Вадик стоял посреди опустевшей кухни, напоминая античную статую мыслителя, только в трениках с вытянутыми коленками и при галстуке. Весенний сквозняк игриво трепал выцветшую занавеску. На столе, где еще десять минут назад высился гастрономический Эверест, сиротливо лежал один-единственный засохший бублик, оставленный Тоней, видимо, в качестве издевательского символа бесконечности их семейного долга... Начало истории https://dzen.ru/a/acK2Rt95km-5UCAo — Тоня? — пискнул Вадик в открытую форточку, почему-то решив, что пятидесятишестилетняя жена с центнером провизии наперевес могла улететь, как Карлсон. Ответом ему был лишь радостный мяв дворового кота да отдаленный гул машин. В это время за стеной, в «зале», назревал бунт бессмысленный и беспощадный. Родня, разогретая первой, выпитой под пустые разговоры, рюмкой, требовала закуски. Дядя Боря уже перешел от критики местной администрации к глобальным проблемам мироустройства, обильно жестикулируя пустой вилкой. Троюродная сестра из Сызрани
Публикация доступна с подпиской
Клуб ПРЕМИУМ Читателей