Найти в Дзене
журнал Стольник

Героиня Обложки Елена Коротаева: Усложнять – просто, упрощать – сложно

Этот закон Мейера стал девизом студии дизайна интерьера UNO. 15 лет назад ее основала дизайнер и архитектор Елена Коротаева, а сегодня девушка стала лицом мартовского номера «Стольника». Елена, это ваш первый опыт съемки для обложки?
Наверное, если человек живет в крутом городе и создает хорошие, востребованные проекты, ему дополнительный пиар не особо нужен. За свою
компанию могу сказать, что я никогда активно не продвигала студию и свою личность, ни в соцсетях, ни на сторонних сайтах. Единственная рекламная кампания была у нас в «Стольнике» в течение двух лет. Оборачиваясь назад, я, честно, не скажу, почему в тот момент решилась на это. Скорее для того, чтобы задать себе какой-то драйв, причем лично себе. Мне тогда казалось, что мы уже заслуживаем, чтобы нас узнавали в городе, в преддверии 15-летия студии и моего сорокалетия. Хотелось сделать что-то особенное, зафиксировать в сознании этот этап жизни. Тогда мы и я лично проходили непростой период – наложилась личная нагрузка и реа

Этот закон Мейера стал девизом студии дизайна интерьера UNO. 15 лет назад ее основала дизайнер и архитектор Елена Коротаева, а сегодня девушка стала лицом мартовского номера «Стольника».

Фото: жакет, брюки Shtripling, боди Charmstore - всё Bolshoy
Фото: жакет, брюки Shtripling, боди Charmstore - всё Bolshoy

Елена, это ваш первый опыт съемки для обложки?

Наверное, если человек живет в крутом городе и создает хорошие, востребованные проекты, ему дополнительный пиар не особо нужен. За свою
компанию могу сказать, что я никогда активно не продвигала студию и свою личность, ни в соцсетях, ни на сторонних сайтах. Единственная рекламная кампания была у нас в «Стольнике» в течение двух лет. Оборачиваясь назад, я, честно, не скажу, почему в тот момент решилась на это. Скорее для того, чтобы задать себе какой-то драйв, причем лично себе. Мне тогда казалось, что мы уже заслуживаем, чтобы нас узнавали в городе, в преддверии 15-летия студии и моего сорокалетия. Хотелось сделать что-то особенное, зафиксировать в сознании этот этап жизни. Тогда мы и я лично проходили непростой период – наложилась личная нагрузка и реализации сложных объектов таких как термы «Юга», отель «Шермонт» в Шерегеше. Помню в то время меня постоянно посещала навязчивая мысль – нужно ещё что-то делать, пробовать что-то другое.

Вы говорите, что это история не про амбиции, но кажется только амбициозный человек может браться за воплощение таких масштабных
проектов, как бизнес-центр «Гастромолл», Падел-арена РМК, офисы банков и застройщиков.


Я имею в виду, что пока нет цели распыляться и работать в других городах, например, хотя запросы поступают постоянно. Я человек, которому нужно все контролировать, каждый этап, процесс, все потрогать и пощупать. Я очень контактная и работаю на ощущениях. Я, кстати, вообще не люблю называть свою компанию бизнесом, это мое дело, мне важно ощущать его, оно строится на эмпатии, на взаимодействии людей. Стараюсь выстраивать со всеми коллегами и партнерами хорошие отношения, потому что каждый из нас 80% жизни проводит на работе. Мое дело как игра, квест, когда ты от него кайфуешь, у тебя глаза горят, а не так, что ты думаешь: «О, боже, опять сегодня на эту работу». Когда я закончила УрГАХА и успела уже поработать архитектором, часто повсюду слышала – да что это за работа, опять этот начальник… Я же думала – ну что же все такие недовольные. Мне это совсем не близко. Но именно в тот момент я подумала, что, наверное, смогу создать команду мечты. Конечно, и у нас разное бывает, можем и спорить, и бурно обсуждать вопросы: реализация
крупных объектов – процесс не для слабонервных. Но наши общие ощущения
от работы всегда классные, спасает позитивное мышление и то, что от наших решений не зависит жизнь человека.

Сейчас меня окружают люди (и команда, и заказчики), которые близки мне
по духу, у нас общие принципы, ценности. Я люблю фразу – найди свое любимое дело, и ты не будешь работать ни дня в своей жизни. И я безумно
благодарна заказчикам за то, что они дают возможность нашей команде
кайфовать от работы, доверяют нам. И, кстати, даже после 15 лет
деятельности нашей студии я по-прежнему не считаю, что мы какие-то
суперкрутые и создали что-то нереальное. Думаю, это вообще только начало
пути, когда мы только создали фундамент, с которого теперь можно
стартовать.


А свой первый объект, от которого вы получили наиболее яркие эмоции, адреналин, вы помните?

Пожалуй, это самый первый общественный объект, над которым пришлось работать, практически без опыта, у меня даже команды не было. Это был офис почти в 1000 квадратных метра для компании «ДельтаПлан». Его делали по типу открытого пространства. Тогда, к слову, подобных офисов в нашем городе почти не было. А, учитывая, что он располагался в ТЦ, работать вообще приходилось ночью, но и это не приносило дискомфорта. Кстати, именно тогда я научилась очень многому у строителей. В институте такой практики не дают. Я очень благодарна руководителю компании Кириллу Коноплеву, что он увидел мой потенциал и доверил такой объект.

Есть мнение у профессионалов, что практике наших студентов не учат…

К сожалению, да. Но я хочу сказать о другом. Как-то ко мне обратился заказчик с запросом создать проект общественного интерьера. При этом он сразу спросил, сколько мне лет. И… мой возраст ему не подошел, он хотел дизайнера с меньшими цифрами в паспорте. Вот такая забавная ситуация. Но к чему я. Сейчас дизайнеров на рынке очень много, потому что эта профессия востребованная, достаточно чуть ли не просто курсы закончить. А я считаю, что только с опытом, возрастом ты можешь действительно создать что-то качественное, необычное и уникальное. Если в комплексе смотреть на опыт, возраст дизайнера и студии, можно получить крутой результат. И, да… нужен ресурс, про который все забывают, – время, необходимое для создания проекта.

Коллеги, заказчики, понятно. А строители… Какие у вас сложились отношениями с теми, кто непосредственно реализует ваши идеи?

«Мне нужно, чтобы у меня все было идеально, только так, как я хочу. Но в общественных интерьерах так сделать нереально. Слишком много людей, слишком много взаимодействий. Ошибки совершают все, они возникают всегда. Главное, кто и как их исправляет»

Прекрасные. Нас, например, очень любят строители, потому что мы всегда, когда делаем проект, в первую очередь думаем о функционале, эксплуатации – как пространством будут потом пользоваться, удобное оно или нет, как за ним следить в последующем. Особенно это касается общественных зон. Это базовый минимум, на который мы опираемся.

-2

В портфолио вашей студии акцент сделан на общественных интерьерах. Частных очень мало. Вам первые нравятся больше?

Естественно, я, как все дизайнеры в большинстве своем, начинала с проектов квартир. Но когда в 25 лет сделала свой первый общественный интерьер, я поняла, что это мое, такой масштаб позволяет работать с пространством по-другому, решать задачи в объеме, не ограничиваясь квадратными метрами жилых объектов. Мне нравятся глобальные задачи и процесс работы над ними с большим участием специалистов в своей сфере.

Какой проект в будущем вы мечтаете реализовать?

Я всем говорю, что это аэропорт. Потому что опять же это масштабный проект, где бешеная энергия, где в итоге скапливается много людей из разных стран, движение потоков и разный функционал. Еще мечтаю сделать большой офис для своей студии, чтобы мы могли все быть в одном суперкомфортном пространстве, которое благотворно влияет на творческую атмосферу для единения мыслей, создания классных проектов.

Кстати, о возможностях. У современных молодых людей больше насмотренности, источников информации, а буквально три десятка лет назад даже понятия такого, как дизайнер не было. Но вы все равно решили пойти в эту сферу. Почему?

Вот поэтому я и выбрала направление архитектуры. Для того, чтобы стать архитектором, необходима более широкая база знаний и более широкое мировоззрение. Я с пятого класса знала, что буду учиться в УрГАХА, хотя мои родители – представители медицинской сферы. И они были уверены, что я продолжу их путь. Но не вышло. И, наверное, окончательно на меня в свое время повлияла поездка в США. В 18 лет я поехала туда работать, и, когда оказалась в Нью-Йорке, увидела их архитектуру, улици, дороги, уровень жизни, я сначала подумала: «Почему у нас не так?». А потом пришла другая мысль – мы в силах что-то менять, кто, если не мы? Лично я конкретно. Мы можем на это повлиять. И когда на одной из первых своих работ в компании застройщика мы проектировали жилой комплекс, я предложила обустроить лапомойку для собак, сделать гостевой туалет. Но всем, конечно, вообще не до этого было. Раньше эти идеи были простой фантазией молодого сотрудника, а сейчас это норма жизни. Поэтому мы все можем сделать свой вклад в жизни, изменить мир, который нас окружает. И ведь действительно за 20 лет моей практики наш город кардинально преобразился.

Архитектура какой страны вам больше всего отзывается?

Я вообще, если честно, не люблю города. Я больше за места, которые наполняют, где есть лес, горы. Люблю быть ближе к природе, чтобы максимально восстановить свою нервную систему.

Вы идеалист?

Я, скорее, невротик в хорошем смысле этого слова. Мне нужно, чтобы у меня все было идеально, только так, как я хочу. Но в общественных интерьерах так сделать нереально. Слишком много людей, слишком много взаимодействий. И я стараюсь каждый раз себя успокаивать, что объект в будущем будет жить своей жизнью, и его нужно вовремя отпустить, как ребенка.


Ошибки совершают все, они возникают всегда. Главное, кто и как их исправляет. Любой из нас может сделать все, что угодно. Было бы стремление. Добиться успехов, тем более сейчас, когда есть все возможности, вполне реально, если приложить усилия. Помню, когда у меня еще не было детей, мои любимые рабочие дни были выходные, потому что никто не отвлекал.

Фото: Михаил Яковлев
Фото: Михаил Яковлев

А что самое сложное в вашей работе?

Однозначно реализация. Подобрать и согласовать материалы и образцы, действия всех смежников, не выйти из бюджета и, главное, получить такой итог, который был задуман изначально! Мы на своих объектах стараемся всех объединить, настроить на позитив и заразить своей энергией на общий результат.


Через какое время оптимально делать реконструкцию общественного пространства?

У нас есть интерьеры, которые мы делали 10 лет назад, и они прекрасно себя чувствуют. Потому что, если изначально продумать эксплуатационную линию, пространству не изнашивается от эксплуатации.

Качественные интерьеры живут вне времени, ты не понимаешь, его сделали вчера или 10 лет назад. Я стремлюсь к таким. Не люблю все максимально
вычурное, дорого-богато. Мне нравится, когда все сдержанно, лаконично. Так называемый современный функциональный стиль. Я никогда не смотрю на тренды, они приходят и уходят… Главное для меня, чтобы интерьер был как
чистый лист бумаги, когда в любое время ты можешь в нем разместить любую картину, арт-объект, декор. Повторюсь, качественный интерьер, хорошо
продуманный в плане эксплуатации, логистики, функциональности и эстетики
– это залог его вневременности. И дизайнеры, архитекторы, которые их делают, всегда будут востребованы. «Кто не ползал со мной, летать не будет», – мои жизненные принципы и постоянный труд привели меня в точку, в которой я нахожусь на сегодняшний день. Я благодарю всех, кто на протяжении всей жизни верил в меня, в мое дело и поддерживал. Всю мою семью и друзей, родителей, которые не подрезали мои крылья, мужа, как никто знающего все сложности нашей работы и каждый день переживающего их вместе со мной. Благодарна заказчикам, с которыми мы много лет работаем вместе, смежникам за понимание и отзывчивость. И, конечно, команде, с ней мы все начинаем по-настоящему только сейчас!