В кабинете Алексея Петровича на первом этаже обычной многоэтажки всегда было уютно.
Здесь не было телевизоров в потолке и пафосного ресепшена. Работал Петрович сам, а помогала ему бессменная ассистентка Вера — единственная его опора в операционной. Вместо глянцевых буклетов — стопка старых журналов для ожидающих. Вместо сладкого голоса администратора — тишина, которую изредка нарушал звук бормашины.
— Мы этот зуб спасем, — спокойно говорил он пациенту. — В больших центрах вам сразу предложат удаление и имплант. А мы поборемся.
Он никогда не брал лишнего и не навязывал услуг «для чека». Пациенты это чувствовали и приводили к нему всех: детей, родственников. Номер Петровича был в контактах у половины района. В записной книжке, исписанной мелким почерком, велось расписание пациентов с уточнением деталей лечения.
Проблемы начались, когда за углом открылась огромная сетевая стоматология. У них были яркие вывески, большой ресепшен и телевизор в зале ожидания, администраторы в строгих костюмах и акция: «Бесплатная консультация каждому!». Но часть кресел так и пустовали. Люди всё равно сворачивали во двор, к Алексею Петровичу. Кто-то привык, кто-то слышал от соседки, что Петрович — лучший.
Однажды постоянная пациентка, садясь в кресло, неловко показала ему экран телефона:
— Алексей Петрович, посмотрите, что про вас в интернете пишут. Я-то понимаю, что это глупость, но ведь кто-то поверит...
Под его именем в сети красовалось пять свежих отзывов с одной звездой: «Грязно», «Грубый врач», «Инструменты не моют», «Больно», «Не рекомендую». Все тексты были как под копирку — одинаковые обороты, одинаковые ошибки. Создавалось впечатление, что их писал один человек, просто меняя имя.
Алексей Петрович даже не обратил на это внимания. Он надел очки, взял зеркальце и спокойно сказал:
— Так, ну-ка покажите, что там у нас. Открывайте рот.
Пациентка послушно открыла рот, и разговор про отзывы закончился.
К концу рабочего дня Вера, его ассистентка, подошла к нему с озабоченным лицом.
— Алексей Петрович, я сама посмотрела эти отзывы. Там такое пишут... Может, нам стоит начать на них отвечать? Или что-то сделать?
Петрович снял очки, устало потер переносицу.
— Вера, у меня сегодня было шесть человек. Завтра будет семь. Когда мне на это время тратить? Кто зубы лечить будет?
— Но люди же читают, верят...
— Кто работает — того и видят, — отрезал Петрович. — Ладно, вечером позвоню племяннику, он в этом разбирается.
Вечером того дня Алексей Петрович позвонил племяннику Кириллу, который хорошо знал интернет. Тот обещал прийти завтра и посмотреть.
На следующий день Кирилл пришел в кабинет. Вера отвела его в сторону и рассказала всё: какие отзывы, сколько их, что там написано. Кирилл открыл ноутбук, полистал страницы, нахмурился.
— Дядь Леш, это конкуренты стараются, — вздохнул он. — Чтобы это удалить, нужно писать админам сайта, доказывать, что ты не верблюд... А у тебя даже сайта своего нет, чтобы официально ответить. Им же плевать, кто прав, они отзывы не проверяют.
— Да зачем мне сайт? — отмахнулся Петрович. — У меня сегодня пять человек на сложные каналы и три коронки. Пусть пишут что хотят, мне некогда этой ерундой заниматься! Кто зубы-то лечить будет, если я в интернете сидеть начну?
Он просто закрыл ноутбук и вернулся к работе. Но Кирилл задержался у входа, глядя, как дядя надевает халат. Ему было обидно: человек столько лет работает, помогает людям, а какие-то не честные отзывы могут всё испортить.
Алексей Петрович не следил за рейтингами, но некоторые пациенты стали всё чаще упоминать об этих отзывах прямо на приемах. Кто-то говорил осторожно, кто-то с возмущением:
— Ой, доктор, а мы про вас такие страсти читали, хорошо, что мы-то знаем, как на самом деле.
— Да ладно, чего вы переживаете, — успокаивал Петрович. — Посмотрите на зуб-то. Живой? Живой. Значит, всё нормально.
Но по вечерам, оставшись один, он иногда открывал ноутбук. Смотрел на эти звезды, на эти тексты и не понимал: зачем? Зачем людям делать больно тому, кто никогда им не делал зла?
Через месяц он позвонил в ту самую сетевую клинику, записался на бесплатную консультацию, пришел, осмотрелся. Чисто, стерильно, дорого. Ему предложили поставить виниры, хотя все зубы были здоровы. Он отказался. Уходя, спросил у администратора:
— А почему вы на меня отзывы пишете?
Девушка растерялась, покраснела и сказала, что не знает, о чем он. Петрович махнул рукой и ушел.
Ситуация разрешилась неожиданно. В кресло к Петровичу сел мужчина лет сорока, который прилетел в город в командировку. У него так сильно разболелся зуб, что он пришел по совету своего знакомого, который посоветовал его.
Мужчина долго разглядывал скромный, но идеально чистый кабинет, рассматривал дипломы на стенах, старую записную книжку на столе. После лечения, когда боль ушла, он спросил:
— Слушайте, доктор, я, конечно, пока искал стоматологию в интернете, много про вас прочитал, но зуб так разболелся, что я пошел по рекомендации знакомого. Пишут страшные вещи. Грязно, инструменты не моют... Почему вы молчите? Почему не отвечаете? У вас даже сайта нет.
— Знаете, — ответил Алексей Петрович, снимая маску и устало вытирая лоб. — Моя репутация — это ваши здоровые зубы. Если я сделаю работу хорошо, вы это запомните. А если я буду тратить жизнь на оправдания перед теми, кто пишет, я перестану быть врачом. У меня сегодня было шесть человек. Завтра будет семь. Каждому нужно помочь. А на компьютеры у меня просто нет времени.
Пациент ничего не сказал, только кивнул. Он расплатился, взял визитку — простую, без дизайна, только имя и номер телефона — и ушел.
Оказалось, что этот мужчина — журналист, который пишет обзоры про спорт. У него свой блог с многотысячной аудиторией. Обычно он пишет о футболе, хоккее, около спортивных событиях. Но история с отзывами его так задела, что он решил сделать исключение.
— Я привык видеть нечестную игру на поле, — сказал он позже в своем блоге. — Но когда нечестно играют против человека, который спасает зубы и не хочет даже сайт себе завести, это уже за гранью. Таких врачей надо беречь.
Через неделю он написал статью. Он не просто похвалил доктора, а провел маленькое расследование: показал, как одинаковые плохие отзывы на Петровича появлялись с тех же IP-адресов, что и восторженные оды соседней сетевой клинике.
Статья разлетелась по соцсетям. Кто-то возмущался, кто-то удивлялся, кто-то писал: «А я знаю этого врача, я к нему хожу уже третий год, и вся моя семья». На сайтах с отзывами начали массово удалять фейки. А сетевая клиника, поняв, что их вычислили, тихо закрылась через полгода в этом районе.
Сайта у Алексея Петровича так и не появилось. Тетрадь в клеточку сменилась на новую, потому что старая распухла от записей. В коридоре его маленькой клиники люди порой обсуждали:
— Боже, кто пишет такие отзывы. Хотела бы я увидеть этих людей. Врач золотой, а они...
— Да ладно, главное, что теперь все знают правду.
Алексей Петрович сидел в своем кабинете, слушал этот разговор и улыбался. Он достал старую тетрадь, перелистал страницы и написал: «8 апреля — Синицына, каналы. 9 апреля — Самойлова, коронка». Потом надел маску и пошел к пациенту.
Интернет остался где-то за дверью, где ему и положено быть.
Дорогие читатели, как вы думаете, достаточно ли в наше время просто быть мастером своего дела? Или без присутствия в интернете выжить уже невозможно? Пишите в комментариях. Очень интересно узнать ваше мнение.
P.S. Все имена и события в этой истории вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми случайны.
👋 Друзья, подписывайтесь, здесь я рассказываю о людях, у которых стоит поучиться продажам и человечности.
Рекомендуем почитать: