Шесть ушей на обочине
Лиссабонское солнце пекло не хуже, чем в Сахаре. Трое друзей — Томаш, Дуарте и Рикардо — возвращались с серфинга, лениво перекидываясь шутками. Дуарте, как всегда, возился с замком рюкзака, из которого торчала мокрая футболка.
— Да брось ты его, — лениво протянул Рикардо, жуя сэндвич. — Твоя веревка всё равно никому не нужна.
— Она нужна, — буркнул Дуарте. — Это мой страховочный запас. Вдруг мы встретим дракона?
— В Португалии нет драконов, Дуарте, — засмеялся Томаш. — Только сардины и туристы, которые падают в ямы.
Они как раз проходили мимо очередного участка дороги, перерытого коммунальщиками. Огромная квадратная яма, глубиной метра два с половиной, была огорожена синей лентой, которую ветер уже наполовину сорвал. Рикардо первым заглянул внутрь, и сэндвич выпал у него из рук.
— О мой Бог... Ребята, идите сюда.
Внизу, на сыром песке, лежали двое. Сначала Томаш подумал, что это люди в костюмах. Но когда глаза привыкли к тени, он понял: это не костюмы. Антропоморфный лис в полицейской рубашке цвета хаки и антропоморфная крольчиха в такой же форме лежали неподвижно. Их глаза были закрыты, только уши — огромные серые уши крольчихи и чуткие рыжие уши лиса — слегка подрагивали, словно они ловили звуки, но тела не слушались.
— Это же... — выдохнул Дуарте, спускаясь ниже по склону. — Это же Джуди Хопс и Ник Уайлд! Из «Зверополиса»!
— Ты с ума сошел? — фыркнул Рикардо. — Мультики смотреть надо меньше.
— Да посмотри ты! — Дуарте кинул в него комком земли. — Полицейские жетоны на шее! Это они!
Внизу послышался слабый стон. Джуди пошевелила лапой, но сделать это ей было больно. Они были без сознания, но явно в критическом состоянии.
— Эй! — крикнул Томаш в яму. — Эй, офицеры! Вы нас слышите?
Уши Джуди дернулись. Ник нахмурился во сне, но глаза не открыл.
— Не реагируют, — констатировал Томаш. — У них такое ощущение, будто они в коме. Нужно звонить в службу спасения. И по-хорошему, нам самим надо спускаться. Если мы тут будем ждать, пока приедет «IMEW»*, они тут просто... ну, вы поняли. А то как-бы эти кролик и лис в Португалии не сдохли.
— Постой, — Дуарте резко дернул молнию на рюкзаке, порвав её окончательно. — У меня есть карабин и веревка!
— О, дракона решил ловить? — усмехнулся Рикардо, но Томаш уже забирал снаряжение.
— Завязывай, Рик. Дуарте, ты легче всех. Делаешь страховку.
Через три минуты Дуарте, обвязав веревку вокруг пояса узлом, который он выучил в скаутском лагере, примотал конец к корявому дереву, росшему на краю тротуара. Он спустился вниз, осторожно ступая по осыпающейся земле.
— У них пульс есть! — крикнул он снизу, прикасаясь к шее Ника. — Но Джуди... мне кажется, у неё повреждена лапа. Она неестественно лежит.
— Черт! — Томаш оглянулся по сторонам. — Рик, беги к дороге! Останови первую же машину! Нам нужна помощь, чтобы их поднять.
Рикардо выскочил на проезжую часть, размахивая руками. Первым оказался здоровенный джип, за рулем которого сидел мужчина с бородой, Жуан. Он резко затормозил, готовый уже выругаться на неадекватных подростков, но Рикардо просто указал пальцем вниз, в яму.
Жуан подошел к краю, присвистнул и, не говоря ни слова, полез в багажник за аптечкой.
Пока Жуан спускался к Дуарте, Томаш накинул вторую веревку. Жуан, как бывалый турист, быстро оценил обстановку. У Джуди действительно была повреждена левая лапа. Она не открывала глаза, но морщилась при касании.
— Их нужно привести в чувства, — сказал Жуан, доставая нашатырь. — А потом поднимать.
Он аккуратно поднес ватку к носу крольчихи. Джуди чихнула. Огромные фиолетовые глаза распахнулись, в них плескался ужас и дезориентация.
— Где... — прошептала она. — Ник?
— Рядом, мисс, — мягко сказал Жуан. — Не двигайтесь.
Ник пришел в себя чуть позже. Он закашлялся и попытался встать на задние лапы, но ноги подкашивались.
— Спокойно, — сказал Дуарте, поддерживая лиса. — Вы упали. Мы поможем.
Им удалось наложить шину Джуди, используя принцип «здоровая лапа к больной» и ту самую веревку Дуарте. С помощью страховки, которую уже настроил Томаш, Жуан и Дуарте на руках вытащили сначала крольчиху, а затем и лиса на поверхность.
Джуди лежала на траве, тяжело дыша. Её форма была изорвана и перепачкана землей. Она смотрела на людей с недоверием, но внезапно выражение её мордочки сменилось с испуганного на отчаянное. Она скрестила задние лапы, и её нос бешено задергался.
— Ох... — простонала она, прижимая здоровую лапу к животу. — Ох, нет-нет-нет...
— Что случилось? — Томаш склонился над ней.
— Мне... очень нужно... в туалет, — выдавила она сквозь зубы. Её щеки, и без того розовые, стали пунцовыми. — По малой нужде. Прямо сейчас. Я больше не могу терпеть.
Ник, хромая на правую лапу, попытался встать, чтобы помочь напарнице, но лишь взвыл от боли.
— Где тут ближайший туалет? — спросил Рикардо у Жуана.
— В торговом центре, через два квартала, — ответил тот. — Но она сама не дойдёт.
— Так, — Томаш не стал церемониться. Он подхватил Джуди на руки. Крольчиха весила не больше мешка картошки, но сопротивлялась из последних сил, сжимая лапы.
— Отпустите! Я сама! Я офицер... — пискнула она, но голос сорвался.
— Офицер, вы сейчас опишетесь мне на руки, и это будет позор для нас обоих, — резко сказал Томаш, переходя на быстрый шаг. — Несите Ника!
Дуарте взял лиса под руку, помогая ковылять следом. До туалета для лиц с ограниченными возможностями, который чудом оказался свободным, они добрались за минуту. Но Джуди уже была на пределе. Когда Томаш заносил её внутрь, она непроизвольно всхлипнула, и струйка мочи пропитала её форменные штаны, капнув на пол. Она с ужасом посмотрела на лужицу, потом на Томаша, и её глаза наполнились слезами стыда.
— Извините, — прошептала она.
— Да не извиняйтесь, — буркнул парень, аккуратно усаживая её на сиденье унитаза, не обращая внимания на мокрые штаны. На них, сквозь грязь, проступил рисунок морковок.
Через десять минут, отмыв лапы в раковине, Джуди вышла, хромая и кусая губы от унижения. Ник, который ждал снаружи, молча положил лапу ей на плечо. Взрослые Жуан уже уехал, оставив номер телефона.
— Нужно перекусить, — сказал Рикардо, чувствуя неловкость. — И подумать, что делать.
Они зашли в прикассовый автомат, купили кофе в стаканчиках и пончики, и направились в сквер. Джуди и Ник, сидя на лавочке, смотрели на огромных людей, которые ели сладости, чувствуя себя потерянными.
— Нам нужно в полицию, — наконец сказал Ник, откусывая пончик. Голос у него был хриплый, но командный. — Наши удостоверения настоящие. Нас должны отправить обратно.
В участке их ждало разочарование. Дежурный полицейский, пожилой сеньор с усами, смотрел на говорящих кролика и лиса с неподдельным изумлением. Он долго крутил в руках жетоны, сверялся с какой-то базой, звонил куда-то, но в итоге лишь развел руками.
— Сеньорита, сеньор... — сказал он с акцентом. — Ваши документы — не фальшивка. Система говорит, что вы настоящие офицеры из города... Зверополиса. Но у меня нет инструкции, как отправлять кролика в мультфильм обратно. Я могу выдать вам справку, что ваши удостоверения подлинны. И... мы подумаем. Если что-то узнаем — оповестим.
Со справкой на руках ребята вышли на улицу.
— И что теперь? — спросил Дуарте, глядя на притихших зверей. — Вы тут одни, в чужом мире, с травмами. Джуди на унитаз без помощи не заберется, лапа болит.
— У нас есть диван, — неожиданно предложил Томаш. — И маленькая квартира, но мы можем пожить вместе. Пока вы не встанете на лапы. В прямом смысле.
Джуди и Ник переглянулись. Гордость боролась с логикой. Победила логика.
— Спасибо, — тихо сказала Джуди. — Мы не забудем этого.
Они решили перекусить по-нормальному. В ларьке взяли шаурму с мясом. Джуди и Ник, будучи убежденными хищником и травоядным, слегка смутились. Но голод взял своё. Они съели всё, пытаясь не думать о том, из чего это сделано.
Вечер в маленькой квартире Томаша начался спокойно. Джуди и Ник лежали на раскладном диване, прикрытые пледом. Но спокойствие длилось недолго.
Сначала Джуди начала ерзать, прижимая лапы к животу. Её глаза расширились.
— Ник... — прошептала она. — У меня...
— Я тоже... — прохрипел лис, хватаясь за бок.
Томаш, который мыл посуду на кухне, услышал сдавленный стон. Он обернулся и увидел, как Джуди, забыв о больной лапе, пытается встать, но её трясет.
— Дуарте! — закричал Томаш. — Быстро!
Джуди и Ника практически на руках занесли в ванную. То, что случилось дальше, было неловко даже для подростков, привыкших к розыгрышам. Чужеродная еда сделала своё черное дело. Организмы, привыкшие к зверополисной кухне, взбунтовались. Когда через полчаса Джуди, дрожащая и бледная, вышла из ванной, её форма сзади была испорчена. Ник выглядел не лучше.
— Простите... — прошептала Джуди, глядя в пол. — Мы... я не могу. Это всё мясо.
— Ничего, — сказал Рикардо, который уже вызывал врача по видеосвязи. — С кем не бывает.
Пришедший врач, пожилая женщина, осмотрела их, не выказав ни капли удивления — в Лиссабоне всякое случалось. Она констатировала у Джуди сильное растяжение связок голеностопа, у Ника — ушиб. Выписала покой, диету (рис, бананы) и рекомендовала костыли.
Оставшись одни, ребята переглянулись.
— Так, — сказал Томаш, глядя на испачканную форму, висящую на стуле. — Это все нужно стирать. Включая... ну, вы поняли. Нижнее белье.
Джуди и Ник переглянулись с ужасом.
— Мы не можем, — жалобно сказала Джуди, хватаясь за воротник рубашки.
— Можете, — твердо сказал Дуарте. — Вы сейчас воняете, простите. И спать в этом нельзя. Снимайте.
С огромным смущением, под прикрытием пледа, Джуди и Ник сняли форму и нижнее белье. Томаш собрал всё в пакет и унес в стиральную машину, бросив на прощание:
— Морковки на трусах — это мило.
Джуди зарылась мордочкой в подушку, чтобы не видеть усмешку Ника. Они остались лежать голые под одеялом, чувствуя себя невероятно уязвимыми. Никогда в жизни им не было так стыдно.
Их накормили пюре с котлетой (на этот раз куриной, для нейтральности), напоили чаем. Уже ночью, когда Джуди лежала с закрытыми глазами, но не могла уснуть из-за ноющей боли в животе и лапе, она тихо спросила:
— Ник, ты думаешь, Бони и Стью волнуются?
— Уверен, — так же тихо ответил лис. — Мы пропали. Для всего управления мы пропали.
Она повернула голову. На кухне горел свет. Фигура Томаша сидела за столом, уткнувшись в телефон. Он специально не спал, чтобы помочь им добраться до туалета ночью, если понадобится.
Джуди вздохнула. Она лежала голая под чужим одеялом, с больной лапой и урчащим животом, в чужой стране, без формы, без оружия и без надежды быстро вернуться домой. Но рядом сопел Ник, а на кухне сидел человек, который этой ночью стал их стражем.
— Привыкнем, — прошептала она сама себе, закрывая глаза. — Сначала восстановимся. Перестанем обсираться. А потом придумаем, как вернуться.
Свет на кухне продолжал гореть, отбрасывая длинную полосу на пол, где в углу стояли детские костыли, приготовленные для говорящего кролика и лиса из другого мира.
---
*Примечание: «IMEW» — Instituto Nacional de Emergência Médica, служба неотложной помощи в Португалии.*