Свеча оплывала. Рита смотрела на неё и думала про среду.
Священник говорил про верность и благодать, про испытания и терпение. Виктор стоял рядом, прямой, в сером костюме, и слушал с таким лицом, будто слова касались его и он принимал каждое. Рита тоже стояла прямо. Держала свечу двумя руками.
«Клянёшься ли ты хранить верность...»
Воск капнул ей на пальцы. Она не отдёрнула руку.
*
В среду вечером Виктор попросил позвонить Денису насчёт автобуса для гостей. «С моего позвони, там его номер в контактах», — сказал и ушёл в душ.
Рита взяла его телефон. Нашла Дениса. Позвонила, договорилась, автобус на двенадцать. Положила телефон на стол — и увидела.
Уведомление пришло пока она говорила. Имя незнакомое. «Я скучаю. Ты позвонишь сегодня?»
В ванной шумела вода. Рита открыла переписку.
Читала долго. Четыре минуты, может пять. Там было много сообщений. Не один день. Месяцы.
Потом положила телефон туда, где он лежал. Отошла к окну.
За окном шла стройка. Кран поворачивался медленно, без звука за двойным стеклом.
Виктор вышел из ванной, тёр волосы полотенцем.
«Дозвонилась?»
«Да. Автобус на двенадцать».
«Отлично». Он поцеловал её в висок и пошёл на кухню.
Рита осталась у окна.
*
Ночью она не спала. Лежала на своей стороне, слушала как Виктор дышит ровно, и думала про то что прочитала. Имя было Алина. Последнее сообщение пришло в понедельник.
К трём ночи что-то похожее на решение у неё сложилось. Потом рассыпалось. Потом снова сложилось.
В пять она встала, выпила воды прямо из-под крана. Посмотрела на его телефон на тумбочке. Не тронула.
Легла обратно. Лежала до семи.
Думала: если скажу сейчас, всё остановится. Мама уже взяла отпуск. Тётя Нина летит из Екатеринбурга. Зал оплачен.
Думала: и что?
И ничего не решила.
*
Утром он был обычный. Варил кофе, говорил что надо заехать в химчистку за его костюмом, рассказывал про Дениса и подарок с доставкой. Рита кивала. Ела тост. Смотрела как он режет хлеб — правой рукой, большой палец сверху.
«Ты устала?» — спросил он.
«Плохо сплю. Волнение наверное».
«Это пройдёт», — сказал Виктор и погладил её по плечу.
Она не отодвинулась.
После того как он уехал, Рита долго сидела за столом. Перед ней стояла его кружка. Кофе не допил. Снова. Три года она это знала про него, что он не допивает кофе. Про Алину не знала.
Сколько ещё не знала — этот вопрос она себе не задавала. Боялась ответа.
*
Пятница. Примерка.
Мама приехала с утра, привезла кольца в маленькой коробочке, заплакала ещё в прихожей. «Ты такая красивая. Папа бы так радовался».
Рита надела платье. Портниха обходила её по кругу, поправляла у плеча. Мама сидела на стуле и промакивала глаза салфеткой.
«Ритуля. Ты счастлива?»
Рита смотрела на себя в зеркало. Белое. Закрытые плечи. Фата до пола.
«Да, мам».
Мама встала, обняла её сзади, осторожно, чтобы не смять. Рита смотрела на их отражение — мать с красными глазами и она, прямая, с руками вдоль тела.
«Виктор хороший», — сказала мама. Не спрашивала, просто говорила.
«Да», — сказала Рита.
Портниха попросила поднять руки. Рита подняла.
*
Церковь пахла воском и старым деревом. Гости стояли сзади, Рита слышала шорох, тихий кашель, чьи-то каблуки по каменному полу. Таня была где-то за её спиной. Рита знала это без оборота.
Священник дошёл до клятвы.
«Виктор, клянёшься ли ты хранить верность супруге твоей...»
«Клянусь».
Голос не дрогнул. Он смотрел на неё прямо, серьёзно, так как смотрят когда говорят правду. Рита смотрела на него. Свеча оплывала у неё в руках, воск тёк на пальцы, горячий, потом сразу холодеющий.
Потом была её очередь.
Она говорила то что положено говорить.
*
На фотографиях они вышли хорошо. Виктор улыбается. Рита тоже улыбается. Таня потом сказала что никогда не видела её такой красивой.
Кольцо она носит. Оно сидит хорошо.
Переписку больше не открывала. Телефон был его, не её.
Иногда, когда он не допивает кофе и уходит, она сидит за кухонным столом и думает про ту ночь. Про кран за окном. Про то как лежала и считала его дыхание.
Решила ли она что-то тогда по-настоящему — она не знает. Может просто не нашла в себе сил остановить то что уже было запущено. Может знала что-то про него, чего сама себе не объясняла словами.
Платье мама хранит у себя. Сама забрала, Рита не просила.
Иногда Рита думает: хорошо это или нет, что промолчала. Не приходит к ответу. Живёт дальше.
---
А вы бы сказали до — или промолчали? Напишите в комментарии. Кнопка справа для тех кто хочет продолжения.