и вдруг сказала: «Он недавно спросил… зачем ему на меня тратиться». Мы знакомы много лет. Не близкие подруги, но такие, с кем можно встретиться раз в полгода — и говорить как будто не расставались. Она всегда была спокойная, домашняя, из тех, кто верит в семью «раз и навсегда». Вышла замуж рано, по любви. Я помню её глаза тогда — светились так, что даже немного завидно было. — Он у меня надёжный, — говорила она. — С ним спокойно. Первые годы у них всё было как у всех. Работа, ипотека, поездки к родителям, ремонты, покупки «на потом». Только «потом» не наступало в одном — в детях. Сначала они не переживали. «Поживём для себя», — смеялась она. Потом начали «планировать». Потом — обследования. Я не лезла. Она сама иногда делилась. Осторожно, как будто боялась сглазить. — Всё нормально, говорят… просто не получается… А потом в её жизни появилось это слово — ЭКО. Она произнесла его так, будто это был последний шанс. Я помню, как она рассказывала про уколы, анализы, очереди, гормоны. Говори
Я тогда даже не сразу поняла, что она сейчас заплачет — сидела напротив меня, мешала ложкой уже давно остывший чай...
ВчераВчера
431
3 мин