— Лена, ты вообще слушаешь? — голос подруги вернул меня к реальности.
— Да-да, конечно, — соврала я, рассеянно помешивая остывший капучино.
На самом деле я не слушала. Последние две недели не могла сосредоточиться ни на чём. Муж стал каким-то странным — вечно задерживался на работе, телефон прятал, а когда я случайно взяла его мобильный, он выхватил его так резко, будто я украла государственную тайну.
— Ленка, да что с тобой? — Оксана нахмурилась. — Ты вся какая-то не здесь.
— Устала просто, — отмахнулась я. — Работа, дом, ребёнок...
— А Сергей не помогает?
При упоминании мужа я поморщилась.
— Знаешь, он последний месяц вообще как подменный. То проект горящий, то совещание срочное, то клиенты из другого города приехали. Домой приходит под полночь, ест молча и сразу в душ. Будто я ему чужая.
Оксана промолчала, но её взгляд стал участливым. Она развелась два года назад и знала все признаки надвигающейся беды.
История началась банально. Сергей открыл свою строительную фирму три года назад. Первое время мы справлялись вдвоём — я вела бухгалтерию, он работал с клиентами. Но когда заказов стало больше, пришлось нанять секретаря.
Кристина появилась шесть месяцев назад. Двадцать три года, высшее образование, знание английского и улыбка на миллион долларов. Я помню, как она пришла на собеседование — уверенная, грамотная, но при этом какая-то правильная. Не вызывающая.
— Берём, — решил Сергей после её ухода. — Толковая девчонка.
Я согласилась. Мне правда нужно было больше времени на дочку Машу — первый класс, адаптация, кружки. Бухгалтерию я передала специалисту, а офис остался на Кристине.
Первые месяцы всё было нормально. Кристина оказалась действительно хорошим работником — организованным, исполнительным, вежливым. Когда я заезжала в офис, она всегда улыбалась мне, спрашивала про дочку, угощала кофе.
А потом начались мелочи.
Сначала я заметила, что Сергей стал больше времени проводить в офисе. Раньше он старался уйти пораньше, чтобы успеть забрать Машу из школы или просто провести вечер дома. Теперь же постоянно находились причины задержаться.
— Нужно доделать смету. — Завтра важная встреча, готовлюсь. — Звонок с клиентом, у них разница во времени.
Потом появились детали — новая рубашка, которую я не покупала. Дорогие часы, которых не было раньше.
— Подарок от партнёров, — объяснил он, когда я спросила.
Я поверила. Или хотела поверить.
А ещё он перестал рассказывать про работу. Раньше делился всем — какой клиент попался, какие трудности возникли, что планирует. Теперь на мои вопросы отвечал односложно, будто я была не женой, а назойливым журналистом.
И телефон. Этот проклятый телефон, который раньше спокойно лежал на столе, теперь всегда был при нём. Даже в душ брал с собой, говорил — важные сообщения могут прийти.
— Оксана, — сказала я, отставляя чашку, — а как ты узнала? Про своего бывшего?
Подруга вздохнула.
— Интуиция. Женская. Она не врёт, Лен. Если что-то кажется странным, скорее всего, так оно и есть.
Я кивнула. Интуиция кричала уже давно, но я упорно её игнорировала. Потому что признать правду означало разрушить всё, что строила десять лет. Нашу семью, наш дом, наше будущее.
На следующий день я решилась.
Сергей, как обычно, ушёл утром, пообещав вернуться только к вечеру. Машу я отвела к маме под предлогом срочных дел. А сама поехала в офис.
По дороге сердце колотилось так, что я боялась — сейчас вырвется из груди. Руки дрожали на руле. В голове крутился один вопрос: "А вдруг я права? А вдруг нет?"
Офис располагался в бизнес-центре на окраине города. Я припарковалась подальше и поднялась на третий этаж. Дверь с табличкой "СтройМастер" была закрыта, но не заперта.
Я толкнула её и вошла.
В приёмной никого не было. Компьютер Кристины работал, на столе стояла недопитая кружка кофе, но самой её не было. Странно — обычно она всегда на месте в рабочее время.
Дальше шёл коридор, а в конце — кабинет Сергея. Дверь была приоткрыта, оттуда доносились звуки. Я замерла, прислушиваясь.
Смех. Женский. Потом мужской — знакомый до боли голос моего мужа.
Ноги понесли меня вперёд сами. Я толкнула дверь.
То, что я увидела, навсегда выжгло мне сетчатку.
Кристина сидела на краю рабочего стола Сергея — того самого, который мы вместе выбирали два года назад. Юбка задрана, блузка расстёгнута. Сергей стоял между её ног, целуя шею. Его руки...
— Что здесь происходит? — голос сорвался на крик.
Они вздрогнули и отпрянули друг от друга, как школьники, которых застукали за партой.
— Лена! — Сергей побледнел. — Это не то, что ты думаешь...
— Не то? — я засмеялась истерично. — А что это тогда? Производственное совещание?
Кристина торопливо застёгивала блузку, не поднимая глаз. Щёки её горели, руки тряслись.
— Прости, — выдавила она. — Я не хотела...
— Молчи! — рявкнула я. — Убирайся отсюда. Сейчас же!
Она схватила сумочку и выбежала, едва не споткнувшись о порог. Хлопнула входная дверь.
Мы остались вдвоём.
— Сколько это длится? — спросила я, удивляясь собственному спокойствию. Голос звучал ровно, почти равнодушно.
— Лена, послушай...
— Сколько?!
— Три месяца, — тихо сказал он. — Но это ничего не значит...
— Не значит? — я подошла ближе. — Ты три месяца изменял мне. Врал мне. Целовал её, трогал её, а потом приходил домой и делал вид, что всё нормально. И это ничего не значит?
Сергей опустил голову.
— Я не планировал. Просто... случилось.
— Случилось, — передразнила я. — Ты случайно споткнулся и упал на неё? Или она случайно упала на тебя? Как это вообще бывает случайно?
— Ты не понимаешь...
— Не понимаю?! — я чувствовала, как внутри закипает. — Я не понимаю, как можно предать человека, с которым прожил десять лет? Родил ребёнка? Построил дом?
— Она меня понимает! — вдруг выпалил он. — Она слушает, интересуется моими делами, восхищается мной. А ты... Когда последний раз ты спрашивала, как прошёл мой день? Когда интересовалась моими проектами?
Я опешила.
— Серьёзно? Ты меня в этом обвиняешь? Я целыми днями с твоей дочерью, веду ваш дом, готовлю, стираю, глажу твои рубашки. А ты хочешь, чтобы я ещё и восхищалась?
— Понимаешь, в чём дело...
— Нет, это ты не понимаешь! — я шагнула к нему. — Ей двадцать три, Серёжа. Она молодая, свободная, без забот. Конечно, у неё есть время восхищаться. У неё нет ребёнка, которого нужно будить в школу. Нет квартиры, которую нужно убирать. Нет кредитов, которые нужно гасить. Она приходит в офис, улыбается тебе и уходит домой. Вот и вся её жизнь.
Сергей молчал, глядя в пол.
— А я, — продолжала я, чувствуя, как слёзы подступают к горлу, — я твоя жена. Мать твоего ребёнка. Я поддерживала тебя, когда ты открывал фирму. Сидела ночами над бухгалтерией, чтобы сэкономить на специалисте. Отказалась от своей карьеры ради тебя. Ради нас. И вот чем ты мне платишь?
Я развернулась и пошла к двери.
— Лена, постой! — он бросился за мной. — Давай поговорим. Всё обсудим...
— Обсуждать нечего, — бросила я через плечо. — Собирай вещи. Сегодня же.
Я вышла из офиса, не оглядываясь. Спустилась на лифте, села в машину и только тогда разрыдалась. Плакала навзрыд, как ребёнок, — громко, некрасиво, безудержно.
Десять лет жизни. Десять лет, которые я отдала этому человеку. И всё это оказалось ложью.
Вечером, когда забрала Машу от мамы, Сергей уже собрал вещи и ушёл. На столе лежала записка: "Прости. Я позвоню".
Я скомкала её и выбросила.
Маша спросила, где папа. Я ответила, что у него командировка. Она кивнула и побежала играть. Не знала ещё, бедная, что её мир только что рухнул.
Прошло два месяца. Мы оформили развод быстро — Сергей не стал возражать. Квартиру оставил мне и Маше. Платит содержание исправно. Видится с дочкой по выходным.
С Кристиной они больше не вместе. Как выяснилось, она уволилась в тот же день и уехала в другой город. Видимо, романтика в офисе на фоне чужого горя оказалась не такой уж привлекательной.
А я... Я научилась жить заново. Вернулась к работе бухгалтером, записала Машу на танцы, которые она так давно просила. Перестала винить себя в том, что не смогла сохранить семью.
Потому что поняла главное: невозможно сохранить то, что другой человек решил разрушить. Я была хорошей женой. Заботливой матерью. Верным другом. Но этого оказалось мало для человека, который выбрал минутную слабость вместо долгих лет совместной жизни.
И это его выбор. Не мой.