О... Давно её не было... Опять, что ли, родила??? Главное не сколько у неё детей, а сколько отцов у этих детей!!!!
Ну что, девочки, посмеялись? 😄
Прилетел комментарий от Лидии — она, видимо, решила провести аудит моих романтических достижений. То ли завидует, то ли просто очень любит считать. И ладно бы деньги или звёзды на небе! Но нет — она считает чужих мужиков отцов моих детей. А их, между прочим, не так много… В четыре раза меньше, чем самих детей!
А если рассудить по совести, то только один.... с половинкой.
Ха! Что за половинка, спросите вы? Ща объясню.
Во-первых, начнём с единственного и неповторимого отца нашего семейства — Григория. Его, знаете, отцом и папой не стыдно назвать. В нём есть что-то основательное, надёжное. Он не кричит, не суетится, не теряет голову. Много работает, много берёт ответственности за семью.
Но самое главное — он много уделяет времени детям. Всем! От новорождённого, который только учится хватать пальчик, до 20‑летнего, который уже строит планы на жизнь. Мой муж не делит детей на «маленьких» и «взрослых». Для него каждый — по‑прежнему ребёнок, которому нужна поддержка, понимание и просто ощущение, что он не один.
Вечер. Наш дом гудит, как улей: смех, топот ног, вопросы наперебой, просьбы, споры, чьи‑то обиды и тут же — примирения. В любой другой семье папа мог бы спрятаться за экраном телефона или телевизора. Отмахнуться, что устал или занят. Но только не Гриша.
Он участвует. Он помогает младшим с раскраской, ремонтом машинки, строительством башни. Слушает рассказ старших про школу и школьных друзей, кивая и вставляя короткие «интересно», «понятно», «а дальше?». Дети знают: папа может всё. Может объяснить уравнение, успокоить обиду, придумать игру, собрать рюкзак в поход, развести костёр под дождём, провести байдарку по быстрой реке. А может — потому что хочет. Потому что его любовь — не слова, а действие. И в этом — вся суть. Он не просто «папа, который есть». Он — папа, который здесь. Всегда. Для всех.Точка.
Что до остальных. Нет, я их уже не помню... Да, мои семеро детей носят фамилию какого-то Быкова Е.П. И то только пока. Долг по алиментам у этого горе-отца скоро, наверное, за миллион перевалит... Ну и пусть! Быстрее псевдо-отцовства своего лишиться.
Давайте начистоту: все знают, что не кровь делает отцом, а сердце, руки, терпение и годы, отданные ребёнку. Так где же эти отцы? Где те, кто готов нести ответственность за своих кровных детей? Пшик — и нет их. Сняли с себя ответственность так же легко, как снимают трусы. Исчезли, будто их и не было. Оставили детей без опоры, без примера настоящего мужчины, без чувства защищённости.
Да, таких «отцов» сейчас слишком много. Но не я виновата в этом. Поймите наконец! Я просто хотела семью. Хотела рожать детей в любви и гармонии, быть верной женой и любимой женщиной. Разве это преступление?
Но вы же не успокоитесь, мои дорогие подписчики, правда? Считать по головам чужих мужей — это, видимо, ваше любимое хобби… Ну что ж, тогда продолжу!
Итак, мой первый (бывший) муж — Борюсик. Звучит почти что мило, да? Но за этим уменьшительно‑ласкательным прячется тот самый «совратитель малолетних». Сейчас уже старый и больной человек.
Он, видите ли, не по своей воле любим моими детьми. Теми самыми, что родились от него больше двадцати лет назад. Он про них забыл — а они нет. И вот сейчас, по иронии судьбы, пришло его время. Время признать ошибки, попросить прощения, начать хоть как‑то участвовать в их жизни…Но нет! Борюсик гордо принимает внимание детей, кивает, улыбается, позволяет себя любить — а сам по‑прежнему ничем не помогает, первым не звонит и, кажется, даже не помнит, сколько у него детей на самом деле.
Вот она, та самая «половинка» от отца. Половинка… Какое точное слово. Потому что вторая половина — та, что должна была состоять из заботы, ответственности, участия, — так и не появилась. Не хватило сил. Или совести. Или просто желания быть настоящим отцом. Он даже «половинкой» остаётся лишь потому, что мои дети так решили. Они — те, кому он не дал ни поддержки, ни внимания, ни элементарного человеческого участия — всё равно называют его папой. Прощают, помнят, ждут. А я смотрю на это и не знаю, восхищаться ли их добротой или плакать от несправедливости. Мои дети — святые. А он… просто принимает это как должное.
Второй бывший — Е.П. Точка. Больше ни слова. Всё, что нужно было сказать, уже сказано (смотри выше). Зато для любопытных у меня есть подарок: ссылка на статью «Вялая морковка мужа меня не устроила!». Это как раз про него и о его сущности. Читайте на здоровье!
Ну вот и фсё. И не надо мне тут подсовывать воспоминания о том мимо проходящем персонаже. Он не то что отцом не считается — он даже мужем официально не был. Был, так сказать, «гостем» в моей жизни: пришёл, пошумел, ушёл — и хорошо, что без последствий.
А ребёнок? Она знает только одного отца — папу Гришу. Того, кто дал ей свою фамилию и отчество, кто каждый день рядом, кто заботой и любовью окружил. Вот кто её отец. Всё остальное — пустые слова.
Ну что, дорогие, никого я не забыла? А?! Вдруг вы знаете про меня что-то ТАКОЕ… Расскажите, поведайте! А мы опять посмеёмся — или ужаснёмся, тут уж как повезёт))) До новых встреч, ваша Оля, трижды бывавшая замужем и тринадцать раз мать.
В общем, повезло нам с папой. И детям, и мне.