Опускаются руки. Не знаю, на каком этапе всё пошло не так. Спустя столетия я часто думаю: где допустил ошибку? Свернул не туда? Быть отстранённым и не вмешиваться — безумно непросто. Поначалу я корректировал их: потопы, огонь, саранча... Вёл путём кнута и пряника. Всё без толку. Ни бога на них, ни чёрта. Устал. Решил, что не нужен им, ушёл в тень. И что же? Кто-нибудь заметил? Обычные особи в золочёных рясах прекрасно вещают «мою волю» и без меня. А самое страшное — кривое зеркало моих замыслов. Я закладывал в них ритм приливов и пульсацию «солнц», а они услышали лишь тиканье часов и ровный фон предсказуемых дней. Я дал им простор полёта, а они нарезали его на мелкие, душные клетки, назвав это «производственным календарём». Моя квантовая механика любви упростилась до детского конструктора «Лего». Особо умные призывают всё сжечь, вместо того чтобы просто прибраться. Я начал сомневаться в собственном существовании. А ведь уныние — это тоже грех. В общем... может, я делаю что-то не