Фильмы о супергероях уже не те, что раньше. Это не упрёк - жанр совершил гигантский рывок вперёд, - но у фильма 2026 года будет совершенно иной привкус, чем у картины 2002-го, а тем более 1990-го. Кинотренды накатывают волнами и откатывают: сегодня прокат заняло супергеройское кино, скроенное по лекалам киновселенной Marvel, но тридцать лет назад расклад был совсем другим.
Голливуд тогда ещё купался в ударной волне от "Бэтмена" Тима Бёртона - кассового феномена, перевернувшего представление о том, чем вообще может быть супергерой в массовой культуре, - и другие студии рвались урвать свой кусок. Следующие годы стали обаятельной смесью лихорадочных экспериментов и неуклюжей эволюции - своеобразным чистилищем, где зритель ещё не успел распробовать Росомаху в исполнении Хью Джекмана, но плащи и костюмы уже могли приносить большие деньги. Разумеется, если всё было сделано как надо.
"Люди Икс" запустили жанровое взросление и доказали, что супергероика способна стабильно собирать кассу, - но землетрясение устроил именно "Человек-паук" Сэма Рэйми. Как и бёртоновская интерпретация Тёмного рыцаря годами ранее, рэймивский Стеночник был насквозь авторским - замешанным на искренней любви к оригинальным комиксам Стэна Ли, Стива Дитко и Джона Ромиты-старшего и на тёмных, безбашенных режиссёрских импульсах.
Фильм стал образцом великой экранизации: бережно извлечённый из первоисточника, верный ему и при этом выразительный, изобретательный, глубоко индивидуальный. Рэйми хранил верность комиксам Marvel и одновременно - самому себе: он перенёс на экран фирменные приёмы, отточенные им в жанровом кино восьмидесятых и девяностых, и пропустил их через максималистскую блокбастерную оптику.
Но "Человек-паук" не был для Рэйми первым заездом на комиксовое родео. Больше чем за десятилетие до этого, в те самые неуклюжие, подростковые годы жанра, он вывел на большой экран собственного героя - и снял фильм, который, несмотря на преданную культовую аудиторию, незаслуженно редко вспоминают.
"Человек тьмы" один из самых недооценённых фильмов по комиксам в истории
Снятый на волне бэтмании и недолгого, но яркого пульпового возрождения начала девяностых, "Человек тьмы" стал рэймивской данью уважения комиксам Золотого века и ретро-радиосериалам - приправленной щедрой порцией готического хоррора. Фильм вращался вокруг одноимённого мстителя - блестящего учёного доктора Пейтона Уэстлейка (Лиам Нисон), изуродованного и брошенного умирать бандитским синдикатом.
Выбравшись из-под обломков, Уэстлейк восстанавливает разрушенную лабораторию и пускает в ход своё изобретение - синтетическую кожу - чтобы стравить преступников друг с другом и вырвать из их лап свою возлюбленную.
"Человек тьмы" был стопроцентно рэймивским творением - любовной дистилляцией всего, что мы привыкли связывать с режиссёром, пульповой и роскошно бунтарской. Но всё могло сложиться иначе. Рэйми годами безуспешно пытался убедить Universal экранизировать "Тень" Уолтера Б. Гибсона - пожалуй, самого культового пульпового героя, во многом породившего "Бэтмена", - прежде чем переработал идею в оригинальную концепцию "Человека тьмы".
Перемена окупилась сполна. "Человек тьмы" показал жанровую гибкость Рэйми и его готовность к более масштабным проектам (пусть и не без стычек с Universal), а заодно открыл новую главу в карьере: положил начало многолетнему союзу с композитором Дэнни Эльфманом, который станет культовым в следующем десятилетии благодаря "Человеку-пауку" и его сиквелам. Фильм собрал неплохую кассу и получил тёплые отзывы критиков, хотя со временем тихо превратился в жертву обстоятельств.
Рэйми создал потрясающе весёлое кино, поймавшее первородные пульповые вибрации супергероев тридцатых, - но оно вышло посреди приливной волны трогательно заблудших и столь же страстных пульповых экспериментов. В 1990-м - причудливая, но дерзкая экранизация "Дика Трейси" Уоррена Битти, в 1991-м - "Ракетчик" от Джо Джонстона. Затем последовала "Тень" с Алеком Болдуином, и наконец - безумная экранизация "Фантома" с Билли Зейном. Во всей этой полосе супергеройского кино ощущается тональная аморфность, и на фоне сейсмического "Бэтмена", а десятилетием позже - рэймивского "Человека-паука" - "Человек тьмы" попросту теряется.
Как Universal едва не погубила "Человека тьмы"
Рэйми снял картину, вобравшую все его главные вдохновения, со всеми мыслимыми эксцентричными наворотами, но у студии были свои взгляды. Опасения Universal подтвердились, когда первый монтаж провалился на тестовых показах. Давление на монтажёра Дэвида Стивена оказалось настолько сильным, что, по слухам, он покинул проект из-за нервного истощения. Начался затяжной постпродакшен, где за финальный монтаж боролись две версии: сильно урезанная, собранная Бадом С. Смитом, и переработанная - дело рук продюсера Роберта Таперта и Боба Муравски.
И тогда - в диверсии, достойной самого доктора Уэстлейка, - Таперт за спиной Universal и без ведома Рэйми отправил их совместную с Муравски версию как финальную. Когда студия раскусила подмену, вмешиваться было уже поздно. "Человек тьмы" попал в кинотеатры без благословения ни режиссёра, ни студии - случай почти уникальный.
Путь к экранам вышел таким же диким, как и сам фильм, но чутьё Таперта не подвело. "Человек тьмы" не повторил цифр "Бэтмена" (да и странно было бы ожидать подобного), но в прокате показал себя достойно и нарастил крепкую фан-базу на домашнем видео - достаточную, чтобы породить два сиквела для видеорынка, где Нисона сменил Арнольд Вослу из "Мумии".
Но гораздо важнее другое: хитроумная кинодиверсия Таперта сохранила дух Рэйми и закрепила за режиссёром репутацию, ставшую трамплином на следующие два десятилетия. За "Человеком тьмы" последовала "Армия тьмы" - самый боевой фильм из трилогии "Зловещих мертвецов", - затем продюсерская работа над "Трудной мишенью" Джона Ву, потом "Быстрый и мёртвый" и, наконец, "Человек-паук".
"Человек тьмы" доказал, что Сэм Рэйми - идеальный режиссёр для "Человека-паука"
Прежде чем Рэйми получил "Человека-паука", к проекту присматривались другие крупные режиссёры - Джеймс Кэмерон, Майкл Бэй, Дэвид Финчер, Ян де Бонт, Тони Скотт. Но всем им, при всех заслугах, не хватало одного: подлинной любви к оригинальным комиксам Marvel. Кэмерон хотел снять мрачную, жёсткую версию с Леонардо Ди Каприо, Финчер отмахнулся от истории происхождения и тяготел к экранизации "Ночи, когда погибла Гвен Стейси". Остальные были мастерами экшена, но комиксовый жанр - тогда ещё молодой - оставался для них чужой территорией.
Рэйми предложил Sony то, чего не мог дать никто из конкурентов: глубокое знание и искреннюю привязанность к комиксам Стэна Ли и Стива Дитко, а в придачу - больше десяти лет опыта в супергеройском кино, заложенного ещё "Человеком тьмы". Фанатская преданность первоисточнику плюс проверенная жанровая хватка - именно это склонило чашу весов в его пользу.
На выходе мы получили фильм, абсолютно верный мифологии Ли и Дитко и при этом насквозь пропитанный стилем самого Рэйми: масштабный, дерзкий, великолепный сплав экшена и хоррора, ставший любовным письмом к истокам американской поп-культуры. По сути, "Человек тьмы" версия 2.0 - только крупнее и амбициознее: другой масштаб и бюджет позволили Рэйми вложить в картину весь двадцатилетний режиссёрский опыт.
"Человек тьмы" в одиночку не породил рэймивского "Человека-паука", но вместе они - два ключевых звена единой кинематографической цепочки, которая тянется от любительских съёмок в лесу с друзьями через "Зловещих мертвецов" до Уиллема Дефо, беснующегося в зелёной маске Гоблина.