Во-первых, для чего считать бурых медведей? С редкими животными всё понятно, их мало и знание численности помогает вырабатывать меры охраны, чтобы не допустить снижение той самой численности до критической (т.е. когда вид не сможет существовать). А вот если численности вида, на первый взгляд, ничто не угрожает, для чего тогда знать точные цифры?
Считается, что этот показатель напрямую связан с изучением экологии видов и необходим для рационального использования ресурсов этого вида (если вид относится к охотничьим), либо, как уже говорил, охраны (если вид редкий). К тому же, контроль за крупными хищниками необходим для безопасного проживания человека (в случае чего, производится регулирование численности). Рациональное использование охотничьих ресурсов регулируется на законодательном уровне и включает в себя следующие мероприятия: использование, охрана, поддержание и увеличение численности, учёты численности.
Так как же определяется численность бурого медведя на территории Ярославской губернии (и даже, возможно, Европейской части России)?
На территориях, где проводится охота, медведей, вроде как, считают по следам (существует несколько вариаций методик), хотя за столько лет ни одного "счетовода" в лесу я так и не обнаружил. Утверждают, что учёт проводится на кормовых полях в процессе охоты. Либо комбинированный вариант. Тут остановимся поподробнее.
Учёт бурого медведя "на овсах" утратил свою актуальность и является лишь фикцией. Поясню.
1. Частичное изменение кормового поведения косолапых за последние 3-4 десятка лет. Исчезли обширные поля злаковых культур, засеваемые колхозами, остались маленькие клочки, засеваемые охотпользователями. Появились многочисленные заброшенные урочища с плодово-ягодными насаждениями. Медведь всегда предпочитает доступные и массовые корма (например, те же ягоды брусники и клюквы). Т. е. на поля регулярно ходит незначительная часть зверей (в основном молодые). Этому способствовала и пищевая конкуренция с кабаном, который "стравливал" эти маленькие поля уже к началу периода нажировки, при котором медведи начинают усиленно питаться перед зимним сном (середина - конец августа).
2. Не учитывается пространственное размещение (в зависимости от доступности кормов по годам). От этого зависят суточные перемещения зверей (могут быть значительными при слабом урожае кормов, либо, наоборот). Одного медведя могут посчитать не единожды.
3. После работы с изображениями, полученными при помощи фотоловушек, я абсолютно уверен, что возможности различия медведей на полях, одного от другого, даже при помощи приборов ночного видения, минимальная. Максимум возможностей это: побольше, поменьше, с медвежатами и без. И о чем говорят эти данные? Правильно, только о том, что мишки есть! А охотпользователю больше и не требуется.
Теперь поясню за диссонанс, возникший по результатам "учетов по следам", и результатам работы фотоловушек, упомянутый в прошлой статье. Напомню, "по фотоловушкам" медведей гораздо больше. Ряд исследователей считает, что размеры следа бурого медведя индивидуальны для каждого зверя, как отпечаток рисунка пальцев человека. По размерам оттиска следа можно со значительной долей вероятности идентифицировать каждую особь.
Все это возможно и так! Но, отпечаток лапы далеко не сама мозоль на лапе (если только к медведю не применять дактилоскопию). Поверхность субстрата в местах обитания медведя (то бишь лесах) сильно не однородная (грязь, болото, глина, песок). Часто бывает (установлено при помощи фотоловушек) мишки, особенно крупные, вообще не оставляют следов на лесной дороге. Бывает, наоборот, "наследят" на грязи, а на более сухом участке следы отсутствуют, либо же выявляется их неполнота (только отдельные пальцы, когти и др.). Как итог, различие размеров отпечатков даже одного медведя на разных типах субстрата достигает 1-1.5 см. Отличить близких по размеру зверей редко когда представляется возможным, не говоря уже об индивидуальности следа одной особи. А если представить, что следы регистрируют несколько человек, да еще недостаточно квалифицированные в данном вопросе и с разным взглядом на этот самый отпечаток? В основном происходит значительное занижение количества посчитанных зверей. А ведь по результатам " официальных" учетов определяются лимиты и квоты на добычу! Из этого следует, что предоставляемые данные по численности бурого медведя в области сильно искажены. И где тут тогда рациональное использование ресурсов? Когда дело, вдруг, дойдёт до вынужденного регулирования численности, то от рационального использования не останется и следа.
Согласно тем же "официальным" данным, в Ярославской области с 2010 года по 2019 год происходил стабильный рост численности бурого медведя. При этом количество медведей в области за десятилетний период увеличилось более чем в 2 раза, с 570 особей в 2010 году до 1367 особей в 2019 году, а в последние годы численность стабилизировалась и находится на уровне 1300-1400 особей. "Официальная" добыча за 15-летний период составляет 1.8-7% (средний 3.5%) от общей численности. Даже, принимая озвученные цифры и, учитывая воспроизводственные возможности бурого медведя, можно констатировать, что мишки продолжают успешно воспроизводится, увеличивая свою численность. А возможности (емкость среды обитания) наполнения среды еще не исчерпаны. Так в северных районах области плотность 1 особь на 1000 гектар соответствует "количеству свободных мест" для обитания медведя. А в южных районах далеко еще не "все места заняты" этим зверем. И мишки продолжают расселяться с севера на юг. Расселяются и за пределы области, в сторону Московской, Ивановской и Владимировской. Туда мишки идут и с Тверской, и с Костромской областей. То есть получается на данном этапе своего "жизненного пути" медведь возвращается в места своего исконного обитания, откуда его ранее "выселил" человек.
К чему я все это рассказал? Поясняю. Вообще, численность довольно абстрактная величина, она постоянно изменяется в пространстве и времени. У бурого медведя сложная структура популяции. До сих пор нет единого мнения специалистов о его территориальности (попробую раскрыть эту тему в другой статье). То есть, он условно-территориальный вид. Некоторые особи могут перемещаться на огромные расстояния (взрослые самцы), некоторые, наоборот, перемещаются незначительно (медведица с сеголетками в первой половине лета). Распределение зверей на конкретной территории в течение периода их бодрствования, а также из года в год, тоже различное. Поэтому точную численность, учитывая осторожность и скрытность данного вида, мы никогда не узнаем. Так может перестать цепляться за сомнительные цифры и "наводить тень на плетень"? Ведь считать медведя начали, возвращаясь к сказанному в самом начале, как раз тогда, когда он нуждался именно в охране. А если существованию вида ничего не угрожает, то в целях, так называемого, управления популяциями, достаточно отслеживать "популяционное ядро", т. е. взрослых самцов и самок с медвежатами. И если решить отдельную проблему в части использования ресурсов этого вида. То в части сохранения (поддержания) численности и части слежение (мониторинг) за состоянием популяции (вместо учетов), это и будет являться самым настоящим рациональным использованием ресурсов бурого медведя, о котором прописано в "законотворчестве" и, которое, никак не навредит виду.