— Мам, привет, слушай, тут такое дело… Мы с Катей решили на дачу к друзьям рвануть, а потом еще в кино. В общем, на выходных заехать не успеем, если, что звони ладно? Все, целую, пока! Короткие гудки в трубке прозвучали как финальный аккорд быстрой симфонии. Я стояла посреди кухни, прижимая смартфон к уху, и смотрела на пакет с антоновскими яблоками. Я купила их утром, планируя испечь тот самый пирог, который мой сын обожал с пяти лет. Тот, где много корицы и хрустящая корочка. Я должна была расстроиться. Должна была почувствовать этот привычный укол в сердце — «опять я на последнем месте», «совсем мать забыли». Я даже приготовилась по привычке вздохнуть и начать мысленно репетировать скорбную мину для следующего разговора. Но вместо этого… Вместо этого я медленно опустила руку и почувствовала, как по плечам разливается странное, почти постыдное тепло. Тишина в квартире, которая еще минуту назад казалась угрожающей, вдруг стала уютной, как старый кашемировый свитер. Я не буду печь пиро
— Мам, прости, совсем закрутились! Почему мы испытываем облегчение, когда дети забывают о нас, и боимся признаться в этом даже самим себе?
23 марта23 мар
19
3 мин