Часть цикла «Раздел 1:01» на ЯПисатель.рф
Мама сказала: не трогай её комнату.
Дима потрогал. Ну — зашёл. Сначала просто стоял у порога минуты три, или пять, или сколько-то; пальцы на дверной ручке вспотели, а в комнате пахло ландышем — мамин кондиционер для белья, ландышевый, потому что Настя любила ландыши — и ещё чем-то, чем-то Настиным, чего через неделю не будет, выветрится, растворится в жаре; и вот от этой мысли его накрыло так, что пришлось сесть прямо на пороге.
Но сначала — телефон.
Лежал на тумбочке экраном вниз. Розовый чехол с облупившимся единорогом; Настя его терпеть не могла, но новый стоил восемьсот рублей, а восемьсот рублей — это четыре похода в кино. Настя мерила всё в кинобилетах. Странная система. Была.
Разблокировался по отпечатку. Дима год назад, дурачась, добавил свой палец в настройки. Настя ругалась, грозилась удалить, не удалила. Ну вот. Пригодилось. Слово «пригодилось» обожгло изнутри — мерзкое слово, утилитарное, будто в смерти сестры есть что-то полезное.
Telegram. Последний чат — «Клуб летающих 🦋».
Он открыл.
***
Тридцать семь участников. Ни одного нормального имени: «moth_444», «крыло_тихое», «невесомая», «falling.star». Аватарки в пастельных тонах — бабочки, перья, закатные облака. Выглядело как фан-клуб какой-нибудь k-pop группы или эстетик-канал для девочек; Дима бы пролистал мимо, не задумавшись, если бы не знал того, что уже знал.
Админ — белый кролик на аватарке. Мультяшный, с огромными глазами, не то из «Алисы», не то из какого-то аниме. Писал без восклицательных знаков, без капса, без единого смайлика. Ровный текст, будто из учебника. Есть такие учителя — которые никогда не кричат, говорят тихо, почти ласково, и именно от этого хочется вжаться в стул и не дышать.
«Задание 1. Встань в 4:20. Выйди на балкон. Сфотографируй небо перед рассветом. Отправь мне в личку. Не бойся, это просто игра.»
Просто игра.
Дима листал вверх, и задания проматывались перед глазами — каждый день, как часы, ровно в полночь. Первые две недели — ерунда: нарисуй бабочку фломастером на запястье, послушай Pyrokinesis «Луна луна» в три часа ночи в наушниках с закрытыми глазами, напиши «я лечу» пальцем на запотевшем зеркале в ванной. Не спи до рассвета.
Не спи до рассвета — это звучало почти романтично. Подростковая бессонница, ночные мысли, музыка в темноте. Ничего страшного.
Третья неделя.
Пальцы онемели. Физически — как от мороза, хотя за окном тридцать градусов и июльская духота, от которой простыни липнут к телу. Дима читал и чувствовал, как холод поднимается от запястий к локтям, будто руки по локоть сунули в январскую реку.
Задания стали другими.
Нет. Он не будет прокручивать это в голове. Хватило одного раза. Но одно въелось, как ожог:
«Задание 14. Бабочке нужно сбросить кокон. Покажи. Не бойся. Это просто...»
Настя прислала фото.
Дима закрыл телефон. Открыл. Закрыл снова. Лёг на пол — не на кровать, кровать Настина, нельзя — и уставился в потолок. Белый, с трещиной в форме реки. Смотрел на неё и думал одно, по кругу, как заевшая пластинка:
Она показывала.
Она мне показывала.
***
В июле Настя стала носить длинные рукава.
Тридцать четыре градуса на улице. Все — в майках, в шортах, в сарафанах. А она — в серой толстовке на два размера больше, рукава натянуты на костяшки пальцев, будто руки прячет. Дима спросил: «Тебе не жарко?» Настя буркнула: «Нет.» Дима надавил: «Серьёзно, Насть, ты как чучело...» Настя: «Отвали.»
Он отвалил.
Четырнадцать лет, подросток, гормоны, мир вокруг — враг. Кто в четырнадцать не был невыносимым. Дима в четырнадцать неделю не разговаривал с матерью из-за постиранной футболки с Nirvana. Нормально. Возраст.
А блины.
Мама жарила блины с творогом каждое воскресенье — ритуал, традиция, семейная скрепа (мамино слово, не Димино). Настя обожала их. Могла умять шесть штук с малиновым вареньем и тянуться за седьмым виноватыми глазами. Последнее воскресенье июня — села за стол, посмотрела на тарелку, сказала «не хочу» голосом, которым не про блины говорят. Голосом, которым говорят «не хочу» вообще.
Мама расстроилась.
Дима сказал: «Больше мне достанется.» И потянулся к Настиной тарелке.
Достанется. Досталось.
***
Pyrokinesis. «Луна луна».
Дима слышал из-за стены три ночи подряд — тихо, через дешёвые дырявые наушники, но стены в хрущёвке, сами понимаете, — слышал: мягкий голос, электронное мерцание, что-то про луну, про свет, про то, чего нет. Красивая песня, если не знать контекста. Он даже подумал — надо спросить, что за трек, скинь ссылку.
Не спросил.
В телефоне — плейлист из одной песни. На повторе. Счётчик: триста восемьдесят два прослушивания за месяц. Дима прикинул — три с половиной минуты каждое — двадцать два часа. Почти сутки, если слепить в один кусок. Это не меломания. Это дрессировка. Задание. «Слушай, пока не станет частью тебя. Пока граница между тобой и песней не сотрётся.»
Четыре двадцать утра. Каждую ночь. Месяц. Читать далее ->
Подпишись, ставь 👍, Пушкин бы подписался!
#группы_смерти #телеграм #психологический_ужас #подросток #ночной_кошмар #манипуляция #страшная_история #белый_кролик