Однажды меня пытались заставить петь в хоре.
Пришла высокая строгая дамочка, которую представили нам как психолога. Дамочка в чёрных брюках, чёрном пиджаке, с чёрными крашенными волосами. Стрижка у неё была интересная. Стильная - в виде немецкой каски, говорят, что-то жутко модное. Но мне её внешность показалась какой-то надуманной. Как будто слизала свой образ из дешёвых психологических романов и очень довольна этому. А мы не очень. Я, во всяком случае. Мне неприятно смотреть на женщину, которая запакована в вещь-мешок. Я должен видеть глаза - это минимум. У психолога и глаз не было видно. Каска предполагает защитные очки. И они у неё были. Мутно жёлтые. И вот представьте себе такую картину. После жидкого утреннего чая в отделение приводят страшную чёрную даму и называют её психологом, и просят всех построиться у красного уголка, чтобы она пояснила нам цель своего визита. Построились. Как могли, конечно. Стоять в линию мало кто из нас мог, а я не хотел. Чувствуете разницу? Я статусный сумасшедший. Нуль. Стало быть, имею право на своеволие.
Санитар наш словно почуял неладное - рыжий акулёнок Василий, который моментально носом ведёт, когда чувствует добычу. Подошёл ко мне, посмотрел упруго в глаза и спросил: "А тебе, что? Не хочется петь хором? Ты у меня погоди. Доложу Сан Санычу. Выть будешь в наблюдательной".
Тут я прикинулся сумасшедшим. Сами понимаете, чтобы существовать в психиатрической клинике и не сойти с ума, необходимо притворяться придурком. Я скривил физиономию и заплакал, чтобы Василий поскорее переключился на кого-нибудь другого, но Вася продолжал вглядываться в моё лицо. Тогда я свернул дулю и незаметно сунул кулак в карман. Этому трюку меня научили бывалые. Если перед тобой навис идиот в белом халате, нужно немедленно свернуть фигу и спрятать в карман. Отпугивает тёмные силы. Тогда ко мне подошла психолог и спросила, в чём дело. Санитар ответил, что я никогда не делаю из того, что предписано. И нередко попадаю за это в наблюдательную палату.
Психолог подошла ко мне вплотную, спустила вниз жёлтые очки, взглянула на меня узкими змеиными глазами, и я понял, что эта дамочка из тех, которые рядятся в толстую змеиную кожу, потому что боятся оставаться собой. Её кожаная риза была маской для стаи. Той самой маской, за которые прячутся люди, чтобы вожаки не вычислили их настоящее "я". Вполне понимаю. Не разделяю, но понимаю. Стало быть, прощаю. Единички слабы в своих страхах однажды стать нулями. Они охотно отдают свободу другим, только бы не принимать ответственность. Ещё одна маска - это власть. Если они получают власть, это даёт им право загонять свои "я" ещё глубже. Властвуя, они теряют своенравие. Покоряются силе, чтобы покорять других, более слабых. Но я не был слабым. Моё преимущество - оставаться непокорным нулём.
- Меня зовут Маргарита Ивановна, - сказала она фальшиво ласковым голосом. - Сегодня мы должны спеть хором гимн вашего отделения. Вы не против?
- Нет, - соврал я.
- Василий, постройте остальных напротив окон. Я должна видеть их лица.
Санитар бросился исполнять.
В руках у дамочки ничего не было. Но мне показалось, что она поигрывает кнутом для садистских игрищ. Что-то плотоядное появилось у неё в лице. Белый халат на ней сидел какой-то старой хламидой, оторвавшейся от плоти. Халат - сброшенная змеиная кожа. Точно так. Маргарита Ивановна линяла у меня на глазах.
Как могли, построились лицами к окнам. Решётки рассекали утреннее пространство улицы, делая невозможным прямую перспективу. Только обратная, как на иконах. Мироздание заглядывало нам в окна, а не мы смотрели из окон на мироздание.
Из радиоточки зашипела музыка. Гимн первого мужского отделения. Что-то типа "славься наше родное первое...как нам счастливо живётся в палатах..." В общем, обычная казёнщина, к которой все давно привыкли. Психи запели. Санитар и психолог внимательно вглядывались в каждого пациента, чтобы вычислить бунтарей. Но психи пели хором. Кроме меня. Я только делал вид, что пою. Сам лишь открывал рот, как рыба, выброшенная из воды на сушу. И, кажется, у меня это неплохо получалось, так как ни Василий, ни Марго обмана не заметили.
(продолжение следует)