александровна. И, кстати, лучшая подруга мамы Алисы. Я знал, что мир тесен, но чтобы до такой степени — даже не представлял.
После знакомства родителей Иры с мамой жениха официальная часть как‑то сама собой сошла на нет, и гости постепенно расслабились, переходя к неформальному общению.
Уловив момент, Ира отвела Алису в сторонку:
— Ну как тебе мама Вити?
— Тётя Марина замечательная, — искренне ответила Алиса. — Она Витю одна вырастила, очень его любит, но не задаривала. В итоге он вырос нормальным, самостоятельным мужчиной, а не маменькиным сынком. Так что тебе повезло и с женихом, и с будущей свекровью.
Ира от облегчения и радости крепко обняла Алису:
— А тобой, между прочим, очень интересуется Валера. Он отличный парень, со всех сторон надёжный, только немного молчаливый. Присмотрись к нему.
Девушки вернулись к остальным, и праздник закипел с новой силой. Настроение у Алисы было прекрасным, но она ещё не успела привыкнуть к длительному веселью «на полную катушку», поэтому незаметно, как ей казалось, отошла под раскидистую голубую ель в углу участка.
Рассматривая пушистые ветви, она пыталась чуть успокоить разбушевавшиеся эмоции и вздрогнула, услышав за спиной голос тёти Марины:
— Слушай, Алиса, это же чудо какое‑то. Я так обрадовалась, когда увидела тебя вместе с Ирой. Раз вы дружите, значит, она точно хорошая девочка, и я за Витю спокойна. Мы с Зоей когда‑то мечтали, что вы, наши дети, вырастете и поженитесь. Но вы друг друга всегда как друзей воспринимали, а не как пару. Впрочем, и так всё замечательно сложилось. Кстати, мама Иры мне уже про Валеру шепнула: у него свой бизнес в сфере компьютерных технологий, и он — Ирин друг детства. Представляешь, какая ирония судьбы будет, если у тебя с ним роман начнётся?
Щёки Алисы вспыхнули. Ей было приятно уже во второй раз за день слышать, что она не безразлична этому спокойному, симпатичному парню. Сам Валера, правда, ничем себя пока не выдавал: был вежлив, внимателен, но открытых намёков или ухаживаний не позволял.
День рождения Иры прошёл на редкость легко. Страшившихся неловких моментов именинница так и не дождалась: мамы с увлечением бродили по саду, обсуждая грядки и здоровье, мужчины взяли на себя мангал и мясо, девушки смеялись, болтали и делали фотографии.
Алиса ловила себя на мысли, что безумно рада тому январскому решению — исполнить мамино желание и съездить в дачный массив. Именно с той поездки всё и начало меняться к лучшему.
Предчувствие тёти Марины сбылось. После дачного праздника Валера и правда начал ухаживать за Алисой. В большой компании он оставался немного молчуном, но наедине оказался внимательным и неглупым собеседником.
Они с удовольствием говорили о книгах, спорили о фильмах, обменивались смешными историями, и мягкая симпатия понемногу превращалась во что‑то более серьёзное. Посоветовавшись с тётей Мариной и хорошенько всё обдумав, Алиса согласилась принять предложение Иры и перейти к ней работать.
Когда она сообщила об увольнении, нынешний начальник, очевидно заранее осведомлённый о переменах, не стал чинить препятствий. Наоборот, в разговоре был подчеркнуто корректен:
— Алиса, скажу прямо: к «протежируемым» работникам я обычно отношусь настороженно. Но ты меня приятно…
Начальник завершил разговор неожиданно тёплыми словами:
— Ты меня приятно удивила, — сказал он. — Претензий к тебе почти нет, и мне правда жаль, что ты уходишь. Но у Ирины Ивановны для тебя такие перспективы, каких я предложить не могу. Желаю удачи. Надеюсь, ещё пересечёмся и, возможно, даже поработаем вместе.
Ирина искренне радовалась, что Алиса пришла к ней в команду. На новую сотрудницу сразу свалился поток непривычной информации, но Алиса не паниковала: задавала вопросы, копалась в документах, искала данные по всем доступным источникам и быстро входила в курс дела.
Однажды Ира вызвала её в кабинет и, сияя, объявила:
— Ты у меня третья знаешь, после мамы и Вити. Мы с ним ждём малыша. Я хочу, чтобы ты готовилась меня подменять, когда уйду в декрет. Времени, чтобы тебя обучить, немного, но ты всё хватаешь на лету. Я знаю, компания в надёжных руках.
Алисе было страшновато брать на себя такую ответственность, но Ира только рассмеялась:
— Даже не думай спорить с беременной. Мне себя беречь надо. Так что никакого «я не справлюсь».
Начался новый, очень напряжённый период, но Алиса чувствовала себя счастливой. Совместная работа быстро переросла в настоящую дружбу. Беременность Иры давалась нелегко, и однажды она попросила:
— Алисочка, не в службу, а в дружбу — помоги с организацией свадьбы. Я полностью доверяю твоему вкусу.
При всём объёме дел Алиса находила время и для тёти Марины, и для Валеры. Марина готовилась к свадьбе сына и к скорому бабушкиному статусу, а Алиса помогала выбирать одежду, мелочи для праздника, продумывать детали. Чаще всего их в поездках сопровождал Валера: подвозил, помогал с тяжёлыми пакетами, терпеливо ждал у входа в магазины.
Однажды из‑за простуды у тёти Марины Алисе пришлось ехать по делам вместе с Валерой вдвоём. Обойдя несколько магазинов, они решили сделать перерыв в небольшом кафе. Алиса присела за столик, пока Валера отправился за заказом.
Она даже слегка вздрогнула, когда к ней без приглашения подсел Глеб. За прошедшее время он сильно изменился: от прежней холёности не осталось и следа, под глазами залегли тяжёлые мешки, лицо осунулось.
— Ну что, дрянь, — с кривой усмешкой начал он. — Нравится жить, да? Знаешь, что из‑за твоего отказа судиться с Анькой я остался ни с чем? Радуйся. Я теперь почти бомж, без работы, без жены, никому не нужный.
Алиса сдержалась, не желая скандала посреди кафе:
— Напрасно ты всё валишь на меня, Глеб. Мне чужие беды радости не приносят. И тебе зла я не желала. Все твои проблемы — не из‑за меня.
В этот момент к столику вернулся Валера с подносом. Глеб, бросив на него быстрый взгляд, предпочёл ретироваться, пошатываясь на выход. Выговариваться беззащитной девушке было безопасно; связываться с крепким мужчиной он не рискнул.
— Алиса, всё в порядке? — спокойно спросил Валера.
— Всё нормально, — коротко ответила она.
Одного взгляда на Глеба в таком виде Алисе хватило, чтобы окончательно вычеркнуть его не только из жизни, но и из памяти.
Тем временем подготовка к свадьбе Вити и Иры входила в решающую стадию. Ирина мечтала, чтобы на фотографиях её живот был как можно менее заметен, фотограф продумывал ракурсы, Марина и родители Иры согласовывали последние детали. Торжество вышло трогательным и очень тёплым.
Во время одного из тостов Валера поднялся и неожиданно для всех — и в первую очередь для самой Алисы — сделал ей предложение. Его слова вызвали бурю аплодисментов. Алиса сказала «да», почти не колеблясь: к тому моменту она уже понимала, что рядом с этим спокойным, надёжным человеком ей не страшно смотреть вперёд.
Так в её жизни начался новый этап — без бессонных ночей, без разрушительной боли и без места для воспоминаний о подлом любовнике.
Прошёл год. В небольшой квартире, где когда‑то казалось невыносимо пусто, теперь пахло свежей выпечкой и кофе. На подоконнике, рядом с любимым маминым цветком, стояла рамка с фотографией: Алиса и Валера, смеющиеся, прижатые плечом к плечу, а чуть в стороне — тётя Марина с внучкой на руках и сияющая Ира.Алиса выключила ноутбук, проверила последнюю правку в важном документе и улыбнулась: ещё недавно такие задачи казались ей недосягаемыми. Жизнь по‑прежнему не была сказкой и иногда напоминала марафон, но чувство безысходности ушло. Она научилась жить без мамы — не забывая, а опираясь на то, чему Зоя её научила.Глеб теперь вспоминался так же редко, как случайный прохожий из далёкого города. Его имя больше не вызывало ни боли, ни злости — лишь лёгкое недоумение: как она вообще смогла так по нему страдать.Вечером они с Валерой собирались к тёте Марине, а завтра все вместе ехали в тот самый дачный посёлок — исполнить мамино обещание и ещё раз пройтись по тропинкам, где когда‑то было так страшно и так спокойно одновременно.Алиса накинула куртку, оглянулась на комнату и вдруг ясно почувствовала: её жизнь, наконец, принадлежит ей самой. И это было именно то будущее, за которое когда‑то так отчаянно боролась мама.