7
Никитос уже час портил ей настроение. Она и подумать не могла, что лучший друг может быть таким занудой и так её не понимать! Ведь только нашла то, о чём мечтала, – в «Параллельном мире» открылась вакансия. Им требовался помощник заместителя генерального директора компании! То есть… помощник Артёма? Хотя… у них ведь там может быть не единственный заместитель.
Лиза составляла резюме, а Никитос висел над её душой с причитаниями, что она сошла с ума и меняет банковскую стабильность на неизвестно что.
– Тебя должно пугать уже название! «Параллельный мир»! Да сия пучина проглотит и не подавится! К тому же… помощниками бизнесмены часто называют секретарш. Посадят тебя в приёмную под фикусом и будешь кофе варить!
То, что Лиза мечтала бы быть с Артёмом даже на условиях, где ему придётся приносить кофе, Никитос, к счастью, не знал.
– Да и не примут тебя, Варежкина. Секретарш каких сейчас нанимают? Чтоб ноги, чтоб декольте. И на очкарика не позарятся!
– У них зам генерального сам очкарик! – рявкнула Лиза и взяла со стола дырокол, чтобы друг оценил опасность и отошёл хотя бы на пару метров.
– Спорим, тебя даже на собеседование не позовут, увидев фотку на резюме? – Никитос потыкал пальцем в фотографию, которую Лиза планировала приложить.
– А спорим! На ресторан! Поведёшь меня в самый дорогой в городе. И накормишь, чтоб из ушей полезло!
Думать, что в словах Никитоса есть здравое зерно, и девушка без стажа, да ещё и не модельной внешности, может никакое начальство не заинтересовать, не хотелось. Но и не думать было сложно. Так что поспорь они сейчас хоть на то, что друг приобретёт ей автомобиль, рисковал он не очень…
После слов про ресторан Никитос посмотрел на Лизу как на умалишённую и вздохнул:
– Оʼкей. А если проиграешь – пойдёшь к своему начальству и как следует с ним поговоришь, чтобы меня тоже приняли в банк! А то ты только обещаешь!
Лиза поморщилась. Она не умела вести подобные разговоры и сама зацепилась в банке только благодаря тому, что проходила там дипломную практику. Никитос же оттрубил её в структуре, занимающейся газом, и практикантов там по договорённости с вузами принимали, но сразу после практики указывали на дверь – экономисты им требовались с большим стажем и кучерявыми рекомендациями. С тех пор умный, но невезучий Никитос только ходил на собеседования во всякие интересные места, но никуда принят не был и трудился курьером в канцелярском магазине.
– Договорились, – выдавила из себя обещание Лиза.
– А знаешь… я тоже отправлю резюме в этот твой вожделенный «Параллельный мир»! Может, им мужчина-помощник больше понравится. А у тебя и в банке нормальное место!
Лиза разозлилась, но поступок друга был абсолютно логичным. Объективно ему эта работа нужнее.
Никитос завалился на её диван, задрал ноги на стену и, изображая что-то отдалённо напоминающее упражнение на пресс, принялся излагать свои жизненные планы. Как он сделается помощником начальства, а чуть позже – и самим начальством. Купит себе загородный дом, пару машин, начнёт вкладываться в акции нефтяного бизнеса, а отдыхать будет исключительно на Мальдивах… К тому же чёрт уж с тем, что компания выпускает всего лишь игрушки… Ходят же её представители на презентации в более крутые места!
– С визиткой финдиректора отхвачу себе модель у смежников. Ну тех, что шмотки шьют. У них-то точно модели не самолётиков. Женюсь на этой красотке, ты меня ещё во всех журналах увидишь. И в модных, и в экономических!
Лиза фыркнула. Так бредить и она может!
– Да я вперёд тебя замуж выйду. За охрененного мужика! И муж у меня будет… с зелёными глазами!
Никитос решил, что его пресс достаточно страдал, разлёгся на диване и вздохнул:
– Хорошо, Варежкина. Если наши сказки не станут былью, поженимся. Лет в пятьдесят. Родим себе снегурочку…
– В пятьдесят уже не рожают.
– Тебе придётся. Если в двадцать два ты ещё крутишь амуры по переписке, то до действий, приводящих к рождению снегурочек, дозреешь аккурат к пятидесяти. Кстати, как там поживает этот твой кто-то, о ком ты мне ни слова не говоришь? А ведь мы лучшие друзья!
Всё-таки Никитос нарывался, и нужно было бы в него чем-то запустить и вытолкать его из комнаты. Пусть идёт домой и обтачивает своё красноречие о родителей. Признаться, что её переписка и лихорадочный поиск работы в «Параллельном мире» связаны, она не могла даже лучшему другу!
После встречи в «Мечте» прошло уже три недели. Они так и общались с Артёмом – то одно письмо в день, то десяток. Артём оказался добрым и внимательным, хотя и постоянно утверждал, что он не такой, на вопросы отвечал, помочь был готов, при этом фотографию её не просил и на личном знакомстве не настаивал. Сначала Лизу это как-то кололо – неужели она ему настолько неинтересна? Потом решила, что была бы неинтересна – совсем бы не писал. Переписка уже давно вышла за рамки благодарности по поводу кредита. А когда Лиза узнала про вакансию, то поняла – это знак. Судьба! Он сам дал ей совет – удиви и стань незаменимой. Уж стать незаменимой на работе она сможет! Вопрос – чем удивить… Но сначала пережить бы собеседование, вдруг её в «Параллельный мир» и правда даже на порог не пустят!
В том, что её вдруг примут, тоже таился подвох – прикажут срочно выходить, а она будет вынуждена ещё две недели сидеть в банке? Или это можно будет как-то урегулировать? Но подождут ли её в «Параллельном мире»? Эх, надо было написать заявление на увольнение две недели назад и хоть тушкой, хоть чучелком стремиться уже только к новому! Лиза крутила ситуацию и так и этак и ничего придумать не могла.
– Лизок, – папа открыл дверь в комнату. – Пойдём чаю с вареньем попьём. Отпразднуем наш начавшийся отпуск.
Лиза сообразила – верно, завтра первое августа, и её счастливчики-родители, взявшись за руки, отбудут в деревню к папиной маме. Помогать ей с урожаем и производить новые партии варенья и компотов. А она останется дома в одиночестве. И впервые ей эта перспектива очень даже нравится! За их отпуск она успеет решить свои проблемы, а если, вернувшись, они обнаружат дочь уже не банковской сотрудницей, а помощницей начальства «Параллельного мира», то не удивятся. Это же Лиза – она выбрала место получше!
Открытое мамой варенье было грушевым. Лиза взяла большую ложку. Праздновать так праздновать!
8
– И что это? – Артём потыкал карандашом в последнее резюме.
Кадровичка Валентина Валентиновна поджала губы:
– А что вам не нравится, Артём Сергеевич? Тут высшее образование, экономическое, как вы и просили. Да, стаж крошечный, но вы действительно считаете, что на эту должность придёт экономист с именем?
Артём ещё раз посмотрел на фото, прикреплённое к резюме. Девочка в очках и с косичками.
– Совершеннолетних не нашлось?
– Красный диплом! – продолжала сопротивляться кадровичка.
Отец за спиной Артёма копался на стеллаже с бумагами, что-то оттуда вытаскивая и запихивая в измельчитель. Сейчас однозначно сделает вывод, что в его кресло Артём сел рано, потому что выбирает помощницу по фото. Хотя он сейчас в этом кабинете лишь потому, что в их с Веником совместном теперь логове Веник тоже кого-то собеседует. Каждому заму – по помощнику! Землю – крестьянам, фабрики – рабочим, папе – отдых в Европе!
– Английский – свободно, – зачем-то сказала кадровичка. Потом отобрала у него резюме и положила на стол ещё одно:
– Молодой человек. Тоже экономист. Тоже с красным дипломом.
– Вызывайте обоих, на месте разберёмся.
– А вот Вениамин привёл помощницу с собой, – сообщил отец, когда Валентина Валентиновна покинула кабинет. – А у тебя что, нет никого, с кем бы ты мог работать в тандеме?
В тандеме он мог бы работать с Ромой Борисовым, но даже тот не экономист. Артём хмыкнул. Девица, пришедшая с Вениамином и сейчас торчащая с ним за закрытыми дверями, выглядела очень хорошо, но вызывала у Артёма сомнения. А ну как Веник просто припёр в офис свою любовницу? Замечательно, ему, Артёму, такой косяк братца был бы только на руку. Главное, чтобы они сейчас ничего не делали именно на его столе…
– Я хочу помощника с красным дипломом, – сказал Артём отцу. – А не непонятный тандем. Тандемами буду заниматься в свободное время.
Никита Антонович Рябчиков и Елизавета Витальевна Варежкина явились на следующий день чётко в назначенное время. Артём попросил секретаршу отца принести им кофе. Нынче они снова сидели в кабинете генерального, но уже потому, что Артём не хотел, чтобы Веник наблюдал за его выборами помощника. Отец удалился на производство и им не мешал. Только снова ткнул Артёма на прощанье – мол, не расслабляйся, этот кабинет ещё не твой.
Парочка кандидатов на роль его помощников выглядела занятно. Не будь у них разных фамилий и отчеств, Артём решил бы, что они брат и сестра. Примерно одного роста, оба в очках и у обоих такие сосредоточенные лица, что Артём вдруг ощутил себя Хранителем подземелья в одной из любимых им игр Dungeon Keeper. Словно перед ним возникла пара созданий-и́мпов.
Рябчиков, которого Артёму мгновенно захотелось назвать Курочкиным, был одет в костюм неподходящего для него размера. Сидел этот костюм на нём нелепо, но это Рябчикова, видимо, не смущало. Варежкина почему-то сильно нервничала, теребила ручку сумочки. Словно пришла претендовать на должность финансового директора, а не всего лишь стать его, Артёма, личным импом.
Артём глянул на Елизавету Витальевну внимательнее – было ощущение, что где-то они уже виделись. Но где?
Нет, наверное, показалось. У него не могло быть пересечений с этой вот… трепещущей десятиклассницей в наглухо застёгнутой офисной блузочке. Вместо косичек с фото нынче голову Елизаветы Витальевны украшал хвост, перевязанный ажурной резиночкой.
– Расскажите, что вы знаете о нашей компании.
Варежкина оставила ручку сумки в покое, подняла на него огромные карие глазищи и поправила очки, концентрируясь. К слову, глаза у неё оказались даже красивыми. Десять из десяти!
Тут парочка заговорила наперебой. Сыпали сведениями из интернета и, вероятно, из местной экономической прессы.
И как из них выбирать? Здравый смысл подсказывал принять на работу молодого человека. Мужчина-помощник – это ни декретов, ни непонятных слёз-соплей без существенного повода, ни влюблённостей в собственного шефа. Последнее было железобетонным аргументом. Меньше всего ему была нужна под боком влюблённая и от этого очумевшая девица…
Но помимо здравого смысла, что-то непонятное внутри скребло. Наверное, Артём Елизавету всё же где-то видел. Видел и не запомнил. Скребло и требовало разобраться. Может, он её в какой-нибудь пьяной компании встречал, вот и не узнаёт? Подумал и улыбнулся. Вот эта девчонка – в пьяной компании?
Секретарша отца, наконец, разродилась подносом с кофе. Варежкина взяла чашку, отпила и пролила несколько капель себе на юбку. Детский сад, питьё до рта донести – трудная задача.
Он должен был сказать «да» Курочкину, вежливо проводить Варежкину до дверей и вопрос на этом закрыть. Но… сказал, что в них заинтересован, подумает и перезвонит. Импы покинули помещение, Артём взял их резюме и отправился к Борисову.
– Ромыч, что мне предпочесть – очкарика женского пола или очкарика мужского?
– Ха-ха, – сказал Борисов, посмотрев бумаги и фотографии. – Очкарика женского пола брать точно не нужно. Тем более с красным дипломом!
– Почему?
– Во-первых, она страшненькая. А во-вторых, вдруг окажется умнее тебя? Мужику ты это ещё как-то простишь, а от бабьего интеллекта у тебя разовьются лишние комплексы.
– Издеваешься? Мне надо думать о том, как переплюнуть Веника, а не о мифических комплексах. К тому же она не страшненькая, просто неудачное фото.
Борисов молчал. И размышляли они точно об одном и том же – до часа икс осталось ничтожно мало времени. А потом всё как-то изменится…
– Придумал! – сказал Артём. Идея, его озарившая, была нелепой и гениальной одновременно. – Я возьму обоих!
– Ненормальный, – вздохнул Ромка. – На твою нежную психику плохо действует повышение!
Отец, видимо, подумал то же самое – сын свихнулся от перспектив.
– Если тебе так тяжело исполнять свои обязанности, что нужны аж двое, – начал было он.
– Стоп, – перебил его Артём. – Я же не говорю, что тебе тяжело исполнять свои обязанности. А ты завёл аж двух заместителей. Так вот… я тоже хочу двух! На испытательный срок. На одну ставку. Мне надо понять, как они работают. И пусть победит сильнейший. Разве это не твоя схема, папа?
– Нанимай хоть футбольную команду, – махнул рукой отец. – Только действительно на одну ставку. И чтобы от этого был толк!
По дороге домой, стоя в пробке, Артём вдруг осознал – в его жизни сформировалась повышенная концентрация Лиз. В переписке – Лиза, на базе на него повесилась именно Лиза. И вот – мадам Варежкина, прячущая красивые глаза за круглыми детскими очками. И если Лиза с базы была понятна и безопасна, то про Варежкину он подумал – принял её зря. Вот такие Варежкины и верят в огромные светлые чувства. Чего доброго, к нему ещё прилипнет. Подумать – подумал, но решение своё менять не стал. Пусть работает.