Выйти в степь, а по дороге…
…сделать кадр-пояснялку для малыша, ничего не знающего про «ноздреватый снег».
Заметить на клюве первого грача-возвращенца выступившую соль, похожую на весенние «цветки» халькантита – минеральную корочку на обтаивающих камнях, стянувших на себя осадок местных сульфатных растворов…
И новую фактуру снега увидеть на борту колеи – сверху плёнка, как летом на обгоревших плечах мальчишек.
…так и хочется потянуть-потянуть, чтобы сошла с покатых плечей сугроба целым пластом!
Суеверно остановиться и замереть, когда большой худой заяц-русак перебегает дорогу… к неудачам… и обнаружить эту неудачу дома у компьютера: кадр-то смазан…
Усмехнуться сообщению местной прессы, что утки и гуси летят над городком «и днём, и ночью», но всё же пойти и удостовериться, что водоёмы под боком местных отвалов ещё взаперти у льда-ключника, а значит, бурным гусиным перелётам – рано…
Снова увидеть ноздреватый снег детства, ощутить его рассыпчатую свежесть во рту, потянуться рукой к щедрому угощению весны, но по-взрослому рассудительно вспомнить про «халькантитовый» клюв грача…
Поиграть в 33 оттенка белого и синего и сбиться со счета…
В разгар прогулки заметить полынью на Елшанке и порадоваться: для первых гусей-разведчиков место бивака всё же готово… пусть прилетают и растворяют своим гоготаньем мартовскую тишину…
В степи, на травяных сурчиных пастбищах полюбоваться на спешную работу ветра и солнца – подготовку к весеннему пробуждению исхудавших «мормотиков»…
Сказать Дороге, любимой спутнице и собеседнице: «У вас тут промокло!»… и выслушать нарочито возмущенный всхлюп…
Веселой стайке полевых воробьев на придорожной иве невзначай заметить: «О, братцы, и у вас проталины на щеках!..»
Улыбнуться… Это и есть макушка марта!