— Марин, директор хочет видеть тебя. Прямо сейчас.
Жанна стояла в дверях и улыбалась. Вот этой своей улыбкой — чуть шире, чем нужно. Марина Олеговна за пять лет работы в
проектном бюро выучила эту улыбку наизусть. Она появлялась всегда в одних и тех же случаях.
Когда Жанне было что скрывать.
— Иду, — сказала Марина.
Она была архитектором. Хорошим. Не скромничала — просто знала это точно, потому что три года тянула на себе жилой
комплекс «Северный», пока Жанна Викторовна Коренева, заместитель руководителя отдела, ездила на «стратегические
встречи» и приходила к финальным презентациям с видом человека, который всё это придумал.
Марина встала. Поправила пиджак.
Директор — Вячеслав Петрович, шестьдесят два года, две машины, любил говорить «команда — это главное» — сидел за
столом и не предложил сесть.
— Марина Олеговна, мы приняли решение по проекту «Заречный».
— Слушаю.
— Руководить им будет Коренева.
Пауза.
— Я вела предпроектную документацию восемь месяцев.
— Да, вы хорошо поработали. Но Жанна Викторовна имеет больший опыт в переговорах с заказчиком. Решение окончательное.
Марина смотрела на него.
Она знала, что надо сказать «понятно» и выйти. Именно этого от неё ждали. Именно так она делала всегда — говорила
«понятно», выходила, шла в туалет, сидела там пять минут, потом возвращалась и работала дальше.
— Хорошо, — сказала она. — Могу я получить это решение в письменном виде?
Вячеслав Петрович моргнул.
— Это стандартная процедура при смене руководителя проекта. Мне нужно знать, какая часть моей работы передаётся и на
каких условиях.
— Марина Олеговна, это внутреннее решение...
— Конечно. Письменное внутреннее решение. Я подожду.
Она вышла.
В коридоре выдохнула.
Сердце билось быстро. Очень быстро. Она дошла до своего стола, открыла ящик, достала маленький диктофон — тот, что
купила три недели назад, когда начала что-то подозревать — и положила его во внутренний карман пиджака.
Потом открыла ноутбук.
У неё было всё. Восемь месяцев писем. Технические задания с её именем в шапке. Эскизы с датами. Протоколы совещаний,
где она выступала докладчиком. Переписка с заказчиком — напрямую, потому что Жанна «была занята».
Всё это лежало в папке, которую Марина три недели назад скопировала на личный диск.
На всякий случай.
Жанна подошла к обеду. Села на край стола. Всё та же улыбка.
— Ну как ты? Не расстраивайся. «Заречный» — это головная боль, честно. Там заказчик невозможный.
— Да, — согласилась Марина. — Я знаю. Я с ним работала восемь месяцев.
Жанна чуть запнулась.
— Ну... зато у тебя теперь время на другое.
— На что?
— Ну... на что-нибудь.
— Понятно, — сказала Марина.
И включила ноутбук.
Письменного решения она так и не дождалась до конца дня. Зато в пять часов к ней подошёл Коля из соседнего отдела —
тихо, быстро, почти не глядя в глаза.
— Марин, я слышал краем уха. Жанна на прошлой неделе показывала директору твои чертежи. Говорила, что это её
концепция.
Марина кивнула.
— Спасибо, Коль.
— Это нечестно.
— Да, — сказала она. — Нечестно.
Он ушёл. Она ещё раз открыла папку с документами.
Всё было там. Каждая дата. Каждая подпись. Каждое письмо от заказчика с обращением «Марина Олеговна, спасибо за
оперативность».
На следующее утро она пришла на полчаса раньше.
Директор появился в девять.
— Вячеслав Петрович, у вас есть десять минут?
Он посмотрел удивлённо, но кивнул.
Она зашла в кабинет. Закрыла дверь. Положила на стол распечатанную папку — сорок семь страниц.
— Это полная документация по проекту «Заречный» с датами создания каждого файла, моими подписями и перепиской с
заказчиком. Здесь также записи двух совещаний — — она достала диктофон и положила рядом — — где Жанна Викторовна
представляла мои разработки как собственные идеи. В том числе в вашем присутствии, на встрече третьего февраля.
Вячеслав Петрович смотрел на стол.
— Марина Олеговна...
— Я не прошу пересмотреть решение по «Заречному». Я прошу зафиксировать авторство. Письменно. И я прошу объяснить, на
каком основании восемь месяцев моей работы будут переданы другому сотруднику без какой-либо компенсации или признания.
Он молчал долго.
За окном шумела улица. Март. Первые по-настоящему тёплые дни.
— Я рассмотрю этот вопрос.
— Хорошо. — Марина встала. — Документы оставлю вам. У меня есть копии.
Она вышла.
В коридоре Жанна стояла у кофемашины. Увидела Марину. Улыбнулась — но секунду помедлила. Совсем чуть-чуть.
Марина прошла мимо.
Через четыре дня директор вызвал их обеих. Разговор был коротким и некомфортным для всех троих. К «Заречному»
приписали Маринино соавторство. Официально. В приказе. Жанна всё время смотрела в окно.
Это была не полная победа.
Марина понимала — такие вещи никогда не бывают полными победами. Осадок остаётся. Отношения в коллективе уже не те. И
Жанна, скорее всего, затаится и будет ждать.
Но сорок семь страниц с её именем теперь лежали в личном деле.
И диктофонная запись — в облаке, на всякий случай.
Марина вернулась к своему столу. Открыла новый проект. Начала работать.
За окном был март.
Хороший месяц, чтобы начинать.
#работа #коллеги #предательство #справедливость #женскиеистории #сила #границы #правда #катарсис #карьера
#несправедливость #выбор #самооценка #личныйрост #обида