В детстве я хотела, чтобы моя сестра просто исчезла. Не то чтобы я желала ей смерти. И не хотела, чтобы кто-то причинил ей физическую боль. Но я хотела, чтобы она исчезла. Даже не навсегда, а так, на время. Ровно настолько, чтобы родители наконец обратили внимание на меня. Хотя бы раз. Хотя бы ненадолго.
Но этого не случилось. У Клэр было всё. Красавица, умница, душа компании. Она ходила на все кружки подряд. Получала потрясающие оценки, и директор знал её по имени — причем с хорошей стороны. Она родилась на свет золотым ребенком. И знаете, что самое ужасное? Она была со всеми мила, особенно со мной.
Она из кожи вон лезла, чтобы подружиться со мной, стать настоящей сестрой. В пять лет рисовала нас вместе. В десять — прочитала мою любимую подростковую серию книг, просто чтобы нам было о чем поговорить. Она перепробовала всё. А я ничего не могла с собой поделать — я её ненавидела. Быть вечно в тени младшей сестры тяжело. Но еще хуже — чувствовать вину за эту ненависть.
Всё изменилось, когда Клэр перешла в выпускной класс. Ей исполнилось восемнадцать, она жила идеальной школьной жизнью. Я к тому времени училась на втором курсе колледжа и всё ещё жила с родителями.
Тем вечером я собиралась запереться у себя и провести идеальное свидание с реалити-шоу, как вдруг услышала:
— Ой, прекрати. Ну ты и испорченный!
Это был голос Клэр. Она шепталась и хихикала у себя в комнате. Я замерла и подошла поближе. С кем это она?
— Сегодня? Уже поздно! Малыш, я никак не смогу незаметно ускользнуть из дома...
Ну надо же. Идеальная маленькая принцесса собралась сбежать к мальчику. У меня аж слюнки потекли от предвкушения — так хотелось сдать её родителям, чтобы они хоть раз в ней разочаровались.
— Знаю, я тоже хочу тебя увидеть. Понимаю, что по телефону всё не так... Да, я знаю, что ты долго ждал... Хорошо, я поняла. Да. В эти выходные родители уходят на вечеринку, может, тогда и встретимся?
Я сделала еще шаг, чтобы расслышать детали. Половица тихо скрипнула. Я затаила дыхание.
— Слушай, мне пора. Я напишу, ладно? Всё, пока!
Я услышала, как она резко вскочила, и её шаги направились к двери. Меня охватила паника. Я бросилась прочь по коридору, пытаясь за секунду оказаться как можно дальше от её спальни. И тут дверь распахнулась.
— Ой! Сестрёнка, это ты, — она улыбнулась, слегка запыхавшись. — Просто иду к себе, — осторожно ответила я.
Обычно я бы сорвалась на нее за это дурацкое прозвище, которым она меня всегда называла, но сейчас промолчала. Я всегда его терпеть не могла, хотя и сама не понимала почему.
Она с облегчением улыбнулась, а я решила проверить, не почудился ли мне тот разговор.
— Клэр, я тут в субботу иду на концерт. Хочешь со мной? Родители как раз уходят, так что можем где-нибудь перекусить и поехать, — предложила я.
Она вмиг погрустнела. Клэр всегда пыталась увязаться за мной.
— Ой, звучит круто. Я бы с радостью, честно. Но... я обещала Мэрибет, что останусь у нее с ночевкой в субботу. У них там какой-то большой семейный ужин, и я сказала, что приду... — соврала она, замявшись и теребя кольцо на среднем пальце. — Ох... Жаль. Ну, может, в другой раз! — ответила я.
Видимо, ей и правда очень хотелось встретиться с этим парнем. Обычно она бы ни за что не отказалась. Я развернулась и пошла к себе. Уже взялась за ручку двери, когда Клэр снова заговорила:
— Знаешь что? Я отменю встречу с Мэрибет. Она всё поймет, а мы устроим сестринский вечер!
Черт.
— Да ладно, всё в порядке! — быстро бросила я. — Еще успеем куда-нибудь сходить. Отдохни там с... Мэрибет.
Её улыбка слегка дрогнула.
— Правда? Сходим в другой раз? Я бы... очень этого хотела, сестрёнка, — тихо сказала Клэр. От её искреннего взгляда я почти сдалась.
Почти.
— Конечно, Клэр. У нас еще вся жизнь впереди, — ответила я, небрежно открывая дверь своей комнаты.
Она просияла, кивнула и убежала вниз по лестнице. Я не плохой человек, честное слово. Я просто хотела, чтобы Клэр поняла, каково это — всю жизнь чувствовать себя разочарованием семьи. Я даже не ненавидела её. Просто хотела, чтобы она пострадала. Совсем чуть-чуть.
- Суббота наступила незаметно. Утром я видела, как Клэр раз за разом переделывала прическу, пытаясь уложить свои каштановые волосы так, чтобы всё было идеально. Днем я заметила, как она разложила на кровати не меньше дюжины нарядов и придирчиво их рассматривала. Я с минуту наблюдала из-за приоткрытой двери, как она хмурится, разглядывая каждую вещь.
— Что-то ты слишком стараешься нарядиться для... Мэрибет, — сказала я. Клэр аж подскочила от неожиданности. — Ой! — она тихо рассмеялась. — Кажется, она хочет пофоткаться, так что я просто хочу нормально выглядеть на снимках... Наверное, я слишком загоняюсь.
Я кивнула и шагнула в комнату, оглядывая бесконечный выбор одежды.
— Зеленое платье с джинсовкой. К твоим волосам отлично подойдет, — сказала я, сама от себя такого не ожидая.
Она слегка округлила глаза, услышав этот скупой комплимент.
— Серьезно? Думаешь? — спросила она.
Я кивнула.
— Зеленый — точно твой цвет, — добавила я.
Она широко улыбнулась.
— Спасибо... Это и мой любимый цвет тоже. Выбор старшей сестры — это святое! — радостно сказала она, поднимая платье на вешалке.
От этой внезапной вспышки сестринской любви мне стало не по себе. Я натянула улыбку и направилась к выходу, но тут кое-что вспомнила.
— Слушай, я уезжаю на концерт в семь. А за тобой Мэрибет когда заедет? — спросила я.
На долю секунды она растерялась, но тут же взяла себя в руки.
— А, эм, где-то в полвосьмого. Не переживай, я запру дверь, когда буду уходить, — как ни в чем не бывало ответила она, открывая шкатулку с украшениями. — Договорились. Хорошего вечера, — бросила я через плечо, шагая по коридору. — Тебе тоже! — крикнула Клэр мне вслед. И хотя между нами было всего пара метров, почему-то казалось, что она уже где-то очень далеко.
- Никакого концерта не было. Я ничего не планировала, поэтому и настояла, чтобы она пошла на свою вымышленную встречу. Мой план был прост. В семь я уезжаю из дома, покупаю поесть и нарезаю круги по району. Как только Клэр уйдет, я направляюсь к Мэрибет под предлогом, что сестра кое-что забыла. Клэр там, естественно, не оказывается. Я звоню родителям, изображаю панику. Они бросают свою вечеринку и мчатся домой искать дочь. Клэр ловят с каким-то парнем, мама с папой на нее орут, она получает взгляд «Как ты могла нас так разочаровать?», а я наслаждаюсь их гневом.
А завтра всё уляжется. Клэр похлопает глазками, извинится, и всё вернется на круги своя. Но хотя бы на одну ночь она получит по заслугам. И мне этого хватит.
- Около четверти девятого я вернулась. Нужно было убедиться, что Клэр действительно ушла. Я медленно открыла дверь и крикнула в пустоту прихожей:
— Эге-ге-ей! Клэ-э-эр! Ты еще здесь?
Тишина. Я поднялась по лестнице и заглянула к ней. Никого. Только на кровати валялась её джинсовка. Должно быть, забыла.
— О нет, Клэр, ты забыла куртку... — нарочито громко сказала я вслух. — Буду хорошей сестрой и привезу её тебе к Мэрибет. Ты же, конечно, проводишь вечер именно там!
Я спустилась с курткой вниз, вышла из дома и прыгнула в машину. Меня почти потрясывало от восторга. Я ехала до дома Мэрибет пять минут, подпевая радио. Припарковавшись, я выскочила наружу и чуть ли не вприпрыжку побежала к крыльцу. Нажала на звонок. Затем напомнила себе, что нужно сыграть обеспокоенную сестру, и нахмурилась в точности как Клэр сегодня утром.
Через мгновение дверь открыла мама Мэрибет.
— О, привет, милая, — проворковала она. — Здравствуйте! Я тут завезла куртку Клэр. Она её забыла, а на улице прохладно, — я подняла джинсовку, показывая её женщине.
Мать Мэрибет склонила голову набок.
— Как заботливо с твоей стороны, но Клэр не у нас. По крайней мере, я её не видела. Секундочку... — она повернулась вглубь дома и позвала дочь.
Мэрибет лениво подошла к двери, но, увидев меня, резко изменилась в лице.
— Милая, Клэр разве здесь? Приехала её сестра, привезла куртку, — сказала мама, кивнув на меня. — О, эм... нет. То есть, нет, но она придет! Позже. Да, чуть позже! — заикаясь, выдавила Мэрибет.
Я вытаращила глаза и уставилась на неё.
— Не у вас? В смысле? Она же сказала, что уже здесь! Разве ты за ней не заезжала? — спросила я. — Эм... — щеки Мэрибет покраснели, и она покосилась на мать. — Мэрибет. Ты знаешь, где Клэр? — строго спросила женщина.
Та торопливо замотала головой. Я покачала головой и глубоко вздохнула.
— Ладно, думаю, надо звонить родителям... — убитым голосом произнесла я. — Ох, милая, заходи хоть внутрь. На улице холодно, я пока чайник поставлю, — предложила мама Мэрибет, отступая в сторону. — Спасибо... — сказала я, доставая телефон, на котором уже был открыт контакт мамы.
И нажала зеленую кнопку вызова.
- Спустя полчаса я увидела, как на подъездную дорожку въезжает машина родителей. Я встретила их на пороге с тем самым несчастным видом, который репетировала всё это время.
— Что происходит? Где Клэр? — чуть ли не визжа, спросила мама, подходя к крыльцу.
Я шумно вздохнула.
— Понятия не имею, мам. Она сказала, что будет здесь. Я привезла куртку, увидела, что она забыла её дома. А Мэрибет говорит, что её тут не было и она не знает, где Клэр... — я выразительно посмотрела на джинсовку в своих руках.
Мама положила мне руку на плечо и заглянула в глаза.
— Какая ты молодец, что привезла её. Если бы не ты, мы бы и не узнали, что её здесь нет, — сказала она, сжимая мое плечо пальцами с идеальным маникюром.
В груди разлилась крошечная волна гордости, но я лишь грустно улыбнулась в ответ. Папа, который всё это время разговаривал с мамой Мэрибет, подошел к нам.
— Когда ты звонила ей в последний раз? — спросил он, доставая мобильный.
Черт. Я не звонила. Вообще ни разу.
— Ой... Буквально пару минут назад... — выкрутилась я.
Папа кивнул и нашел номер Клэр. Он нажал на вызов и отошел в угол гостиной, прижав трубку к уху.
— Это так на неё не похоже... Взять и пропасть! — запричитала мама.
Мой звездный час набирал обороты.
— Не похоже, ты права. Думаешь, она... соврала? Специально? Тебе, папе, мне? Может, она наврала, чтобы пойти туда, куда бы вы её точно не пустили... — робко произнесла я. Нужно было сделать вид, будто эта мысль пришла мне в голову прямо сейчас. Сыграть убедительно.
Я видела, как в маминой голове закрутились шестеренки, но тут в гостиной снова появились Мэрибет с матерью. Мэрибет выглядела так, будто её сейчас стошнит. Мать жестко держала её за плечо.
— Давай. Расскажи им то, что рассказала мне, — ледяным тоном велела она.
Мэрибет молчала.
— Я сказала — сейчас же. Или видит бог... — Ладно! — пискнула Мэрибет. — Я не знаю, где Клэр. Это правда. Но я знаю, что она сейчас делает.
Мама вскинула брови. О, началось. Мэрибет теребила край свитера, уставившись в паркет.
— Клэр сегодня встречалась с мальчиком и попросила меня её прикрыть.
Я изобразила неподдельный шок.
— С мальчиком? — переспросила мама. — Каким мальчиком? Из вашей школы?
Мэрибет покачала головой.
— Нет... Нет, она... она познакомилась с ним... в интернете... — прошептала Мэрибет.
И тут мой шок перестал быть поддельным.
— ЧТО?! — крикнула я. — Боже мой... — ахнула мама, оборачиваясь к папе. — Простите! Простите меня! Они общались уже несколько месяцев! Я говорила, что встречаться с ним один на один — плохая идея, но она твердила, что он нормальный и хороший! Сказала, что они пару раз созванивались по видео... Мне так жаль! Я пыталась ей дозвониться с тех пор, как вы приехали, но она не берет трубку! — Мэрибет разрыдалась, закрыв лицо руками.
Из другой комнаты донесся крик отца.
— Клэр! Клэр! Девочка моя, ты где? Скажи, где ты! Клэр!
Я пулей бросилась туда. Папа изо всех сил прижимал телефон к уху. Его лицо пошло красными пятнами, из глаз брызнули слезы. Из динамика доносился звук. Звук, который я узнала бы из тысячи. Это плакала Клэр. Она выла в голос.
— Папочка! Пожалуйста, помоги мне, умоляю. Прости меня. Я так...
Её слова оборвал пронзительный крик — такой жуткий, что Мэрибет с матерью прибежали из гостиной.
— Клэр? КЛЭР? Твою же МАТЬ! — заорал отец и с силой швырнул телефон в стену. Экран разлетелся на миллион осколков.
Мама зажала рот рукой, её глаза обезумели от ужаса.
— Я звоню в полицию... — произнесла мать Мэрибет, выбегая из комнаты.
Мама зарыдала, а папа прислонился лбом к стене, пытаясь взять себя в руки. Нет. Нет, нет, нет, нет, нет, нет. Всё должно было быть не так.
— Её просто должны были посадить под домашний арест... — прошептала я.
Папа поднял голову и посмотрел на меня.
— Вы просто должны были её наказать, ну поругать, и всё. Завтра всё было бы нормально... — шептала я, глядя на куртку Клэр, которую всё еще сжимала в дрожащих руках.
Родители переглянулись. Затем отец медленно пересек комнату и подошел ко мне.
— Что. Тебе. Известно.
- Прошло две недели. Две невыносимые, жестокие, глухие недели с тех пор, как Клэр исчезла. Я всё ждала этого чувства облегчения. Чувства, что я получила то, чего всегда хотела — чтобы она пропала. Но оно так и не пришло.
Каждую ночь я беру её куртку с собой в постель, кладу рядом с подушкой и сворачиваюсь вокруг нее калачиком. Я стала от неё зависеть. Как будто боюсь, что если не лягу спать рядом с ней, то исчезнет последняя надежда. Пока куртка со мной, я чувствую связь с сестрой.
Родители со мной не разговаривают с того самого вечера. Когда к Мэрибет приехала полиция, нас всех допросили по отдельности. Я сказала правду. Призналась, что знала о её побеге, но промолчала, надеясь, что она влипнет в неприятности. Полицейский только сочувственно улыбнулся и захлопнул блокнот.
За это время удалось выяснить лишь то, что Клэр действительно познакомилась в сети с кем-то, кто называл себя "Итаном" и утверждал, что ему восемнадцать. "Итан" был осторожен: не обсуждал никаких планов и деталей в переписках. Они в основном созванивались. Полиция нашла распечатки звонков и сообщений за многие месяцы. Нашлись и записи видеозвонков, но, судя по всему, они были подделаны. Как и их переписки. Тот, кто это сделал, действовал не впервые. Из сообщений стало ясно, что "Итан" знал о Клэр абсолютно всё — кажется, еще до того, как она сама ему это рассказала. В итоге они вычислили, откуда он её забрал. Меньше чем в миле от нашего дома.
Его телефон нашли в парке вниз по улице — совсем в другой стороне от дома Мэрибет. Экран был разбит, но аппарат включался. Номер моей сестры оказался единственным в списке контактов. "Итан" нашел способ замести следы, но полиция твердит, что не закроет дело.
Каждый раз, когда звонит телефон или стучат в дверь, у мамы случается чуть ли не сердечный приступ, пока она бежит открывать. Она может бросить мне пару слов на ходу, но она полностью убита горем. Просто сидит и смотрит на фотографию Клэр. Иногда плачет, но чаще всего молчит.
А папа... знаю, он винит меня. Я пыталась объяснить, что понятия не имела о парне из интернета, думала, что это кто-то из школы. Я никогда бы не пожелала ей зла. Ему всё равно. Особенно после того, как полиция взяла детализацию звонков, и он понял, что в тот вечер я сама ни разу ей не позвонила.
— А если бы ты позвонила? Как только приехала к Мэрибет? Ты бы с ней поговорила... Что, если бы ты узнала, где она? — спросил он меня тогда.
И мне нечего было ответить. Каждый день он уходит из дома и ищет её. Мы организовывали поисковые отряды, расклеивали фотографии на каждом столбе, устраивали пресс-конференции... Делали всё, что, по словам полиции, могло бы помочь. Даже объявили награду. Но дни шли, а моя сестра не возвращалась домой.
- Мы узнали обо всём в понедельник. Когда узнаешь то, что перечеркивает всю твою дальнейшую жизнь, детали окружающего мира врезаются в память намертво. Слегка отклеившиеся обои над камином, где стояло фото Клэр в футбольной форме. Запах освежителя воздуха, который мама только что распылила в гостиной, когда позвонил детектив и спросил, может ли он заехать для разговора. Грохот мусоровоза, проезжающего по нашей улице.
Стоит мне закрыть глаза — и я снова сижу на диване рядом с мамой. Папа садиться отказался. Он предпочел выслушать всё стоя, как бы детектив ни уговаривал его присесть. В тот понедельник я узнала, что Клэр больше нет. Совсем нет. Они её нашли. В сорока милях к востоку, в лесополосе. Точнее, то, что от нее осталось. Какой-то турист заметил торчащий из земли сверток из зеленой ткани и позвонил в полицию. Это была Клэр.
По словам детектива, вскрытие показало, что над ней жестоко издевались и пытали до самых последних минут жизни. Хотя по останкам сложно было установить точную картину. Впрочем, я бы не удивилась, если бы они намеренно скрывали от нас детали, чтобы хоть как-то поберечь. И время смерти наступило почти сразу после того, как она исчезла.
— А этот парень? — спросил отец.
Детектив покачал головой:
— Нам пока не удалось его найти, сэр.
Я продолжала сжимать в руках её джинсовку, пока он рассказывал всё это, стараясь подбирать слова как можно мягче. Я не могла смотреть на детектива. Я просто сверлила взглядом фотографию Клэр на каминной полке. В зеленой футбольной форме. Зеленая. Мне всегда нравилось, как ей идет зеленый.
За это время у меня было много времени подумать о Клэр, и я поняла, что вообще-то многое в ней любила. Её смех. Её чувство стиля. Её непоколебимую доброту и оптимизм.
И это всё, что мне от нее осталось. Воспоминания. То, чем я восхищалась, но так и не решилась ей сказать. И теперь уже никогда не скажу.
Похороны состоялись через неделю. Закрытый гроб. Зато цветов было столько, что хватило бы на целый сад. Когда дали слово пришедшим, каждый рассказал, как Клэр так или иначе изменила его жизнь. Этого стало слишком много. Я больше не могла это выносить. Я ушла на парковку покурить, чтобы хоть как-то взять себя в руки.
Я простояла там всего с минуту, как краем глаза заметила подходящую ко мне маму.
— Угостишь? — спросила она.
Я удивленно подняла брови, но протянула ей пачку и зажигалку. Она прикурила, глубоко затянулась и уставилась вдаль. Некоторое время мы просидели в тяжелом молчании.
— Она тебя обожала, знаешь, — наконец произнесла мама.
Я в изумлении повернулась к ней.
— Нет, то есть, она всегда была ко мне добра, но не думаю... — начала я. — Обожала. Она боготворила тебя. Как только начала хоть что-то соображать, ты стала для нее старшей сестрой, и она просто любила тебя. Первым её осмысленным словом было «сестрёнка», ты в курсе? — сказала мама, делая еще одну затяжку.
Я потрясенно смотрела на неё.
— Я не знала... Нет, — прошептала я.
Мы снова погрузились в тишину, и на этот раз её нарушила я.
— У нас должно было быть больше времени. Мы должны были сблизиться позже, поддерживать друг друга, вот это всё... Если бы я только ей позвонила... Или... Не была такой завистливой... Это просто несправедливо... — Смерть вообще несправедлива, милая, — перебила мама. Она бросила окурок в грязь и раздавила его ботинком.
Я почувствовала, как по щекам потекло. Наверное, дождь пошел. Я протянула руку, чтобы поймать каплю, но тут же поняла: небо абсолютно ясное. Это были слезы.
— Мне так жаль, мам. Я так хотела бы всё исправить, — всхлипнула я.
Мама посмотрела на меня с сочувствием и крепко обняла. Я уткнулась ей в плечо и дала волю слезам.
— Тебе не за что передо мной извиняться, милая. Просто живи день за днем. Это всё, что нам остается, — пробормотала она мне в макушку, похлопала по спине и ушла обратно в здание.
Я села на бордюр. Точнее, просто рухнула на него. И уставилась в небо. Я не особо религиозна, но мне хотелось верить, что сегодня Клэр смотрит на всех нас оттуда. Что она здесь. Смеется над всей этой нашей драмой, но искренне любуется прекрасными цветами, которые распустились только ради нее. Если я закрываю глаза, то слышу сквозь воспоминания её тихий смех. И я до дрожи боюсь того дня, когда неизбежно его забуду.
Я почесала новую татуировку на запястье. Вспомнила, что её нужно помазать кремом — отличный повод отвлечься. Я достала из сумочки маленький тюбик и закатала рукав. Улыбнулась слову «Сестрёнка», навечно выбитому на моей коже зелеными чернилами.
Новые истории выходят каждый день
В МАКСе
https://max.ru/join/6K9NczF0HYyLtlPU8yHiYy1P6DRp0qJFI6xTwDwH-xA
В Дзене https://dzen.ru/id/675d4fa7c41d463742f224a6
Во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit
Озвучки самых популярных историй слушай 🎧
На Рутубе https://rutube.ru/channel/60734040/
В ВК Видео https://vkvideo.ru/@bayki_reddit
На Ютубе https://www.youtube.com/@bayki_reddit