Вызов поступил около 19:00. Диспетчер передала: «Девушка 18 лет, потеря сознания, предположительно аллергическая реакция».
Мы с напарником Евгением сидели и ужинали на подстанции, но выехали сразу. Сочетание слов «аллергическая реакция» и «потеря сознания» говорили о том, что действовать нужно быстро. Ведь это может означать только одно — отёк Квинке в самом агрессивном его проявлении.
— Реанимационный набор сразу беру? — уточнил Женя, пока мы мчались с сиренами через вечерние пробки.
— Конечно. И кислород, — подтвердил я, уже прокручивая в голове все наши дальнейшие действия.
Адрес — пятиэтажка в спальном районе. Третья дверь на втором этаже. Она была приоткрыта. Из квартиры доносился отчаянный женский крик.
Мы вбежали в узкий коридор, роняя своими сумками висящую на вешалках одежду. В кухне на полу, раскинув руки, лежала девушка. Лицо её было багровым, губы распухли так, что казались чужими, неестественными. Веки припухли, глаза закрыты.
Над ней на коленях стояла женщина лет сорока пяти. Она давила на грудь девушки — резко, ритмично, не в такт, неумело. Глаза её были безумные.
— Даша! Даша!!! — кричала она. — Не умирай!!! Не умирай, слышишь!!!
— Женщина! — обратился я к ней. — Остановитесь!
Она не слышала. Она продолжала давить на грудь, всё быстрее, всё сильнее, и каждый толчок был криком: «Даша! Даша!»
Я схватил её за плечи, оттащил. Она вырывалась, не отпуская дочь.
— Женя! — крикнул я. — Осматривай!
Напарник уже проверял пульс на сонной артерии, наклонялась к лицу, слушая дыхание.
— Пульс не прощупывается! — констатировал он. — Дыхания нет! Зрачки не реагируют.
— Женщина, послушайте! — повернулся я к матери. — Как это случилось?! Что было?! Что-то съела или выпила?
— Я не знаю! Ничего, вроде, не ела и не пила такого... — дрожащим голосом ответила женщина, немного собравшись. — Она... вышла из комнаты... вся красная... дышать не может... У неё как-то в детстве было что-то похожее, тогда тоже скорую вызывали... Даша! Даша!!!
— Что за запах от неё? Она чем-то намазалась? — перебил я её.
Запах, который шёл от девушки, был резким, едким — скипидар, полынь, что-то ещё.
Мать вздрогнула, её взгляд стал чуть более осмысленным.
— Она... она... из деревни приехала... Бабушка, возможно, дала что-то... Не могу дозвониться до бабушки...
Приступили к срочным реанимационным мероприятиям.
Я начал делать непрямой массаж сердца. Женя уже открывала ампулы, набирал шприц.
Я снова повернулся к матери:
— Вы сказали, у неё аллергия была в детстве? На что?
— Да! — мать закивала, всхлипывая. — В детстве! На антибиотики! На шерсть животных и на что-то ещё... Одышка однажды была... Мы скорую вызывали...
— С отёком Квинке? — переспросил я.
— Да, кажется... — она заплакала.
— Женя, адреналин готов?
— Готов!
Мы с трудом нашли вену — руки девушки были холодными, кожа бледной, но в локтевом сгибе удалось попасть. Ввели препарат. Я продолжил непрямой массаж сердца. Напарник «дышал» мешком Амбу.
— Раз, два, три, четыре...
Тишина в квартире стояла такая, что слышен был каждый мой счёт. Мать замерла у стены, прижав руки к лицу, и смотрела...
ПРЕДЫСТОРИЯ
Даша выросла в городе, но деревня была её местом силы. Там, в старом доме с резными наличниками, жила бабушка — маленькая, сухонькая, в цветастом платке и огромном фартуке. Бабушкин дом пах яблоками, сушёными травами и ещё чем-то родным с детства.
В эту субботу Даша, как всегда, выехала из города сразу после пар. С собой — рюкзак с лекциями, сменка, мешок гостинцев для бабушки. Дорога заняла час, потом автобус до остановки, потом пешком через поле, мимо старого колодца.
— Дашенька! — бабушка встретила её на крыльце. — Приехала, голубушка! А я пирогов с картошкой напекла.
Они обнялись. Пахло сеном и дымком — в доме топилась печь.
Вечером Даша помогала по хозяйству: принесла воды из колодца, покормила кур, заглянула в сарай к овцам. У каждой было имя: Снежка, Луна, Белла, Рапунцель и баран Барон. Услышав её голос, они заволновались, подошли к ограде, тыкаясь мордами в ладони.
— Баб, а Снежка скоро родит?
— Должна. Живот уже большой. Только ты её сильно не тискай, аллергия у тебя на шерсть.
— Да ладно, не всегда же она бывает, — отмахнулась Даша. — Баб, а ты в город к нам не хочешь переехать? Мы бы так рады были.
Бабушка вздохнула:
— Хозяйство же. Куры, овцы. Да и тебе нравится сюда приезжать.
— Ну да, деревенский вайб мне заходит, — рассмеялась Даша.
— Чего-чего?
— Атмосфера, говорю, нравится.
— Ох уж эти ваши словечки, — покачала головой бабушка.
В воскресенье перед Дашиным отъездом бабушка заметила у неё крапивницу на коже.
— Эх. Опять у тебя аллергия пошла. Вот говорила тебе, не бегай в сарай надолго.
Бабушка задумалась, потом вспомнила:
Знаешь, мне тут Клавдия, с соседней улицы, баночку мази дала. Ей знахарка из соседней деревни передала. Говорит, от всего помогает: от синяков, от болей, от почесухи, от аллергии твоей. Один раз намажешь — и хворь как рукой снимет. Там травы, скипидар, полынь, мята. Наговоры читала, когда смешивала. Возьми, попробуй.
— А это не опасно?
— Да ну! Всем помогает. И я, бывает, суставы мажу. Только в дороге не мажься, запах ядрёный — вся электричка шарахаться будет.
Даша сунула баночку в рюкзак, замотав в несколько пакетов.
Домой она вернулась около шести. Мать накрывала на стол.
— Как бабушка?
— Нормально. Пирогов передала.
— Хорошо. Пойди отдохни с дороги.
Даша закрылась в комнате, достала баночку. Колебалась недолго: желание гладить своих овечек без аллергии пересилило страх. Стянула футболку, мазнула пальцем. Мазь была густой, тёмной, с резким, бьющим в нос запахом. Она нанесла её на руки, живот, спину.
Минут через двадцать её начало жечь. Кожа покраснела, пошла пятнами, стала горячей.
— Мам! — позвала Даша.
Ответа не было.
Она встала, пошатнулась, вышла в коридор. Та сидела на кухне в наушниках, читала что-то в ноутбуке.
— Мама... — выдохнула Даша. — Мне плохо.
Женщина подняла глаза и замерла. Дочь стояла перед ней — вся красная, пятнистая, губы распухли, глаза слезились, дыхание было частым, поверхностным, со свистом.
— Аллергия?! На что?
— Не знаю... Трудно дышать...
Мама схватила телефон, трясущимися пальцами набирала всем запомнившийся с детство номер «03», но вызов не шёл.
— Сбрасывается номер! — отчаянно воскликнула мама.
— 112... — прошептала Даша и осела на пол...
КОНЕЦ 1 ЧАСТИ.
---------------
Друзья, полную версию этой истории я выложил в своём закрытом "КЛУБЕ МЕДИЦИНСКИХ ДЕТЕКТИВОВ". Там хранится огромный архив самых интересных и шокирующих историй из моей 20-летней практики в службе «03», которые я не могу выложить в открытый доступ. Архив активно пополняется. Нас уже более тысячи постоянных читателей. Присоединяйтесь и вы! 🔥🚑 (Для подписчиков клуба вход открыт).