Между Рождественским монастырём и прокуратурой, в доме 1918 года, притаился ресторан с названием, которое одновременно является охранным статусом, концепцией и, кажется, приговором: «Объект культурного наследия». Заведение самим своим существованием как будто берёт посетителя за пуговицу и настойчиво объясняет, что он пришёл не просто поесть, а прикоснуться.
На пути к ОКН закрадывается вопрос: «Камо грядеши?» Двор выглядит так, как и должен выглядеть двор объекта культурного наследия, то есть неопрятно. Зато внутри бюро Saga и мастерская Futura Archaica расстарались: первый зал со стенами-мазанками говорит о близости к народу, второй, с золочёной стеной и контрастным диптихом, — о… продолжите сами. Между, за тяжёлым кожаным занавесом, — красная комната, назначение которой варьируется от «исповедальни» до «комнаты откровений» в зависимости от фантазии гостя. Туалет отделан гранатовым мрамором и недвусмысленно даёт понять, что заведение знает себе цену.
Белые штукатурные стены, церковные подсвечники, что-то похожее на задрапированную икону создают атмосферу стильных поминок по традиционной русской кухне.
С едой всё не так однозначно: одни блюда безупречны, другие концептуальны сверх меры. Однако хлебная корзина подаётся комплиментом: тартин с клюквой, бородинский на закваске, льняной хлебец, правда, всего один. Борщ наваристый, настоящий, с цветочками моркови, как трогательный советский привет. От пирога с костным мозгом аромат такой, что соседние столы начинают смотреть с нескрываемой завистью: тесто золотистое, мясо внутри сочное, и это одно из тех блюд, которые заставляют забыть о любых шероховатостях нового места. Плюс подлинный триумф шеф-кондитера Ирины Леочко — десерты. Ромовая баба, груша с муссом из сыра косичка, творожный мусс с хрустящим попкорном из зелёной гречки… Каждый из них устроен так, чтобы его вспоминали на следующий день.
Официанты молоды, вдохновлены и горят желанием донести концепцию. Хотя, когда концепцию необходимо разжёвывать, это нехороший признак. Меню компактное — пять позиций в горячем, — что одних восхищает лаконичностью, других вгоняет в уныние. Ждать блюда можно долго.
ОКН — место не для всех. Но те, для кого оно, будут возвращаться.