Ледяной ветер хлестал в лицо, сбивая с ног и мигом пробираясь под одежду. Лютой стужей встречал Колымский край очередных заключенных, – бывшего вице-канцлера Российской империи Головкина с женой. Целых два года добирались несчастные супруги до села Ярмонги (или Германг), которое должно было стать их местом пребывания в ссылке. Прожившая всю свою жизнь в невероятной роскоши, графиня Екатерина Головкина, урожденная княжна Ромодановская, статс-дама и кузина императрицы Анны Иоанновны, очутилась теперь в этом Богом забытом месте за Полярным кругом.
Зима здесь длилась до десяти месяцев, была полярная ночь, а температура могла опускаться аж до -47 градусов. Но самое удивительное, что оказалась Екатерина Ивановна здесь по собственной воле, твердо решив сопровождать своего мужа, объявленного государственным преступником, и пожелав разделить с ним все несчастья и беды…
А появилась на свет эта необыкновенная женщина в ноябре 1702 года в Москве, в знатной и очень богатой семье. Отцом Екатерины был Иван Ромодановский, единственный сын могущественного сподвижника Петра I, князя-«кесаря» Федора Ромодановского, а мать, Анастасия Салтыкова, являлась дочерью стольника Салтыкова и родной сестрой Прасковьи Федоровны, супруги царя Ивана V, единокровного брата Петра I.
Любопытно, что отец Екатерины всегда был приверженцем старинных укладов. В его доме в Москве постоянно устраивались веселые пиры, организовывались пышные выезды на охоту, на которые собиралось много гостей. Особенно жаловал князь охоту с соколами и ястребами. Частенько в его доме бывал и Петр I, который всегда привечал сына князя-«кесаря». Тем более, что, несмотря на всю свою любовь к русским обычаям и костюмам, Иван Федорович поддерживал все западные новшества, вводимые царем-реформатором. И всегда принимал участие в так называемых заседаниях «всепьянейшего собора» Петра I.
Екатерина стала единственным ребенком в семье. Немудрено, что родители души в ней не чаяли: девочка выросла в атмосфере любви и невиданной заботы. Казалось бы, что судьба будет благосклонна к этому ребенку, и поначалу так и было. Скорее всего, внучка князя-«кесаря» получила хорошее домашнее образование, хотя точных сведений об этом нет. Известно лишь, что современники отзывались о юной Екатерине, что она была отлично воспитана, хороша собой и добросердечна. Увы, не сохранилось ни одного достоверного портрета княжны.
Когда девушке шел 20-й год, ее решили выдать замуж. Естественно, что Екатерина, являясь последней представительницей рода Ромодановских, была одной из самых завидных невест. Да и жениха ей подобрали весьма перспективного и привлекательного: им стал 23-летний граф Михаил Головкин. Он являлся одним из сыновей еще одного петровского сподвижника, первого российского канцлера – Гавриила Головкина. Михаил, также как и другие дворянские юноши, учился за границей, направленный туда по приказу Петра I. Юноша был умен, галантен и прекрасно говорил на немецком языке.
«Любимец своего отца, очень красивый и прекрасно воспитанный, младший из трех братьев, Михаил, имел быстрый и блестящий успех. Назначенный в молодые годы посланником в Берлине и в Париже, он скоро вернулся оттуда, чтобы занять место вице-канцлера или министра иностранных дел под руководством отца. Его женили на Екатерине, последней представительнице древнего рода Ромодановских и двоюродной сестре по своей матери, великой княжны, а впоследствии императрицы, Анны», — из воспоминаний Федора Головкина о своем дяде, Михаиле Головкине (Головкин Ф. Г. «Двор и царствование Павла I»).
На этой веселой свадьбе, сыгранной весной 1722 года, гулял весь русский двор. А распоряжался свадебными торжествами сам Петр I, он выполнял роль свадебного маршала и очень веселился, в то время как его жена Екатерина была посаженной матерью невесты. Известно, что император с большой любовью относился к княжне-кесаревне, которая была его крестницей. Вполне вероятно, что именно он и сосватал девушку графу Головкину.
Вскоре после свадьбы Михаила назначили русским послом в Пруссию. Скорее всего, Екатерина сопровождала мужа на дипломатическую службу, потому что супруги предпочитали никогда не расставаться. Там они и прожили несколько лет. Любопытно, что этот династический брак, организованный высоким покровителем пары, сложился на редкость удачно. Молодые люди крепко полюбили друг друга и составили практически идеальную пару, что было редкостью для того времени. Жили они дружно и любили принимать гостей. Все было гармонично в этом союзе, кроме одного: у них не было детей.
Впоследствии, после смерти Петра I, Головкин был отозван в Петербург, где вместе с женой постоянно находился при царском дворе и сделал там блестящую карьеру. Особенно положение супругов возвысилось, когда на престол взошла двоюродная сестра Екатерины – Анна Иоанновна. Сразу после ее воцарения графиня Головкина вошла в ближайший круг императрицы, став статс-дамой, а ее муж был назначен сначала сенатором, а потом руководителем Монетного двора. При дворе Екатерина Ивановна прославилась своей добротой, высокой нравственностью и тем, что никогда не плела интриг. Императрица благоволила к родственнице.
Но дальнейшему возвышению графа помешало то, что, будучи патриотом Отечества, он терпеть не мог немецкого фаворита императрицы, герцога Бирона, и находился в оппозиции к нему. Михаил Гаврилович был человеком добрым, но при этом достаточно гордым и частенько упрямым. В 1730 году умер отец Екатерины, князь Ромодановский. И наследниками его огромного состояния, имений и 20 тысяч крепостных душ стал граф Головкин. Позднее он решил удалиться на пару лет от двора, наслаждаясь спокойной жизнью в своих владениях.
Шли годы. И после очередного дворцового переворота на престол взошла младшая дочь Петра I – Елизавета Петровна, которая тут же отдала приказ задержать графа Головкина. Дело в том, что после смерти Анны Иоанновны граф выбрал не ту сторону, поддержав соперницу за власть Елизаветы Петровны – племянницу скончавшейся императрицы, молоденькую Анну Леопольдовну. Именно ее малолетнему сыну Иоанну и завещала русский престол Анна Иоанновна.
Хотя вполне понятно, что Головкин поддержал родню жены, ведь Анна Леопольдовна приходилась двоюродной племянницей Екатерине Ивановне. Сама графиня Головкина была сильно привязана к племяннице и любила ее. При недолгом правлении Анны Леопольдовны Головкин и достиг пика своего могущества. Благодарная ему Анна Леопольдовна назначила графа вице-канцлером и кабинет-министром. А потом, Михаил Гаврилович в одном из писем посоветовал новой правительнице сослать побыстрее дочь Петра в монастырь, чтобы устранить весьма популярную в гвардии Елизавету Петровну. Текст данного письма стал известен Елизавете, после чего участь Головкина была предрешена.
Поэтому сразу же после ареста Анны Леопольдовны во время переворота 25 ноября 1741 года Елизавета Петровна расправилась и с ее вице-канцлером. В ту же ночь в дом графа Головкина ворвались солдаты и увезли его в острог, а его растерянная жена осталась дома. В декабре граф был осужден за государственную измену, наказание за которую была – смертная казнь. Но здесь императрица проявила милосердие, возможно, сказалось родство Головкина к царскому дому.
В самый последний момент, уже в день казни на площади, где стояли плахи и присутствовал палач, Елизавета Петровна заменила наказание вице-канцлеру на пожизненную ссылку. Императрица лишила Головкина всех его регалий, титулов, а также имущества, которое было конфисковано в пользу казны. Впоследствии эти земли императрица раздала своим фаворитам. После вынесения приговора граф совершенно пал духом и отчаялся, зато его супруга быстро оправилась в стрессовой ситуации и проявила решительный нрав.
Тогда императрица посчитала, что добродетельная Екатерина Ивановна ни в чем не виновата, поэтому она предложила Головкиной сохранить за ней не только придворное звание, но и разрешила ей проживать там, где она сама пожелает. И вот здесь поразительно решение, которое приняла графиня: она ответила, что отказывается покидать мужа и отправится вместе с ним в ссылку. Выдающийся поступок для хрупкой женщины той эпохи!
«На что мне почести и богатства, когда я не могу разделить их с другом моим? Любила мужа в счастье, люблю его и в несчастье и одной милости прошу, чтобы с ним быть неразлучно», — ответ графини Е.И.Головкиной императрице («Дом Романовых. Составление П. Х. Гребельского и А. Б. Мирвиса»).
Можно сказать, что графиня Головкина стала одной из первых декабристок, решивших разделить с любимым мужем все его горести. Представляла ли эта мужественная женщина, что ее ждет впереди? Вряд ли она могла осознать это в полной мере… Светское общество было поражено решением графини: одно дело, когда семьи опальных царедворцев отправляли в ссылку по решению царствующих особ, но чтобы знатная женщина по доброй воле решила поехать в Сибирь, это было удивительно. Хотя, справедливости ради, надо отметить, что в том же году поехали вслед за осужденными мужьями в ссылку и Марфа Остерман, и Барбара Миних.
Перед отъездом супругов в ссылку граф Чернышев, искренне сочувствовавший обездоленным заключенным, еле добился от властей разрешения, выделить им хотя бы один овечий тулуп и разрешить взять немного денег с собой в дорогу, а также несколько икон из дома. Сам Головкин при встрече с верной женой расплакался и целовал ей руки. Он был серьезно болен в тот момент, поэтому в сани его отнесли на руках солдаты, а рядом с ним села графиня. Головкиных отправили на поселение в село Ярмонгу (ныне это город Среднеколымск в Якутии).
Не только графская чета, но даже их тюремщики слабо представляли, где конкретно расположено это место. Долгих два года супруги Головкины под конвоем солдат добирались туда на нескольких подводах. Холод, голод, унижения, постоянные досмотры – многое пришлось пережить им в пути. В дороге Михаил Гаврилович окончательно разболелся, очевидно, от всех потрясений, которые выпали на его долю, также он мучился подагрой. И только благодаря самоотверженному уходу жены ему удалось поправиться.
Сначала супруги под конвоем доехали до Иркутска, а потом им еще предстоял долгий путь до Ярмонги, где и был расположен острог. Впоследствии это место еще долгое время называли «тюрьмой без решеток». Из-за удаленности от цивилизации добраться туда, как и выбраться оттуда, было крайне сложно. Поселили супругов там в небольшой хижине, где они жили в большой бедности под постоянной охраной. Самому графу разрешалось выходить на улицу только под надзором 2 солдат.
Несмотря на столь жесткие условия, Головкиным все же дозволялось посещать приходскую церковь по воскресеньям. Сложно представить, как супружеская чета пережила морально столь сокрушительное падение. Будучи одними из главных богачей, чьи прихоти исполняли десятки слуг, Головкины впали в совершенную нищету. На пропитание государство выделяло им муку и немного продуктов, остальное им пришлось добывать своим трудом. Основной едой в Ярмонге была рыба, поэтому спустя время граф выучился рыбачить.
Графине позволили с собой взять в ссылку нескольких преданных слуг. Правда, добрались до места заключения Головкиных всего двое из них, остальные то ли сбежали, то ли умерли в дороге. Из воспоминаний племянника Головкина можно узнать, что Екатерина Ивановна рассказывала ему, что в ссылке они часто ели различные дикие коренья, которые им привозили шаманы. Также графине удалось подружиться с местными знахарками, которые делились с ней своими травами, помогавшими супругам от различных болезней. Изредка доходили до ссыльных и письма от родственников Головкина.
Екатерина Ивановна без устали руководила своим небольшим хозяйством, сама научилась стирать и готовить, стремилась как могла придать уют месту, где они жили, заботилась о больном муже. Преданность графини своему супругу, ее неунывающий характер, а также постоянный труд завоевали ей поддержку как среди местного населения, так и среди собственных тюремщиков. Чего все это стоило женщине, выросшей в изнеженной обстановке, остается только догадываться…
Вместе с мужем Екатерина Ивановна прожила в ссылке 13 лет, пока Михаил Гаврилович не умер. Он скончался в ноябре 1754 года, в возрасте 55 лет. К моменту смерти он находился в тяжелейшей депрессии. Наверное, сердце его все же не выдержало условий содержания. Хотя есть и другая, более жестокая версия у историка Карабина: что якобы графа задушили собственные слуги, уставшие жить в нечеловеческих условиях.
Смерть любимого человека стала большим горем для графини, и только тогда она позволила себе предаться горьким слезам. Екатерина Ивановна отказалась хоронить мужа на краю земли, решив перевезти его тело в Москву, в семейный склеп. Скорее всего, это было предсмертное пожелание самого Головкина. Казалось бы, план этот выглядел совершенно нереалистично для того времени, но этой сильной женщине удалось его реализовать. Она вместе со слугами забальзамировала тело графа снадобьями шаманов и разместила его, по одной версии, в сенях дома, где она проживала, по другой же, более реалистичной, в землянке, вырытой рядом с избой, где она соорудила своеобразную часовню.
После чего отправила прошение императрице с просьбой разрешить ей вернуться из ссылки и перевезти останки мужа в Москву. И спустя длительное время получила ответ: Елизавета Петровна откликнулась на ее письмо и позволила Головкиной вернуться. Бумага эта шла до нее более года, потому что власти никак не могли найти место, где отбывала ссылку графиня Головкина. То есть еще около двух лет после смерти мужа Екатерина Ивановна выживала в Ярмонге уже одна, управляясь со своим хозяйством.
В конце концов, получив долгожданное письмо, графиня забрала тело супруга и на перекладных повезла его домой. Как ни тяжел был этот путь, но мужественной Екатерине Ивановне удалось выполнить предсмертную просьбу мужа. Вернувшись в Москву, она похоронила его в Георгиевском монастыре (увы, до наших дней он не сохранился). На тот момент Головкиной было около 54 лет.
«Четырнадцать лет она разделяла с мужем все невзгоды жизни в сибирской глуши. За все это время она ни разу не позволила себе не только заплакать при муже, но даже пожалеть о прошлом, а своим самоотверженным уходом исцелила мужа от подагры, от которой он никак не мог освободиться в Петербурге. Получив разрешение перевести прах мужа в Москву, она там же и поселилась и дожила до глубокой старости, славясь своей благотворительностью», — М.Д.Хмыров «Графиня Екатерина Ивановна Головкина и ее время», 1867 год.
Поселилась она в доме своего отца в Москве, который ей все-таки вернули власти, на Никитской улице. Естественно, за эти годы все имущество было разграблено, и несколько лет вдова еле сводя концы с концами, выживая на небольшие суммы, которые ей изредка выделяли родственники.
И только когда на престол взошла Екатерина II, она, тронутая невероятной историей графини, назначила ей огромную ежегодную пенсию в 4 тысячи рублей, вернула часть имений и одарила ее несколькими тысячами крепостных душ. Императрица даже посетила Екатерину Ивановну во время ее визита в Москву.
Все это позволило Головкиной активно заниматься благотворительностью. Ни один просящий, обратившийся в ее дом, не оставался без помощи и небольшого подаяния. В 1764 году она построила храм Рождества Пресвятой Богородицы в Тарычево, который до сих пор действует в Московской области.
Испытав на себе столько ударов судьбы, графине сложно было вести прежнюю жизнь богатой барыни. Поэтому спустя несколько лет она поселилась в той же обители, где было упокоено тело ее мужа. Георгиевская обитель отличалась тем, что сюда постригались дамы из самых знатных родов, а также здесь разрешалось жить женщинам, которые не готовы были принять постриг, но хотели жить при монастыре. Здесь, не постригаясь в монахини, и поселилась Екатерина Ивановна.
Графиня прижилась в монастыре и больше его не покидала. Она много времени посвящала помощи больным и бедным людям, усердно молилась. Екатерина Ивановна пользовалась большим уважением среди москвичей, и многие считали ее практически святой: к ней постоянно приезжали за советом или обращались за помощью. Она ласково принимала всех, никому, не отказывая во внимании. Долгую жизнь прожила графиня Головкина, многое повидав на своем веку. Екатерина Ивановна ушла в мир иной весной 1791 года, когда ей было 88 лет. На ней и прервался род Ромодановских.
Ее современники говорили, что графиня Головкина не испытывала сожалений о своем поступке, считая, что она все сделала правильно, отправившись в ссылку. А ведь она могла преспокойно остаться в Москве и продолжать жить достаточно комфортной жизнью, но она выбрала тяжкий путь, решив разделить с мужем все беды и испытания, пока смерть не разлучила их. Удивительна судьба этой русской женщины, показавшей настоящий пример супружеской верности, безмерной любви и невероятной силы духа!
С вами Марина Берёзина, подписывайтесь на мой канал! Благодарю вас за лайки 👍