Знаете, почему Мартин Скорсезе во всеуслышание признавался в любви к Куросаве? Нет, я тоже, конечно, не знаю, но думаю, что догадываюсь. Причина, вероятно, не просто в том, что Куросава - гений, одинаково талантливо работавший и в коммерческом, и высоком кино, не только в том, что именно Куросава сначала открыл японский кинематограф для всего нового, что уже было создано в кино европейском и американском, а затем открыл и сам японский кинематограф мировому зрителю.
Дело, я думаю, в том, что именно Акира Куросава «подарил» Скорсезе тему, которую всем своим творчеством тот и будет развивать.
Подобно тому, как Пушкин, говорят, подарил Гоголю темы «Ревизора» и «Мертвых душ», японский режиссер открыл для американца тему последовательного и всестороннего развенчания мафии. И едва ли не впервые в творчестве самого Куросавы она прозвучала именно в этом фильме 1948 года, в «Пьяном ангеле». Правда, здесь она отнюдь не единственная и даже, может быть, не самая главная. Но тем не менее...
Итак, в фильме «Пьяный ангел» рассказывается незамысловатая, в общем, история о сильно пьющем и уже не первой молодости враче, практикующем в бедном городском районе послевоенной (то есть побежденной) Японии. Волею судьбы однажды врач, человек талантливый и характерный, сталкивается с пришедшим к нему на прием с огнестрельным ранением руки молодым красавцем, местным гангстером. Вылечив, но при этом сразу высказав парню все, что он о нем думает, принципиальный врач вызывает у пациента одновременно гнев и заинтересованность - никто здесь не позволяет себе так вести себя с ним. Кроме того, с первой же встречи врач заподозрил у гангстера туберкулез.
Дальнейшее развитие сюжета сводится к взаимоотношениям главных героев друг с другом, а также с воротившимся после тюрьмы в родной город зэком, предшественником (так сказать, на посту) больного красавца.
По мере усиления болезни и углубления общения с врачом, в парне происходят серьезные перемены: он вочеловечивается, одновременно теряя влияние в преступном мире. О последнем он хоть и сожалеет, но «растущий ген души» решительно уводит его из прежнего мира.
В финале картины, спасая от бандитов помощницу доктора, герой погибает от ножа заместившего его в преступном мире того самого предшественника, а ныне, выходит, последователя.
Вочеловечить себя - значит убить себя. Убить то животное, которое есть в каждом человеческом существе, покуда оно существо, а не человек. Так, вероятно, можно было бы сформулировать и речи, и саму линию поведения врача в отношении своего непутевого пациента. И пациент этот путь проходит до конца, руководимый доктором - пьяным ангелом, как называют его окружающие, то есть Человеком. Руководимый Человеком в конце концов становится человеком сам.
В «Пьяном ангеле» впервые у Куросавы, в роли заболевшего гангстера, появляется Тосиро Мифунэ, тогда совсем молодой актер, правда, уже снимавшийся и прошедший самую жестокую школу в жизни - школу войны, актер, которому суждено будет стать в Европе и Америке как бы визитной карточкой всего японского кинематографа. Он переиграет сотни ролей у Куросавы и других японских режиссеров, а затем и в Голливуде.
В «Пьяном ангеле» одну из лучших своих ролей играет и Такаси Симура - маленький, полноватый, некрасивый человек с удивительными глазами и совершенно феноменальными актерскими возможностями, ни в чем не уступающий Мифунэ, а в амплитуде перевоплощений, несомненно, его превосходящий.
В «Пьяном ангеле» есть и еще один актер... Нет, не актер, конечно, а символ. Это гигантская, никогда не просыхающая лужа, используемая в качестве районной свалки и находящаяся непосредственно перед окнами сарая, в котором живет и практикует врач.
Не отсылает ли эта лужа к Гоголю? - спросите вы. Не знаю, может и отсылает, только, думаю, символизирует она совсем другое – не лень «раскисшего от сна» (В. Высоцкий) общества, а вот эту самую жизнь нищей, утратившей иллюзии, побежденной страны, и вот эту самую мафию, которая сама и есть грязное болото, - отчего и не тонет. Вот из этого символа и выросла, как мне представляется вся гангстерская эпопея Мартина Скорсезе.
И в заключение. Смотришь сегодня «Пьяного ангела» и радостно удивляешься - чистейший ведь соцреализм, разве что без массовок. Всё, абсолютно всё нашенское: идеология, типажи, дивный сатирический эпизод в кабаке с певчей проституткой, совершенно откровенно и беззастенчиво перенесенный через два десятилетия в отечественный фильм «Человек-амфибия», открытый финал, ну а уж лужа... Нет слов!..
© Виктор Распопин
Иллюстративный материал из общедоступных сетевых ресурсов,
не содержащих указаний на ограничение для их заимствования.