Сначала я терпела.
Ну правда. Думаю, многие поймут. Первый раз — ладно. Второй — ну бывает. Может, праздник, гости. Но когда это стало повторяться почти каждую ночь, терпение начало заканчиваться.
Музыка у него была специфическая. Басы такие, что стены дрожат. Лежишь, а у тебя подушка вибрирует.
Я сначала постучала в стену. Тихо. Потом сильнее.
Ноль реакции.
На следующий день встретила его в подъезде.
— Вы не могли бы потише ночью? — спросила я максимально спокойно.
Он даже не извинился.
— Я у себя дома, — пожал плечами. — Имею право.
И пошёл дальше.
Вот в этот момент у меня внутри что-то щёлкнуло.
Потому что дело уже было не в музыке. А в отношении.
Ночами я не высыпалась. Утром — как зомби. Сын в школу собирается, я кофе глотаю литрами и думаю: ну сколько можно?
Пару раз хотела вызвать полицию. Но каждый раз останавливалась. Не люблю я эти разборки.
И тут как-то вечером сын подходит:
— Мам, а можно я в музыкальную школу запишусь? Хочу на скрипке играть.
Я сначала удивилась.
— На скрипке? Серьёзно?
— Да! Нам показывали в школе, мне понравилось.
И тут у меня в голове сложился пазл.
Я даже сама от этой мысли сначала немного растерялась. Потом усмехнулась.
— Можно, конечно, — сказала я. — Обязательно запишемся.
Скрипку мы купили через неделю. Небольшую, ученическую. Я до этого даже не представляла, насколько… громким может быть этот инструмент.
Особенно в руках начинающего.
Первые занятия были в музыкальной школе. Но преподаватель сразу сказала:
— Дома обязательно тренироваться. Лучше утром, когда голова свежая.
Я кивнула. Очень внимательно кивнула.
И вот тут началось самое интересное.
Первое утро.
Ровно восемь часов.
Я открываю окно, ставлю сыну пюпитр ближе к стене — той самой.
— Ну что, давай гаммы, — говорю.
Он тянет смычок… и по квартире разносится такой звук, что даже мне стало не по себе.
Не музыка. Пока ещё нет. Просто протяжное «ииииииии».
— Мам, нормально? — спрашивает он.
— Отлично, — отвечаю. — Давай ещё.
И он играет. Старательно. Громко. Очень громко.
Через пять минут я слышу, как у соседа что-то упало.
Через десять — шаги.
Стук в дверь.
Я открываю.
Он стоит. Помятый, злой, глаза красные.
— Вы что, издеваетесь? — говорит.
Я спокойно смотрю на него.
— Нет. Ребёнок занимается. Музыкальная школа.
Сзади снова тянется скрипка.
Он морщится.
— Нельзя потише?
— Утро же, — пожимаю плечами. — Восемь часов. Мы у себя дома.
Он замолчал. Секунда, вторая.
И я прямо увидела, как до него доходит.
— Это вы мне мстите? — наконец сказал он.
— Нет, — спокойно ответила я. — Просто живём.
И закрыла дверь.
Мы занимались так несколько дней подряд. Ровно в восемь.
Сын втянулся. Даже стал получать удовольствие. А я… я наконец-то начала высыпаться. Потому что по ночам стало тихо.
На третий или четвёртый день музыка у соседа в два часа ночи не заиграла.
Я сначала даже не поверила. Лежала и прислушивалась.
Тишина.
Настоящая.
Утром мы всё равно сыграли. Для закрепления эффекта, так сказать.
Но стука в дверь больше не было.
Через неделю я снова встретила его в подъезде.
Он отвёл взгляд.
И впервые сказал:
— Здрасте.
С тех пор ночи у нас тихие. А сын, кстати, так и остался в музыкальной школе. Уже играет гораздо лучше. Иногда даже красиво.
А я думаю вот о чём.
Иногда не работают просьбы. Не работают разговоры.
Но люди очень быстро начинают понимать, когда сами оказываются на месте другого.
И не обязательно кричать или ругаться.
Иногда достаточно просто… отзеркалить ситуацию.
Спокойно. Без скандала.
И вдруг оказывается, что договориться всё-таки можно.
Как бы вы поступили в этой ситуации, сталкивались ли с этим?
Все новое, интересное и полезное теперь здесь, канал МАХ (работает стабильно, без всяких переключений).
Если вам нравится моя работа и вы хотите поддержать меня, вы можете сделать небольшой вклад. Это совсем не обязательно, но будет очень приятно и поможет мне продолжать создавать новые материалы!
